В июне 1961 года мы, учителя станицы, узнали, что с 1 сентября на учебу приедут около сотни кубинцев. Педагогов, желающих поработать с иностранной молодежью, было много - это и интересно, и престижно. Оказалось, что  добрая половина кубинцев были неграмотны, потому работу с ними    поручили учителям начальных классов. А среди историков в районе победила моя кандидатура, к тому же  еще я вела русский язык и литературу.
В конце августа  на Ставрополье прибыл специальный поезд. Кубинцев на вокзале  встречали с оркестром.
Возраст приехавших  был от 16 до 50 лет. Многие первую букву «а»  научились писать уже у нас в станице. Только двое из них - Рафаэль Альварес и Хулио Родригес - студенты университета. Бородачей тоже  двое - Хосе де Леон Альмагер и Гиермо Эрнандес (как выяснилось, они имели право не брить бороду, так как  принимали участие в повстанческой армии).
Кубинцы были добрые, веселые, неунывающие почемучки, интересовались всем на свете. Все  пели, танцевали, даже походка у них была какая-то приплясывающая.
Выполняя их просьбу, пришлось три раза в неделю преподавать им историю СССР. Все 90 человек одновременно занимались в актовом зале. Дисциплина была идеальная. Они боялись подвести своих обожаемых Фиделя и Че.       
Почти у всех кубинцев были проблемы с зубами: во рту недоставало по 3-4, а то и больше зубов (это в связи с тем, что они употребляли много сахара-сырца, а в питьевой воде не хватало фтора). И уже в сентябре 1961 года краевая стоматологическая поликлиника направила в станицу автобус, оснащенный всем необходимым оборудованием, с опытными врачами-стоматологами для лечения наших гостей. В течение двух месяцев всем была оказана нужная помощь. Потом кубинцы с гордостью отправляли свои фотографии домой, демонстрируя свои белозубые улыбки.
Испанский язык мне дался легко. Сначала я работала с переводчиком, потом переводил он только меня (я учеников уже понимала), а затем я стала сама свободно общаться с кубинцами. Когда поехали на экскурсию в Одессу, мне пришлось отвечать на их бесконечные вопросы. Я  была у них переводчиком. Вместе с кубинцами побывала на братской могиле, где был похоронен и мой папа Николай Данилович Коротков, погибший при защите Одессы 21 сентября 1941 года.
Надо сказать, что поездки  в различные города страны были частыми,  проводились встречи со знатными жителями страны - летчиком Александром Покрышкиным, матерью Зои и Шуры Космодемьянских, знатной трактористкой Пашей Ангелиной и многими другими.
Работали мы с кубинской молодежью от души, не жалея ни сил, ни времени. Потом наши ученики много лет благодарили нас в своих письмах. Храню послания от Рафаэля Альвареса. «Только сейчас я знаю, сколько надо было мне изучать историю СССР, потому что все мои друзья спрашивают о вашей стране. Мне невозможно много писать, так как я днем работаю преподавателем русского языка в технологическом институте сельского хозяйства, а вечером учусь в университете. Этот год, когда я был в Советском Союзе, я никогда не забуду. Мы и теперь не теряем надежды встретиться с вами», - писал мой кубинский ученик.  Почти каждое письмо заканчивалось словами: «Дружба между нами вечна и нерушима, и никакие силы не ослабят ее!»
Те годы оставили глубокий след в наших сердцах.

​Лилия ИВАНОВА, отличник народного просвещения, ветеран войны и труда, Москва