Татьяна Юрьевна - женщина без возраста. У нее ясные глаза и живое лицо. Взяла на руки светловолосого Юрочку.
- Похож на меня? - спросила ревниво.
- Очень! - искренне ответила я. - Ваш?
- Все мои! - опять рассмеялась она.
Муж Татьяны Юрьевны многодетный отец Андрей Вадимович Груздев - генеральный директор компании «Технософия». Да и сама она хороший программист еще из советского поколения компьютерщиков, умеющих зарабатывать. Зачем небедным людям такая обуза - чужие дети с разными фамилиями и изломанными душами? Тем более что есть свои.
- Старшие были совсем взрослыми - школу окончили, в университеты поступили. А Никите четыре годика, и мы подумали: все равно же занимаемся ребенком, ну почему бы не двумя? Так ведь веселее, правда?
Не так должны отвечать на вопросы приемные мамы! Они должны говорить, что очень любят детей, что не могут без боли видеть сирот... Позднее до меня дошло - Татьяне Юрьевне все равно, что подумают люди о странной семье Груздевых - Шмидт - Кацедан - Федоровых... и еще несколько фамилий. Она просто счастлива, занимаясь своим делом. И это дело - помогать людям делами.
Приемный первенец Аня появилась у Груздевых - Шмидт, нарушив каноны: оказалась не младшей в семье, а средней. Просили ровесницу Никиты, предложили 8-летнюю. А какая разница, если ребенок хороший? Впрочем, у Татьяны Юрьевны все дети покладистые, воспитанные. Хотя кто бы их воспитывал? Анины мать и бабушка были сильно недовольны тем, что от них забрали «кормилицу» - на девочке держался дом: она мыла, варила, пока родные пили.
Многодетными Груздевы - Шмидт быть не собирались, но через четыре года Татьяне Юрьевне в отделе опеки рассказали про 12-летнюю Вику. Девочка из вполне интеллигентной семьи оказалась в трудной ситуации: умер папа, мама с горя запила.
- Я знаю, что многие боятся брать сирот, потому что считают их чуть ли не монстрами, - говорит Татьяна Юрьевна. - На самом деле в приютах множество чудесных детей, которым просто тяжело. И им как раз нужно помочь сейчас, пока они не отчаялись, не озлобились. Любую генетику можно победить добром.
Именно поэтому из приюта взяли девятилетнего Захара - сына омички и таджикского гастарбайтера: он сильно переживал, что никому не нужен. Его воспитанием прежде занимались только ухажеры мамы-наркоманки... Захар часто вспоминал отца, которого видел пару раз, они с мамой даже как-то ездили к нему в Москву, где отец работал на очередной стройке. Папа показался ему волшебником - подарил игрушки, сводил в Макдоналдс... Татьяна Юрьевна потратила год, но нашла родных Захара в Душанбе. Отец его к тому времени уже женился, завел новых детей, но родня решила забрать ребенка.
- Мама, я приеду, когда стану взрослым, - обещал Захар, прощаясь. Поступить иначе Татьяна Юрьевна не могла: «Дети ведь не моя собственность. У них своя жизнь, живы родители. И если им с ними лучше, я их отпущу, как бы ни было мне тяжело. - Она вдруг судорожно прижимает к себе маленького Юрочку, и на глазах появляются слезы.
Дети с первого дня называют Татьяну Юрьевну мамой. Она не обольщается - это не означает, что ее полюбили. Просто у каждого ребенка должна быть мама. Гена, появившийся в семье сразу после Захара, называл ее так же, хотя родительница его навещала, приносила учебники, гостинцы. Родственников у девятилетнего Гены было предостаточно, но им было удобнее видеть непокорного пацана лишь изредка. Когда суд постановил вернуть ребенка обратно, Татьяна Юрьевна не спорила. Но сразу после этого пошла в отдел опеки. Ане и Вике уже почти 15, Никите 11, старшие Егор, Юля и Дима давно работают в Москве, а Груздевым - Шмидт хотелось маленького - такого, в которого можно самим заложить основы. Лучше девочку - истории с Захаром и Димой все же больно ударили по сердцам обоих. Хотели одного, взяли троих мальчиков двух, трех и пяти лет.
- А что делать? - улыбается Татьяна Юрьевна. - Когда сама рожаешь, ведь тоже не можешь заказать пол.
Крошечный Юрочка, рахитичный Валя, недоверчивый Егор родные братья. Разлучать их нельзя, а желающих принять в семью такую ораву не находилось. Прошло всего четыре месяца, но прежде молчаливый Юра уже без конца что-то лепечет. У Вали дела идут на поправку, и только Егор по-прежнему сильно удивляется, когда семья выполняет его желания. Поэтому прежде, чем попросить яблоко или карандаш, отходит подальше, чтобы не попало по затылку, как дома.
Режим дня детей расписан почти на весь день: после школы Аня бежит в музыкалку, Вика - на шахматы, Никита - на английский. Наверное, было бы проще, если бы все занимались чем-то одним, но не получается - детям хочется все попробовать и найти свое. Спортом в семье увлекаются все, это от папы. Он не просто главный добытчик, а непререкаемый авторитет. Они не живут богато - детских пособий и опекунских зарплат хватает главным образом на то, чтобы не думать о пропитании. Но у всех, кроме малышей, свои ноутбуки и сотовые телефоны. Одежда и обувь - из магазинов, а не из тюков с гуманитарной помощью. Татьяне Юрьевне, конечно, пришлось оставить работу, но она ежедневно переглаживает килограммы белья, готовит обед, проверяет у всех уроки. А ведь еще и поговорить надо! И главное - посмеяться вместе! Им почему-то все время хочется радовать друг друга. Семья любит путешествовать. Летом дружно отдыхали в Египте - все пятеро, троих младших еще не было. Нынче такую поездку не потянут, но нисколько не переживают, отправятся на дачу: и поработают, и отдохнут. Главное - вместе.
- Неужели вам не хочется пожить в свое удовольствие? - допытывалась я у многодетной мамы. «Да ведь я именно так и живу. В свое удовольствие!» - удивилась вопросу Татьяна Юрьевна.

Омск