На полке у меня лежит тонкая книжица, для сохранности обернутая отцом в плотную белую бумагу. На этой обложке отец же и написал: «Букварь», рядом в скобках вывел: «Еще дедушкин». На титульной странице - слова, буквы в которых разной толщины и высоты: «В.П.Вахтеров. Русский букварь для обучения письму и чтению русскому и церковнославянскому». Ниже рукой деда крупно и красиво выплетено: «Приобретенный в «хапторге» г. Яссы, Румыния, в период Отеч. войны 1944 г.». И, конечно, представительная размашистая роспись.
- Как он к тебе попал? - спросил я как-то у деда.
- Барыша ни гроша, абы слово хорошее, - усмехнулся он. - Наткнулся случайно в одной разрушенной лавке. Стал листать. Это ж букварь, по которому я грамоту вылизывал! Вспомнил детство, село наше, про вас, онуки, подумал, вот и прихватил с собой.
Вглядываюсь в день минувший. И в день, который подымается за окном. Пытаюсь понять, осмыслить - что было? Кто мы есть? Какими нам быть? И вот часто не могу, с самого начала не могу, не получается развязать многие узелки и, наоборот, связать свободные концы. И, как ни крути, приходится начинать с азов. Вернее, прихожу к мысли, что нужно начинать с азов. Но когда беру в руки букварь, по которому меня учили, то вдруг обнаруживаю подмену. На первой, самой первой странице вместо «аз» стоит «за». И дальше сплошь восклицательные знаки и частокол поднятых рук. Я захлопываю книгу в яркой глянцевой обложке - знаю, что на остальных страницах.
Я не хочу, чтобы мой сын по ней овладевал грамотой. Пусть еще немного подрастет - сам попробует определиться в словах и буквах. Потом я вручу ему дедов букварь. А пока сам пытаюсь разобраться. Помогает мне такая наука, как этимология. Происхождение слов, их корни, первоначальное, исконное значение. «Вначале было Слово...» Я не уверен в этом. Вряд ли именно оно определило лик планеты и ход ее истории, и все-таки, судя по многим событиям (в том числе и планетарного масштаба!), именно слово (прежде всего его корневой смысл) объясняет причины, а еще больше следствия происходящего. В том числе, конечно, и на наших глазах.
Помните сакральную фразу советской эпохи: «Мы придем к победе коммунизма»? Мы все жили этой победой, приближали ее и, конечно, были уверены, что рано или поздно она наступит. Что получили? Недавно узнал, что корень слова «победа» - «беда». В древнерусском языке слово «победа» значило просто последствия общей для многих людей беды. А спустя некоторое время в трактате китайского мудреца Лао Цзы (основоположника философии даосизма) прочитал следующее: «Слева строятся военачальники флангов, справа стоит полководец. Говорят, что их нужно встретить похоронной процессией. Если убивают многих людей, то об этом нужно горько плакать. Победу следует отмечать похоронной процессией». У каждого народа своя мудрость. Только вот судьбы многих народов, племен и государств печально одинаковы. Независимо, кто над кем одержал победу.
Этимологические исследования - это и забавно, и поучительно, и назидательно. В любом случае полезно для пытливого ума и духовного совершенствования. Думаю, учителям (не только гуманитарных предметов), раскрывая ту или иную тему (любую!), стоит привлечь для ее более эффективного и продуктивного усвоения этимологическую науку. Ее инструментарий доступен для каждого. В Китае в раннем Средневековье существовло такое учение, как суньгу - комментирование и толкование слов и даже целых фраз. Группа людей (трудно сегодня определить их социальный статус, скажем так: единомышленников с некоторым философским душевным настроем) стремилась дать как можно больше толкований отдельных выражений, слов и знаков, чтобы добраться до их истинного смысла. Что из этого следовало? А ничего. Чаще всего плодами их споров и изысканий пользовались другие. Тем не менее такая наука, как сюньгусюэ - «наука толкования» - считалась весьма почетным занятием.
Слово, как известно, не воробей, вылетит - не поймаешь. Чтобы этого не случилось, пожалуй, стоит некоторое время подержать то или иное словцо (тем более с явным двусмысловым подтекстом) в клетке. Присмотреться к нему, принюхаться, попробовать даже на слух. Есть такие слова: произнесешь быстро несколько раз, повторишь, на разные лады покрутишь, и выплывет другой смысл, рожденный близким по звучанию словом. Есть мнение. Точка. И ничего уже нельзя изменить, не поправить. Все тверже звучит: «Есть мнение... есть мнение... есть мания... есть мания!» Что в таком случае делать с мнением-манией? Подчиниться? Проигнорировать? Вопрос.
