- Олег Николаевич, недавно исполнился год со дня образования Государственного комитета РФ по контролю за оборотом наркотических средств. Чем было обусловлено его создание?

- Появление в нашей стране нового федерального органа исполнительной власти - Госнаркоконтроля России - закономерно. Специалисты уже давно высказывали мнение о необходимости создания такого ведомства. Это обусловлено тем, что в России, как и во всем мире, растет число людей, употребляющих наркотики. По разным оценкам экспертов наркозависимых людей у нас уже 3,5-4 млн., из них около 500 тысяч состоят на учете в медучреждениях в связи с заболеванием наркоманией. Особенно быстро распространяется наркомания среди подростков и молодежи.

Во многих странах мира, оказавшихся в подобной ситуации, созданы и успешно функционируют специализированные органы, основной целью которых является борьба с незаконным оборотом наркотиков и координация усилий других ведомств в данной области. Это, например, широко известное ДЕА - Управление по противодействию наркотикам (США), эффективно действующее на протяжении тридцати лет.

Первая попытка создать такого рода орган была предпринята в 2002 г. в виде Госкомитета по противодействию незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ при МВД России. Но подразделение МВД в силу своего статуса не смогло стать полноценным органом, наделенным всеми необходимыми полномочиями для борьбы с наркопреступностью и координации деятельности других министерств и ведомств на данном направлении.

Создание отдельного федерального органа исполнительной власти - Госкомитета РФ по контролю за оборотом наркотических средств - стало логичным решением, позволяющим определить головное ведомство, которое отвечает за реализацию государством системы мер по противодействию незаконному обороту наркотиков как внутри страны, так и на международном уровне, и наделить его необходимыми полномочиями.

- Изменило ли задачи вашего ведомства то, что вы стали федеральной службой?

- Нисколько. Основные задачи Госнаркоконтроля России - оперативно-розыскная и уголовно-процессуальная деятельность, межведомственное взаимодействие и профилактика, международное сотрудничество. В своей работе мы используем отработанную и проверенную во всем мире тактику борьбы с наркотиками. Мы ни в коей мере не собираемся соревноваться с другими министерствами и ведомствами, действующими в этой области. Наша цель - организация борьбы как с российским, так и с международным наркотрафиками.

- О вашем ведомстве мало кто знает. Каковы его достижения?

- Органы наркоконтроля в текущем году выявили более 23 тысяч преступлений. Из незаконного оборота мы изъяли чуть меньше шести тонн наркотиков. Из них почти 900 кг героина. Для сравнения: рекордное количество изъятия героина составляло 945 кг, если мне память не изменяет, в 2000 г. При этом 1334 преступления были совершены преступными группами, 608 - в составе организованных преступных групп и преступники понесли заслуженное наказание. Только нашей службой было пресечено более 100 фактов контрабанды наркотиков.

Один из краеугольных камней нашей деятельности - борьба с легализацией наркодоходов. Это достаточно трудоемкий и серьезный процесс. В этом году мы вскрыли 21 такой факт. И ряд дел уже находится в суде. Что мы описываем? Описываем мы буквально все: трехэтажные коттеджи с лифтами, дорогостоящие автомобили, квартиры, денежные средства, которые в последующем должны поступить в доход государства.

- Вы сказали, что в ходе операций описываете квартиры, счета, средства и так далее. Но в соответствии с нашим законодательством сейчас все это не изымается?

- Вы имеете в виду конфискацию? Конфискация действительно в нашем уголовном кодексе отменена, но мы здесь используем статью 174 и 174 со значком 1. Легализация денежных средств, нажитых преступным путем. То есть в нашем случае конкретно от наркоторговли. Выявлен 21 такой факт.

- Расскажите о конкретных операциях.

