​В сферу образования скоро можно будет не «заходить»

Когда дискуссия затрагивает проблему упадка российской системы, под последней по умолчанию подразумевается советская модель. Модель формализованных институтов, унифицированных учебных планов, государственных образовательных стандартов. Ни в коем случае нельзя утверждать, что советское образование обладало одними лишь недостатками. Это была сильная школа, за счет унификации и централизации имевшая возможность обеспечить достаточно высокий набор знаний и навыков основной массе населения. Выпускники высшей школы в СССР до сих пор обладают авторитетом, в том числе за рубежом. Однако даже если не принимать во внимание идеологическое давление, система не обладала гибкостью. Эта ее черта перешла и в российскую систему образования. В том виде, в каком она существует сегодня, система не способна отвечать требованиям работодателей, бизнес-среды, сообщества и самого индивида.
И сфера образования, и ее социально оформленная часть будут меняться, отталкиваясь от запроса на комплексное развитие, предъявляемое обществом - государством, бизнесом, семьями, самим индивидом, различными неформальными сообществами.
Однако запрос возникает не сам по себе, предпосылкой его появления являются тренды: политико-экономические, социально-культурные и прежде всего технологические.
Новые цифровые и сетевые технологии, как правило, порождают новые социальные практики (в качестве примера можно привести цифровизацию в управлении ЖКХ).
Технологические новшества ведут и к автоматизации рутинных интеллектуальных операций, и здесь стоит отметить две технологии: появление семантических переводчиков и как следствие перспектива создания искусственного интеллекта, имеющего возможность оперировать смыслами, что позволит человеку иметь реального технологического партнера в области коммуникаций и управления.
Наконец, нельзя не вспомнить о надвигающейся когнитивной революции, основанием для которой становятся технологии, работающие с человеческим сознанием и телом, такие как мониторы биологических параметров, нейроинтерфейсы, технологии «когнитивного фитнеса» и т. д. Примером могут послужить нейротехнологические решения, позволяющие понять, выучил или не выучил человек материал, сосредоточен или нет, не по глазам, а по реакции соответствующей мозговой зоны. В этом контексте педагогика в ее привычной форме теряет смысл.
Среди экономических, социальных и культурных трендов стоит выделить приход нового технологического уклада, реорганизующего экономику, а вслед за этим - и систему управления обществом, образ жизни, структуры занятости. Здесь стоит упомянуть такой любопытный феномен, как изменение модели детства. Он проявляется в ранней самостоятельности детей, когда ребенок может в пятилетнем возрасте обеспечивать семью лучше своих родителей.
Все указанные тренды меняют структуру заказа на образование. Борьба за рынки и таланты, «культурная гомогенизация» за счет Интернета, распространение международных образовательных стандартов (Болонская система, PhD, постоянный контракт преподавателя) приводят к запросу на глобальность в образовании. Она еще только начинает формироваться. Ядром этой новой тенденции являются МУКи (Moocs, Massive Open Online Courses, онлайн-курсы). И, несмотря на то что к дистанционному образованию традиционно предъявляют множество претензий, МУКи успешно их преодолели и на сегодняшний день являются достаточно успешными примерами дистанционного преподавания. Задача таких проектов - обучать множество людей одновременно. Ярким примером может послужить инициатива Массачусетского технологического института и Гарварда (The Massachusetts Institute of Technology (MIT) and Harvard University) по созданию глобального проекта онлайн-обучения EDx. Курсы включают онлайн-тестирования с обратной связью, видеоуроки, web-лаборатории. Сегодня обучение проходят уже 1,2 млн пользователей. Представители Гарварда и MIT заявляют, что будут стремиться обучать одновременно миллиард человек. Россия не остается в стороне от указанного феномена: российские университеты (например, НИУ ВШЭ) размещают свои курсы на платформе Сoursera, которая переводится на русский язык для удобства тысяч русскоязычных пользователей.
Помимо того что МУКи представляют собой гибкий, модульный источник знаний, они являются не менее эффективным каналом подбора талантливых кадров из любых точек мира на основании их компетенции. Возникает новая модель квалификации, с которой национальные системы образования не смогут не считаться.
С другой стороны, на традиционную систему образования оказывает давление «университет для одного» - индивидуализация обучения, доступная сегодня многим за счет цифровых технологий. Она означает не просто возможность составлять собственную программу обучения, но также удовлетворяет запрос бизнес-среды на приобретение сотрудников с конкретными умениями и достижениями.
Возникает вопрос: есть ли место человеку в столь автоматизированной системе? Эксперты утверждают, что человек, несмотря ни на что, остается ее центром. Во-первых, система максимально адаптируется к личным запросам и способностям учащегося. Во-вторых, роль учителя меняется, но не становится менее значимой: меняется характер его деятельности. Учитель перестает быть докладчиком на уроках, однако он необходим для обучения внутри проектов, обучения при помощи устройств, для управления с индивидуальными траекториями, для выработки новых критериев оценки. Несомненно, учителю придется привыкать работать в иной логике, переучиваться.
Безусловно, традиционная система образования не сдаст позиции резко. Как минимум потому, что инновации в образовании - явление не системное. Сегодня это скорее способ восполнения недостатков индустриальной модели образования. Лишь когда инновационные модели смогут обеспечить базовый образовательный уровень, возьмут на себя решение системных задач, важных для общества и государства, можно будет говорить о коренной смене образовательной модели. Однако терять позиции, особенно в промышленно развитых странах, классическая модель однозначно будет. Специалисты утверждают, что поколение 2020-х годов сможет вообще не «заходить» в социально оформленную сферу образования, имея возможность получить необходимые знания и навыки в новом формате. Достижения человека будут оцениваться в форме компетенций, творческого портфолио, социальных оценок. Вся описанная выше траектория развития в области образования будет естественным образом подстегиваться удорожанием традиционных решений и удешевлением инновационных, то есть в соответствии со стандартной рыночной схемой.
Можно резюмировать, что указанная тенденция являет собой переход от жесткой иерархизированной модели к гибкой сетевой, когда индивид может быть участником различных проектов, разнонаправленных команд, что отвечает как его личным целям, так и целям команды.

