Есть очень важные внутрицеховые  проблемы,  в рыночной ситуации не все выживают, нужна поддержка, государственная программа, государственная политика, например, по поддержке детской литературы, академической науки и литературоведения, литературы в школе, нужно как-то лоббировать и поддерживать переводы  произведений русских писателей на другие языки. Это все абсолютно никак не связано с политикой, это просто  цеховые вещи.
Государственная программа по поддержке литературы должна быть. У нас есть, например, Фонд  поддержки кино, а литература оказалась предоставлена только рыночной ситуации. Мне казалось, что если в нашем обществе сейчас есть очень крайние позиции и никто не готов садиться за стол переговоров, находить точки соприкосновения,  если мы видим только процесс конфронтации и враждования,  если каждая страна ищет врага и не готова разговаривать,  если общество становится все более полярным, то, когда разные люди, связанные с литературой, придут и будут договариваться о  таких самых простых, на мой взгляд, и очевидных вещах, как, например, поддержка литературы в школе,  это будет иметь значение. Смотрите, скажут люди, писатели договорились о базовых вещах, значит, и общество может договориться.
Все цеха, представители всех профессий могут встречаться с президентом (парикмахеры, финансисты, металлурги, даже актеры, кто угодно),  говорить о своих профессиональных проблемах. Писатели не имеют права ограничивать разговор только профессиональными проблемами, потому что мы ждем от  них разговоров о судьбах России. Я рада, что писатель в России по-прежнему больше, чем писатель, я  воспринимаю его как человека, который беспокоится о том, что происходит, я рада, что писатели продолжают играть важную роль.
 Российское литературное собрание стало разговором властителей дум с представителем власти, который состоялся. Что мне показалось важным в сегодняшнем разговоре? То, что он шел и о каких-то  немаленьких внутрицеховых проблемах, тоже немаленьких. Например, Наталья Дмитриевна Солженицына подняла вопрос о том, в каком объеме преподается литература в школе. Но разговор шел и о том, что происходит в нашей стране. Я не человек, очарованный властью, я за диалог, этот диалог состоялся.

Владимир ТОЛСТОЙ, советник Президента РФ:

В Российском литературном собрании принимали участие Дмитрий Достоевский, Михаил Лермонтов, Александр Шолохов, Елена Пастернак. Мы не просто носим эти фамилии, мы действительно глубоко переживаем за то, что происходит с литературой, с языком.
Сегодня очень остро не хватает простой искренности, добра и бескорыстия, которые на самом деле и воспитывала русская литература. Нам нужно говорить о литературе, о ее духе и ее теле, о ее проблемах, не политизируя их, потому что литература - содержание смыслов. Литература сама несет идеи, которые питают общество, и она питается от общества мыслями и идеями. Любые попытки придать этому какую-то сугубо политическую плоскость, на мой взгляд, уводят нас от главного.
Что может быть важнее преподавания литературы в школе, детских книг? Если мы не научим ребенка читать, то, в общем, тогда можно сказать, что это серьезная угроза для существования и языка, и страны.

Дмитрий ДОСТОЕВСКИЙ, правнук Федора Достоевского:

Я как раз пробежал по десятилетней жизни Федора Михайловича Достоевского в Сибири. Что он содеял для того, чтобы там оказаться? Преступил закон. Самое главное, он осознал, что он преступил закон, что он по праву получил эти четыре года каторги. У Достоевского было тяжелое сидение, потому что он был в кандалах, только два раза в год расковывали кандалы, но все-таки голова работала. Мы знаем это по «Мертвому дому». Творческий человек, который оторвался  от литературы, в которую  феерически вошел! В итоге  общество получило человека, возросшего во много раз после этой сибирской жизни, гения. Предполагаю, что, к сожалению, мало обращающее на себя внимание, но тем не менее до сих пор уникальное решение Достоевского писать дневники, отвечая на все политические вопросы, исходили из дум, которые посещали его  на каторге. До революции в России было общество, работавшее  на благо русской словесности, Общество русской словесности. Это Общество объединяло и славян, и западных славян, которые тянулись к русскому языку, и некоторые из них писали. Просто в материнской моей линии есть священник Михаил Федорович Раевский, который в Вене 40 лет при посольской церкви сидел и объединял западных славян, которые тянулись к России, Общество русской словесности очень сильно ему в этом помогало - посылало русские книги.