В прошлом зреют зерна сегодняшнего. Я не прекращаю исследовать ушедшую эпоху с помощью этимологического инструментария. Вот какое этимологическое расследование провел, забавляясь словечком «озадачить». «Пятилетку - в три года!» - такой когда-то по пути к коммунизму (естественно, и его победе) был брошен в массы лозунг-призыв. Вернее, такая была спущена задача. Задача есть задача. Те, кто ее придумал, и сами не были уверены, решаема ли она. Ну а уж те, кому предстояло решать ее, и вовсе смутились: как можно пять лет вместить в трехгодичный отрезок? Но задача была поставлена жестко, и ее нужно было выполнить во что бы то ни стало. И вскоре наверху получили ответ: выполнено! Рапорт поначалу вызвал у верхов недоумение - они озадаченно примолкли. Но быстро пришли в себя и решили: раз так обстоит дело, раз «выполнено!», то впредь логичным и понятным для всех, а главное, честным будет не ставить очередную задачу, а озадачивать. Так и повелось: озадачивают сверху, озадачивают снизу. На том и держались. И довольно долго...
К властям мы привыкли. Они были, есть и будут. Есть и будут вопросы: какая власть, для кого, сколько? Думаю на многие из них можно получить довольно точный ответ, если вдуматься в смысл. В основе слова (если бы только слова!) глагол «владеть». Вот, пожалуй, и главный ответ. Человек при власти прежде всего владелец (украинское «влада», кстати, на это прямо указывает). Владелец не только людьми, их настроениями и судьбами, но и ситуациями, обстоятельствами. И первого без второго не бывает. Только тогда, когда владеешь ситуацией, владеешь и ее участниками. И только в этом случае власть всласть. Омонимичность здесь очевидна. Однако есть много общего и в корневом смысле.
Корень слова не всегда сочный, легко усваиваемый плод, часто это довольно крепкий орешек. Даже иногда, добравшись до его ядрышка, не ухватишь суть предмета или явления, которую это слово обозначает. В этом случае часто выручают синонимы - диалектизмы, меткие, народные. Моя бабушка упорно называла наркоманов, которые срывали на огороде мак, наркоматами. Я сразу представил министра-наркома, для которого власть - тот же наркотик, что мак для наркомана. Бабушка не совсем понимала значение слова «бюрократы». Да и выговаривалось оно для нее с напрягом. А вот слово «белократы», в котором и намек на «белую кость», и проклинание ее, и проще в произношении, и понятнее для ее искушенного в житейских передрягах живого селянского ума. Кстати, в Древнем Риме это слово - «бюрократ» - значило «ведущий дело». Меняются времена, меняются нравы, вместе с ними часто и другие значения приобретают слова...
«Слов не хватает!» - нередко восклицаем мы, пытаясь что-то кому-то объяснить или возмущаясь (чаще всего!) чьим-то неблаговидным поступком. Понятное дело, что не хватает слов на родном языке. А если попробовать на чужом? Там нередко находятся слова, которые точнее передают смысл понятия, суть предмета, даже порою помогают раскрыть его изначальную природу, которая скрыта под яркой, цветастой словесной оберткой. Это прежде всего касается родственных языков. В Словакии над входом в магазин бросилась в глаза вывеска: «Потравине» (так я по крайней мере прочитал). То, что это продукты, понятно. Однако память вдруг подкинула такое словечко, как «отрава». Что ж, качество многих продуктов, которые предлагает современная пищевая индустрия, действительно весьма сомнительно, я уже не говорю об их пользе для здоровья. Так что, может, лучше с огорода, леса, сада, а не из магазина? Часто на обочинах дорог я встречал надпись «Позор». Быстро дошло, что оно означает «Внимание». Однако не давала покоя мысль, что я покрою себя позором, опозорюсь перед иноземцами, если оставлю мусор после себя, разведу в неположенном месте костер, нарушу правила дорожного движения.
«Зри в корень!» - это назидание незабвенного Козьмы Пруткова на все случаи жизни. И если оно, слово, пусть не рукописное, пусть не заверенное печатью Всевышнего, пусть тихо и даже невнятно им когда-то произнесенное, все-таки было вначале, то зреть в его корень сам Бог велел...