Дарья ХЕНКИНА, младший эксперт Фонда «Центр политических технологий»

Замораживание проекта «Глобальное образование»

Газета «Коммерсант» со ссылкой на свои источники сообщила, что Администрация Президента РФ предлагает отложить программу «Глобальное образование», инициированную в свое время Дмитрием Медведевым и разработанную структурой, созданной Владимиром Путиным. Проект стоимостью 4,5 млрд руб., по которому государство оплачивает учебу россиян за рубежом, раскритиковали и отправили на доработку, хотя 1,5 млрд руб. на нее уже выделено.
Судьба проекта «Глобальное образование» была политически неоднозначной. Изначально идея принадлежала президенту Дмитрию Медведеву, который в центре своей политической повестки дня поставил вопрос модернизации российской экономики. Для этого нужны были кадры, соответствующие требованиям «новой экономики», и возникла идея поощрять получение российскими специалистами иностранного образования при условии возвращения затем на Родину. Однако разработка самой программы была доверена уже Агентству стратегических инициатив, созданному под эгидой Владимира Путина. Это была его площадка, где он мог патронировать, инициировать и опекать предложения, связанные с модернизационной повесткой.
Агентство разработало программу «Глобальное образование», которая позволит 3 тыс. граждан РФ, поступившим в зарубежную магистратуру или аспирантуру, рассчитывать на оплату обучения из бюджета - до 1,5 млн руб. в год. Причем вуз должен входить в Топ-300 трех международных рейтингов: «Шанхайский», QS и Times Higher Education. Заявку могут подать те, кто выбрал учебу «по направлениям и специальностям, обеспечивающим повышение конкурентоспособности российского высшего образования и науки, качества государственного и муниципального управления, управления в высокотехнологичных компаниях, организациях социальной сферы». Главное условие такой стипендии - после окончания вуза вернуться в Россию и три года работать по специальности, описывал программу «Коммерсант».
Однако запустить программу так и не удалось: для Медведева она уже стала «путинской», а для Путина так и не стала «своей». Политического ресурса не хватало для мобилизации финансовых средств. Вступление в силу постоянно откладывалось, а в последнем варианте программа действует с 2014 по 2016 год, хотя в 2013 году на нее уже было выделено 1,5 млрд руб. «Деньги в итоге пришлось направить на поддержку развития образования на русском языке за рубежом, там построены или модернизированы учебные центры», - заявил «Коммерсанту» источник в аппарате Правительства РФ.
Теперь АП предлагает и вовсе заморозить программу на неопределенный срок. В служебном письме, попавшем в распоряжение «Коммерсанта», утверждается, что программа «не отвечает целям и задачам инновационного развития». В Кремле считают, что сейчас «Глобальное образование» ориентировано преимущественно на управленцев, хотя стране нужны высококвалифицированные инженеры и научно-педагогические работники. Кроме того, разработчики концепции не продумали, как возвращать специалистов. В письме подчеркивается, что договор займа не может обязывать человека вернуться в Россию и устроиться по специальности. В АСИ решение Администрации Президента РФ встретили с большим разочарованием, посчитав, что программу просто недостаточно изучили.
Судьба программы «Глобальное образование» говорит о политической девальвации роли Агентства стратегических инициатив: созданное в 2011 году, оно строилось на политических интересах Путина, желающего адаптировать тему модернизации к своему имиджу. Тогда же бюджетные риски, вероятно, недооценивались, шло накопление выигрышных предложений. Сейчас приходится пересматривать многие программы из-за растущего дефицита бюджета. На это накладывается и почти полная деактуализация модернизационной повестки. Наконец, решающую роль может сыграть и еще один важный фоновый фактор - рост недоверия по отношению к Западу.

Татьяна СТАНОВАЯ, руководитель аналитического департамента Фонда «Центр политических технологий»

Проблема эффективности системы аттестации педагогических работников и возможные пути решения: мировой опыт