- Недавно мы провели специальную операцию по пресечению контрабандных каналов поступления наркотиков. Наши сотрудники совместно с сотрудниками ГТК в Екатеринбурге изъяли особо крупную партию героина - 152 кг. Кроме того, наши сотрудники провели в Таджикистане совместно с правоохранительными органами этой страны войсковые и оперативно-розыскные мероприятия, в ходе которых из незаконного оборота изъяли около 100 кг высокоактивного героина, предназначавшегося для контрабандной переброски в нашу страну.

- Можно ли говорить о росте числа наркоманов в России?

- У нас на учете в органах здравоохранения состоит 487 тысяч лиц, которые злоупотребляют наркотиками (имею в виду их немедицинское потребление). Цифра эта более или менее постоянная. Она немножко колеблется, но сказать, что идет какой-то массированный рост, мы не можем. Правда, в последнее время замечаем достаточно серьезную тенденцию увеличения в незаконном обороте доли синтетических наркотиков и стимуляторов амфетаминного ряда, что, с нашей точки зрения, представляет серьезную опасность прежде всего для молодежи, которая употребляет эти наркотики как правило на дискотеках, в ночных клубах, казино. Она не видит в этом большой опасности: дескать, принял таблетку, и можно танцевать, двигаться в течение 8 часов. О том, какой урон это наносит молодому организму, мало кто задумывается...

Такая тенденция наблюдается не только в России, но и по всему миру. И это действительно становится бичом целого поколения.

- Откуда к нам идут наркотики?

- Прежде всего из Афганистана, соседних стран. Маршруты нам известны: из Таджикистана они поступают в Киргизию или Узбекистан, затем в Казахстан и затем в Россию. Далее этот поток может расходиться на несколько ручейков, каналов. Часть наркотиков поступает в страны Западной и Восточной Европы. Кстати, если говорить о той последней партии (150 кг), которая была изъята, то у нас есть данные, что 30 кг героина было предназначено для Германии.

- Вы упомянули, что группа ваших коллег недавно вернулась из Таджикистана. Скажите, предстоящий вывод российских войск с таджикско-афганской границы, каким образом отразится на работе вашей службы? Каким образом вы предполагаете «затыкать» предполагаемые «дыры»?

- Пока говорить о выводе российских войск из Таджикистана преждевременно. В Таджикистане бок о бок с российскими несут службу таджикские пограничники. Соотношение примерно таково: 3 российских пограничника, 7-8 таджикских. Поэтому говорить, что там держат границу на замке лишь российские пограничники, было бы неправильно. Да, офицерский корпус - представители Российской армии, органов ФСБ, Пограничной службы. Остальные сотрудники - граждане Таджикистана, которые несут службу по контракту.

Отмечу: есть соглашение между Министерством обороны, ФСБ, Госнарконтролем и правоохранительными органами Таджикистана о том, что мы готовы взять на себя подготовку их офицеров. Граждане Таджикистана уже обучаются в пограничных военных учебных заведениях.

Наши сыновья находятся там не для того, чтобы охранять таджиков. Таджики сами в состоянии себя охранять. Мы там охраняем прежде всего интересы государств Содружества, стран, входящих в Договор о коллективной безопасности. Уж не говорю о том, что охраняем интересы Европы, потому что находимся на переднем рубеже борьбы с наркопреступностью. И если бы наши сотрудники не перехватили ту партию, 30 кг героина, из которого можно было бы сделать килограммов 300 «уличного», уже были бы в Германии.

- Глава вашего ведомства Виктор Черкесов в Баку озвучил такой показатель: пятая часть всех наркотических средств проходит и через границу с Азербайджаном.

- И через эту границу тоже. В целом пятая часть граждан, задержанных за незаконный оборот наркотиков, - иностранцы. Среди них не только граждане СНГ, но и представители Европы, Америки, других стран. У нас отмечены факты незаконного участия в обороте наркотиков на «черном» нелегальном рынке представителей более чем 190 стран, которые были задержаны российскими правоохранительными органами.

- А из Западной Европы кто-то уже отбывает срок в наших тюрьмах за распространение наркотиков?

