Но шло время, и ничего у нас не изменилось. Наоборот, возросло число бумаг, требуемых с учителя.

Откуда идут такие распоряжения? Ведь если на это жаловались и ставропольские учителя, то, наверное, все идет от вышестоящих инстанций? А если это «творчество» региональных органов народного образования, то неужели никто не может остановить их в этом порыве к бумагомарательству? Мы понимаем необходимость календарно-тематического планирования - это испокон веку помогало нам работать в соответствии с программой. Но кому нужно, чтобы учитель корпел над такими вот рабочими программами, да и действительно имеем ли мы право составлять их, вместо того чтобы выполнять свою непосредственную работу - учить детей?

Поверьте, ценить сейчас стали не столько тех учителей, которые умеют давать хорошие уроки, сколько тех, кто умеет составлять требуемые бумаги, вот их-то и называют добросовестными. С нас сейчас требуют рабочие программы за истекший год, хотя непонятно, кому и зачем они нужны. Разве только для отчета перед грядущей аттестацией школы? Так неужели деятельность учительского коллектива будет оцениваться по подобной документации, а не по результатам нашей работы с детьми? Опускаются руки, и хочется уйти из школы, где совсем не важно, какой ты учитель, а важно, как ты составляешь такие вот бумаги пусть даже в ущерб живой работе с детьми.

Не знаю, как в городских школах, но с сельскими особо не церемонятся: не будет к определенному сроку подготовлена требуемая кипа бумаг (в том числе и рабочие программы за три года) - будет ставиться вопрос о закрытии школы. А то, что школа в селе необходима, никого не волнует.

Да и с учителями особо не считаются: не выполняешь абсурдные указания свыше - уходи из школы.

Тамара АЛЕКСЕЕВА, учительница

Кемеровская область