На сегодняшний день под влиянием глобальных перемен в сфере образования в профессиональной деятельности педагогов происходят существенные изменения, касающиеся содержания и методик обучения, средств оценивания достижений учащихся и т. д. Современные тенденции развития образования, включающие в себя, например, переход к системе непрерывного образования и рост значимости дистанционного образования, а также стремительное обновление научного и профессионального знания диктуют требования и к самим педагогам. От них требуется постоянное развитие профессиональной компетентности. Причем необходимое педагогу в нынешних условиях профессиональное самосовершенствование включает в себя не только повышение квалификации, но и развитие творческой индивидуальности, формирование восприимчивости к инновациям, работу над умением адаптироваться в постоянно меняющейся образовательной среде.
Очевидно, что вопрос оценки соответствия педагога требованиям времени в данной ситуации затруднен. Аттестация учителей и преподавателей, проводимая на регулярной основе, становится жизненно необходимой. Однако она не может принести ожидаемых результатов, если она направлена лишь на выявление соответствия формальным критериям и степени владения материалом.
В разных странах проблема оценки деятельности педагогических работников (teacher performance appraisal/evaluation) решается по-разному. В данном случае, чтобы как можно детальнее проанализировать системы аттестации и возможные связанные с ними проблемы, целесообразным представляется обратиться к опыту как тех стран, которые занимают первые позиции в рейтингах качества образования (например, Япония, Сингапур, США, Финляндия и др.), так и тех, которые не входят в десятки лучших. Анализ систем аттестации педагогических работников в разных странах демонстрирует, что на сегодняшний день можно говорить о том, что существует несколько моделей их организации.
Так, например, наиболее распространенной в системе школьного образования является модель организационной подотчетности, которая предполагает ответственность педагога перед вышестоящими инстанциями - формальными институтами. Эффективность этой системы всегда высока в той мере, в какой велика способность этих формальных институтов с помощью набора стимулов и санкций обеспечить выполнение работниками предъявляемых им требований. Готовность же индивидуума следовать поставленным целям и выполнять заданные требования тем выше, чем более они понятны и достижимы. Основной проблемой аттестации педагогических работников, проводимой сверху, в данном случае является то, что цели в образовании множественны, средства их достижения не всегда очевидны, а результат - знания учащихся - не зависит только от усилий и умений педагога.
Критерии оценки при аттестации педагогов, проводимой в рамках организационной модели, могут быть различными: формальными и неформальными, спускаемыми сверху, полностью или частично сформированными на местном уровне или в рамках самого учебного заведения, простыми, стандартными или сложными, комплексными. Иногда критерием оценки выступает успеваемость учащихся. Так, в США именно достижения учащихся напрямую связывают с компетентностью педагога. И при мониторинге и оценке эффективности деятельности преподавателя проверяющие в первую очередь обращают внимание на то, какие результаты демонстрируют его ученики.
Сама же аттестация может быть как обязательной, предписанной (в большинстве случаев), так и добровольной, как, например, в Мексике. Мексиканская Carrera Magisterial - это одна из первых аттестационных систем, основанных на стимулировании (зарплата и различные бонусы) педагогических работников на основании результатов, продемонстрированных ими в ходе оценки. Она была разработана федеральными и региональными властями совместно с педагогическим сообществом и воплощена в жизнь в 1992 году. Carrera Magisterial представляет собой систему, при которой педагога оценивают с помощью серии тестов, составленных как для него, так и, как в США, для его учеников.
