Все это в полной мере относится к «Рэгги-роману» Дмитрия Скурихина. Лауреат Всероссийского конкурса «Учитель года-2005», абсолютный победитель Всероссийского конкурса «Директор школы России» 2011 года, директор вечерней (сменной) школы Кирово-Чепецка, Дмитрий Анатольевич известен нашим читателям не только как автор блистательно точных и остроумных колонок, но и как писатель. Мы уже публиковали подборку его прозы на сайте «УГ». К нашей радости, талант Дмитрия Анатольевича признали и в профессиональном литературном сообществе: «Рэгги-роман» Скурихина недавно вышел в литературном журнале «Нева» (ранее в №6 за 2012 год там же вышла его повесть «Протоплазма»). Рекомендуем «Рэгги-роман» каждому неравнодушному к тому, что происходит в нашей стране, читателю, тем более что он доступен на «Книжной полке» нашего сайта.
При всей фантастичности сюжета «Рэгги-роман» можно отнести к самым правдивым произведениям о сегодняшней России. Роман-сатира, роман-гротеск - это понимаешь с первых строк, на это указывают топонимы (чего стоит хотя бы название места действия - деревня Безбожница!), имена и фамилии главных персонажей, совсем не симпатичных, должна сказать. Но почему так болит сердце о них, попавших в нешуточную переделку? Потому что такого наказания не дай бог никому, потому что и мы не без греха - не суди, да не судим будешь...
А еще потому, что отдаешь себе отчет в том, что на месте столичных чиновников Адольфа Моисеевича и Клары Леопольдовны (чем не кот Базилио и лиса Алиса?) мог оказаться любой из нас. Ведь для совсем не сказочных, а вполне обычных злодеев, коими представляются старик Корчемкин и директор школы Чугунец, которые на протяжении всего повествования делят сферы влияния в деревне Безбожнице, действительно не важно, кто стал жертвой оторванности от мира их населенного пункта. Сами они не хотят становиться жертвами - это главное. Корчемкин и Чугунец строят свою иерархию взаимоотношений, устанавливают свои законы и порядки, нарушить которые не в состоянии никто: ни президент, ни депутаты, ни стражи порядка - сотрудники отделения милиции, находящегося в соседней деревне, которая по иронии судьбы называется Москвой.
До этой, ближней, Москвы так же далеко, как до настоящей, и это символично. Естественной и совершенно непреодолимой преградой служит река Забияка. Форсировать ее можно только на вездеходах, и то не в любое время года. Можно воспользоваться вертолетом, но у кого же есть вертолет? Только у областного начальства, которое Безбожницу вниманием не жалует. Один раз в пять лет пожаловало - доставило высоких московских чиновников Адольфа Моисеевича и Клару Леопольдовну на открытие школы, и чем это обернулось? Чиновников взяли в плен, опоив медовухой, настоянной на наркотических травах. Вместо них к «большой земле», то есть к свободе, полетели учителя - муж и жена, математик и филолог, потерявшие надежду выбраться из рабства директора безбожницкой школы. Не подчинившийся требованиям «террористов» летный экипаж потерял спокойствие и душевное равновесие, а вместе с ним и управление, и вертолет рухнул в тайгу. Найденные трупы захоронили с почестями - пилотов предали земле в областном центре, а останки «высоких гостей» отослали в Москву, где их оплакали родные и проводили в последний путь согласно статусу. Так закончился побег учителей и началось рабство бывших господ, лишившихся в одночасье всех привилегий и рычагов воздействия.
Принц становится нищим - сюжет не нов, но от этого не менее захватывающ. Автор владеет какой-то потрясающей магией создания правдивых обстоятельств. Подавляющее большинство его персонажей - живые люди из плоти и крови со своими мыслями и теориями. Их лица незабываемы, их поступки мотивированны и оправданны, они живут и развиваются по своей собственной логике, а не по воле автора. Его нигде нельзя упрекнуть в произволе. Потому что там, где авторский произвол, сюжет трещит по швам, там напрочь улетучивается иллюзия достоверности.
Пожалуй, помимо лихо закрученной сюжетной линии Скурихину особенно удаются диалоги. Каждый персонаж говорит по-своему, и автора ни в одном из них «не слышно», это высший пилотаж, с диалогами мучаются, и нередко, даже признанные, маститые литераторы. Наверное, своей удачей Дмитрий Скурихин обязан не только природной внимательности, но и профессиональным качествам - он педагог, многое повидавший и со многим в жизни столкнувшийся. Отсюда крепкое, настоящее знание жизни, не только поверхностного ее слоя, но и глубинных, скрытых ее течений. Сразу видно, что школу жизни автор проходил не по учебникам. И в этом ему могут позавидовать многие столичные писатели.