Михаил ЛЕРМОНТОВ, потомок Михаила Лермонтова:

Мы сегодня говорим о литературе как фундаменте культуры, фундаменте русской культуры, значение которой выходит за политические приоритеты государства. Это беспрецедентная, в общем-то, цепь событий. Мы забыли о просветительстве,  которое действительно делает народ народом.
Одна из форм сохранения литературного наследия  - юбилеи. Следующий год - 200 лет Михаилу Юрьевичу Лермонтову, недавно Министерство культуры  РФ утвердило программу празднования. И одно из таких мероприятий, которое может объединять всю нацию, 21 марта - Всемирный день поэзии, который решено посвятить Лермонтову. Следующий год - год 200-летия Тараса Григорьевича Шевченко. Этот перекрестный год Украины и России, народов, литераторов вполне может быть поводом национального единения, в строительстве Евразийского союза гуманитарная платформа на основе русской литературы, по-моему, стала бы очень сильным ходом для Общества русской словесности.

Александр ШОЛОХОВ, внук писателя Михаила Шолохова, директор Государственного музея-заповедника М.А.Шолохова:

Российское литературное собрание началось  в 9 утра, пленарному заседанию, в котором участвовал президент, предшествовала работа в восьми секциях, начиная от прозы, поэзии, собственно литературного творчества, заканчивая книгоизданием, образованием. Все аспекты, которые только имеют отношение к литературе, обсуждали специалисты, которые собрались там. Для этой первой части нужно было желание  участвовать в  созидательной работе, в работе в команде, в работе, объединяющей людей и их усилия.
На собрании произошла встреча  не только с первым лицом государства, а прежде всего встреча  людей с разными политическими воззрениями, с разными взглядами на развитие литературы,  имеющими приоритеты. Потеря потрясающего наследия, которым располагает Россия, - общая беда не просто для общества, но и для народа, потому что утрата части этой культуры ведет за собой утрату всего остального. На собрании мы, потомки великих писателей, выступали не как деятели литературы (хотя я директор Литературного музея, Владимир Толстой не только бывший директор Литературного музея, но и профессиональный журналист), а как носители фамилий.  Как носители фамилий мы не могли молчать,  нам хотелось обратить внимание на те острые проблемы, которые есть в обществе, на ту культурную деградацию, которая происходит в нашей стране, и мы это сделали. Язык - это основа безопасности народа. Говоря о сохранении языка, литературы, мы должны быть столь же настойчивы, как и тогда, когда говорим о буквальной безопасности, об обороноспособности страны, о пищевой безопасности. Нет языка - нет народа, нет страны, нет государства.
У каждого из нас есть свои воззрения, принципы, убеждения, каждый вправе их отстаивать любым способом. Совершенно очевидно и понятно, что если было бы желание работать вместе, сделать что-то созидательное, а не деструктивное, не просто заявить свой протест, а предложить что-то деятельное, то для этого была большая работа, во время которой не нужно было наступать на свои принципы. Результатом Российского литературного собрания, если брать чисто организационные решения, я вижу учредительное собрание по созданию российского литературного общества. Не то чтобы по образу и подобию географического, но как площадки, где смогут встречаться разные направления литераторов, люди, имеющие к литературе отношение не только в форме творческой, писательской, но  и  в области книгоиздания, книгораспространения.

Елена ПАСТЕРНАК, невестка Бориса Пастернака:

Конечно, нужно организовать разные общества, защищать литературу, язык, если это осуществится, то дай тому бог.
Хочу напомнить совершенно парадоксальные слова Бориса Леонидовича, которого послали на международный конгресс в защиту культуры в Париж в 1935 году:  не объединяйтесь, писателям нужно отдельное, спокойное, необъединенное свободное творчество, притом это был конгресс в защиту культуры от фашизма. К сожалению, никакую культуру никаким конгрессом от фашизма было не защитить.