В Германии также действует система бонусов для успешно прошедших аттестацию. Сама процедура, которая называется служебным оцениванием, проводится раз в шесть лет и предусматривает в зависимости от ее результатов присвоение наиболее отличившимся почетных званий советника, старшего советника, директора по учебной части. Каждое из этих званий дает дополнительную надбавку к зарплате.
В противовес организационной подотчетности существует модель оценки, основанная на так называемой профессиональной подотчетности, которая предполагает, что педагог четко идентифицирует себя со своей профессией и ее стандартами. Как правило, появлению и росту такой идентификации способствует престиж педагогической деятельности в обществе. В такой модели при аттестации педагога важную роль играют профессиональные нормы и оценки коллег. Эта модель успешно применяется, например, в Финляндии и Японии.
Еще одним способом оценки эффективности деятельности педагога является выбор его в роли поставщика образовательных услуг самими потребителями образовательных услуг: учащимися и их родителями. Условно можно обозначить модель аттестации такого рода как основанную на «подотчетности рынку». Преимущество модели такого рода заключается в том, что она поощряет конкуренцию между образовательными учреждениями, что в итоге приводит к повышению качества предоставляемых образовательных услуг. Для оценки компетентности педагога и его конкурентоспособности в рамках этой модели также часто используется тестирование учеников. Такие системы аттестации в зависимости от степени гибкости могут быть как успешными, так и не очень. Наиболее успешными становятся те из них, в которых неудачное прохождение аттестации не становится приговором для педагога и учебного заведения, все получают возможность получить второй шанс и при успешном прохождении аттестации педагог получает ряд бонусов.
Еще один важный момент при оценке деятельности педагога - это мнение родителей, представляющее собой механизм «давления» на образовательное учреждение и педагогическое сообщество. Именно готовность родителей платить за образование ребенка в том или ином образовательном учреждении в конечном итоге становится тем неформальным показателем его эффективности. Традиционно роль мнения родителей о качестве образования высока в Японии и Южной Корее.
Таким образом, моделей аттестации педагогических работников и разновидностей систем аттестации существует множество. Выбор тех или иных механизмов обусловливается приоритетом в системе образования государственных органов, мнения учащихся и их родителей или авторитетностью педагогического сообщества. Однако на сегодняшний день можно констатировать наличие консенсуса по ряду общих вопросов.
Во-первых, регулярность проведения процедуры аттестации обеспечивает мониторинг эффективности деятельности педагогов и их способности к адаптации к быстро меняющимся условиям, без чего немыслим переход к непрерывному образованию. Сама процедура при этом должна носить полностью открытый, прозрачный характер.
Во-вторых, практически все страны, прибегающие к аттестации педагогических работников, включают в систему оценки различные как формальные, так и неформальные критерии: оценку экспертами, коллегами, учащимися и родителями, а также разнообразные тесты для самих педагогов и их учеников. И использование лишь одного критерия в современных условиях представляется невозможным.
В-третьих, частым во многих странах является использование оценки знаний студентов для оценки эффективности деятельности преподавателя. Однако опять же вряд ли целесообразно использовать этот показатель как основной и тем более единственный, поскольку не только компетентность педагога определяет успешность освоения материала.
Кроме того, система аттестации не должна и не может быть дамокловым мечом для педагогов и образовательных учреждений. Наиболее гибкие системы аттестации предоставляют значительно больше возможностей для развития как самим педагогам, так и системе образования в целом. Использование системы стимулов и бонусов для успешно прошедших аттестацию, и второй шанс, обеспечение педагога возможностью получить квалифицированную помощь коллег, пройти курсы повышения квалификации и поддержка любого другого рода при неудаче - это те механизмы, которые направлены не на то, чтобы покарать, а на то, чтобы способствовать повышению компетентности преподавателя.

