Валера Тихомиров поначалу полностью отвечал своей фамилии, а в этом учебном году стал частенько прогуливать уроки. Все увещевания учителей выслушивал молча. А в конце прибавлял свое излюбленное: «Мне все пофиг!» - и выбегал из класса.    
Ольга Константиновна пошла к нему домой, чтобы поговорить с мамой.
- Здравствуйте, я к вам из школы.
Симпатичная женщина с ярким макияжем была явно навеселе. Она буквально с порога выпалила скороговоркой: «Что вы хотите мне сказать? Что мой дурак сын в школу не ходит? Что он шатается неизвестно где? Я это и без вас знаю. А мне пофиг все. Я его вообще выгнала из дома».
Поняв, что беседы не получится, Ольга Константиновна попрощалась и с тяжелыми мыслями пошла домой. Что делать? Как помочь мальчишке?
По дороге решила: «Зайду-ка к дочке, навещу внучку. Все же станет на душе полегче». В магазине купила мандаринов, не идти же с пустыми руками. Неожиданно, подходя к дому, во дворе увидела Валеру. Он, как нахохлившийся воробей, сидел на спинке лавочки. «Ты чего здесь? Угощайся», - протянула ему пакет Ольга Константиновна. Подросток неожиданно отшвырнул руку: «Не надо мне ваших мандаринов!»  Он спрыгнул со скамейки, из-под куртки выскользнула и упала на снег уже открытая бутылка вина. Подросток побежал, спотыкаясь и падая....
Настроение было окончательно испорчено. Не заходя к внучке, Ольга пошла к себе домой. Дома ее ждал главный советчик и утешитель. Увидев грустное лицо жены, муж, помогая снять пальто, спросил: «Ну что там опять твой «ах!» натворил?» Выслушав рассказ, развел руками: «Конечно, жалко мальчонку. Но ты-то что можешь? Ему мать нужна».
На следующий день Валерка опять не пришел на занятия. Директор посоветовала связаться с органами опеки. От председателя комиссии по делам несовершеннолетних услышала, что мальчик уже попал в поле их зрения, и если так дело пойдет, то впереди его ждет колония. Перспектива не обрадовала учительницу, и она попросила всем вместе обдумать, что дальше делать с подростком.
На другой день после уроков в кабинете директора Ольга Константиновна всячески пыталась убедить собравшихся, что Валере надо помочь, в колонию его нельзя отправлять. Да, ему исполнилось 14 лет, но в душе он обиженный на весь свет ребенок. Его все бросили. Матери он не нужен. Сошлись на том, что решили поставить вопрос о лишении матери родительских прав, а подростка отправить в детский дом.
...В классе тем временем вовсю шла подготовка к новогоднему огоньку. Мальчишки что-то «выкручивали» на полу, и это у них называлось «брейк». Неожиданно во время репетиции появился Валерка, уселся на последнюю парту. Развалившись и подперев щеку рукой, он равнодушно смотрел на своих одноклассников. Вдруг неожиданно встал, подошел к ребятам и стал выделывать такие выкрутасы, что все опешили. Никак не ожидали от Валеры такого. А он встал и небрежно бросил: «Вот что такое брейк, а у вас какая-то «во поле береза стояла». Все зааплодировали. Мальчишки тут же стали приставать: «Валер, покажи, как это делать!»
Валера стал охотно учить ребят. После репетиции учительница потрепала его по вихрастой голове: «Ну что, кавалер, проводишь до дома? А по дороге зайдем в магазин одежды».
- А это еще зачем? Мне ничего не надо!
Ольга Константиновна постаралась как можно мягче убедить подростка, что танец в рубашке не первой свежести показывать нельзя.
В отделе мужской одежды Валера остановился возле красивого свитера. «А что, его вам потом обратно отдавать, что ли?» - спросил он. И широко улыбнулся, услышав: «Это тебе подарок на Новый год».
...Через месяц были оформлены все документы, и Валера ушел в детский дом.
 Мы долго говорили в тот вечер с Ольгой Константиновной о том, как больно ощущать свое бессилие и невозможность помочь ребенку, если от него отказались главные в его жизни взрослые - отец и мать. И как трудно убедить себя, что ты сделал все правильно и от тебя уже ничего не зависит. И как мучителен вопрос: «А все ли возможное ты сделал?»

Иваново