- Кто-то у нас, кто-то у себя на родине, в зависимости от того, какое решение принято Генеральной прокуратурой и соответствующим правоохранительным органом того или иного государства.

- Как оценивается суммарный ежегодный доход наркобизнеса?

- Он равен 80 миллиардам долларов. Но это приблизительные оценки. Точно подсчитать достаточно сложно.

- Каков социальный портрет современного наркомана?

- В основном это молодые люди от 18 до 30 лет, употребляющие героин. В процентном отношении их примерно 65-70% - 486-487 тысяч.

- Что делается для профилактики наркомании в школах и вузах?

- Мы - координаторы межведомственного взаимодействия в сфере профилактики наркомании. Кроме пропаганды, Госнаркоконтроль России мало что может сделать в школах. Наиболее важная часть нашей работы - оказание помощи администрации школ и вузов. Мы выстраиваем ее с руководителями учебных заведений таким образом, чтобы получать информацию, касающуюся даже не употребления, а проникновения наркотиков в школы и вузы. Стремимся вести эту работу во взаимодействии с участковыми уполномоченными милиции и участковыми уполномоченными милиции по делам несовершеннолетних, которые должны проводить воспитательные беседы с детьми. Дети, как известно, самая экстремальная группа, которая принимает наркотики. Оградить их от этого - наша задача. Мы должны сделать все возможное, чтобы остановить ползучую наркоагрессию, защитить от нее юное поколение.

- Как вы оцениваете опыт Голландии, где официально разрешено использование легких наркотиков?

- Если говорить о наркотиках вообще, то их не бывает легких, не бывает тяжелых. Деление достаточно условно. Марихуана точно такой же наркотик, как героин. Вопрос в том, что степень зависимости от нее, физиологическая и психологическая, более низкая, чем от героина. Но говорить о том, что она не опасна, неверно. Хотя в последнее время раздается все больше призывов легализовать этот вид наркотиков, думаю, это неправильно.

Приводятся различные доводы, утверждается, что, мол, ряд заболеваний можно лечить при помощи марихуаны. Мы не возражаем: если врачи докажут мировому сообществу и, в частности, нам, населению нашей страны, что при помощи марихуаны можно лечить какие-то заболевания, тогда, пожалуйста, пусть ее выдают по рецепту. Но пока наркотики вне закона.

Что касается голландского опыта, его нет. Наркотики, в том числе марихуана, в Голландии не легализованы. Там просто в свое время было достигнуто политическое решение о том, что ряд наркотиков, в частности наркотик канабисной группы, можно продавать в специально отведенных местах, в кафе-шопах. При этом на прилавке в кафе-шопе не может находиться более 5 грамм марихуаны одновременно. Пришли, купили - можно добавить. Но при этом за выращивание марихуаны, за контрабандные поставки этого наркотика вас точно так же привлекут к уголовной ответственности. И если у вас с собой будет количество наркотиков, превышающее норму, которая установлена законодательством Нидерландов, тут же привлекут к уголовной ответственности.

И еще одна цифра: количество наркоманов в Голландии увеличилось в 30 раз. Не случайно наиболее демократически настроенные круги Нидерландов приходят к мнению, что необходимо менять законодательство по борьбе с наркотиками в сторону ужесточения.

- Готовит ли ваше ведомство какие-либо предложения законодательного и иного свойства, нацеленные на борьбу с наркоугрозой?

- Проблема наркомании и незаконного оборота наркотиков находится на стыке различных наук - медицины, психиатрии, экспертной и исследовательской практики, уголовного права, социологии, криминалистики и криминологии. Нет другой такой сферы, которая соединяла бы такое огромное количество знаний и наук. Конечно, мы работаем над законодательством. Должен сказать, что Госдума четвертого созыва очень хорошо и своевременно реагирует на наши предложения. Мы получаем всяческую поддержку депутатов.