Марина МАКСИМЕНКОВА, младший научный сотрудник Лаборатории политических исследований НИУ ВШЭ

Олимпийские игры в Сочи. Российский международный олимпийский университет как наследие XXII зимних Игр

РМОУ начал осуществлять подготовку спортивных менеджеров мирового уровня
В ближайшие годы в нашей стране пройдет сразу несколько престижных спортивных мероприятий мирового уровня: Олимпийские игры, этап «Формулы-1» и ЧМ по футболу. В связи с этим на рынке труда растет спрос на высококвалифицированных спортивных менеджеров, способных проводить международные соревнования. Подготовкой таких специалистов с 2009 года занимается Российский международный олимпийский университет в Сочи, созданный при поддержке Международного олимпийского комитета (МОК), оргкомитета «Сочи-2014» и Олимпийского комитета России (ОКР).
Университет в Сочи по праву считают одним из основных объектов наследия XXII Олимпийских зимних игр и XI Паралимпийских зимних игр 2014 года. По замыслу создателей РМОУ должен стать престижным вузом, готовящим специалистов, которые в дальнейшем будут не только организовывать международные спортивные мероприятия, но и работать в федерациях, клубах, СМИ и спортивном маркетинге. Все преподаватели РМОУ 6 лет готовили Сочинскую Олимпиаду. Это огромный практический опыт, которым они делятся со студентами.

Образовательные программы и цели олимпийского университета
С 2010 года РМОУ реализует образовательные программы по заказам оргкомитета «Сочи-2014», а с 2011 г. университет проводит специальные курсы повышения квалификации для региональных руководителей спорта России, сотрудников компании «Олимпстрой» и муниципальных служащих Сочи.
В июле 2012 года на площадке Russia. Sochi.Park в Лондоне Российским международным олимпийским университетом была представлена годичная образовательная программа «Мастер спортивного администрирования (Master of Sport Administration)», разработанная ведущими российскими и мировыми экспертами спортивного менеджмента, подготовка по ней началась в сентябре 2013 года в преддверии Олимпийских игр и ориентирована на сотрудников национальных олимпийских комитетов, международных и российских спортивных федераций, клубов, маркетинговых агентств, предприятий спортивной отрасли, работников физической культуры и спорта1.

Зарубежный опыт подготовки спортивных менеджеров
В России совсем недавно задумались о подготовке высококвалифицированных спортивных менеджеров, в то время как в странах Европы и Северной Америки этим занимаются уже с конца ХIХ века, с момента возрождения олимпийского движения французским общественным деятелем Пьером де Кубертеном. Тогда и стали востребованы спортивные организаторы и агенты, которые могли взять на себя все бюрократические процедуры и по правилам провести соревнования, организовать пресс-конференции и подготовить рекламные контракты.
В 80-х годах ХХ века в США и Европе стали появляться учебные заведения, занимающиеся подготовкой спортивных менеджеров по программам MBA или по национальным образовательным стандартам.

США
В США существуют специализированные программы обучения в смежных со спортом областях - MBA Sport Medicine, MBA Fitness Management и другие.
Таким образом, в мире спорта существуют различные специализации при сохранении всех основных экономических и прикладных бизнес-дисциплин. В США круг тем и предметов, которые изучают соискатели степени МВА по программе Sport Management, не ограничен лишь основами менеджмента и специальными прикладными занятиями. Как правило, первые два семестра в бизнес-школе преподают общие для стандарта МВА предметы, названия которых могут незначительно отличаться от привычных, что не влияет на суть.
Важное отличие учебных заведений Европы от аналогичных в США в том, что они ориентируются на универсальность. После обучения во Франции или Великобритании вы с успехом сможете взять на себя «хозчасть» отечественной футбольной команды. Эти учебные заведения готовят именно менеджеров, а не тренеров или диетологов.
Учебные заведения, готовящие спортивных менеджеров, существуют во всех странах Европы. Однако наиболее продвинутыми в этой области считаются Великобритания, Франция, Швейцария и Германия.

Великобритания
Традиционно Великобритания является лидером в области обучения спортивному менеджменту, ее ведущим университетом является Ковентри, где на годовой мастерской программе осваивают как общие дисциплины (основы маркетинга, руководства персоналом, финансового менеджмента), так и узкоспециализированные - спортивную журналистику, спортивную экономику, работу со спонсорскими организациями, управление спортивными зданиями и даже спортивный кастинг.
Кроме того, известны подготовкой в области спортивного менеджмента университеты Де Монфор, Центральный Ланкашир и Лондон Метрополитэн.

Франция
Французское образование в области спортивного менеджмента также ценится очень высоко. Школа Евромед-Марсель является лидером в этой области, туда достаточно непросто поступить: помимо требований для MBA (высшее образование, владение языком, общее и профессиональное резюме и отзывы) необходимо предъявить GMAT (Graduate Management Assessment Test), а также документ, подтверждающий как минимум трехлетний опыт работы. Там предусмотрена четырехмесячная практика в спортивных организациях.

Краткие итоги
В сочинском университете свою учебную программу считают вполне конкурентоспособной. Ректор РМОУ Л.Белоусов называет ее уникальной. Программу готовили лучшие российские и зарубежные специалисты по спортивному менеджменту. Студенты будут изучать спортивную дипломатию, международную бизнес-среду, основы спортивного администрирования, а также правовые основы спорта. Учебные программы университета охватывают основные направления спортивного образования: управление объектами и инфраструктурой, организация соревнований, массовые коммуникации, дипломатия и администрирование, управление карьерой.
Однако говорить о реальной конкуренции между РМОУ и университетами США и Европы преждевременно. Но очевидно, что у университета есть потенциал, чтобы претендовать на серьезные позиции в мировой спортивной индустрии. Главное преимущество РМОУ - это его преподаватели, обладающие практическим опытом подготовки и проведения зимней Олимпиады 2014 года в субтропиках.

Екатерина КОЧЕТКОВА, младший эксперт Фонда «Центр политических технологий»