Тогда не будет необходимости что-то скачивать, потому что прорешать все варианты невозможно и люди будут работать на экзамене. Конечно, если есть возможность, надо ставить видеокамеры так, чтобы всем было видно, как идет экзамен. Это сделает ЕГЭ более прозрачным. Еще я бы создал независимые центры по приему единых государственных экзаменов с механизмом страхования и заключения договоров. Предположим, что я директор такого центра, со мной вуз заключает договор, фактически через меня проходят будущие студенты, сдавая экзамены. Если я принял экзамен так, что появились стобалльники, а в вузе выяснилось, что знания ребят такому высокому результату не соответствуют, со мной договор разрывают, я несу репутационные потери и должен выплатить страховой взнос. Тогда это будет независимая общественно-государственная экспертиза знаний детей. Кроме того, имело бы смысл сделать так, чтобы человек мог повышать свои баллы, сдавая экзамен в течение какого-то времени, скажем, через полгода, первый раз бесплатно, а дальше - за небольшую плату. В моем центре образования в этом году шесть стобалльников, есть ребята, сдавшие и на 90, 70, 60 баллов, они сдавали честно, если бы списали, стобалльников было бы много больше. Я думаю, что большинство ребят в Москве честно сдали ЕГЭ, это взрослые оказались не очень состоятельными. Министерство образования и науки РФ предложило дополнить результаты ЕГЭ портфолио учеников, средним баллом аттестата. Но мы все это уже проходили, идея среднего балла уже в прошлые годы показала свою несостоятельность. Портфолио на Западе уже существует, наши дети тоже смогут собрать информацию о всех своих грамотах, призах, победах, но давайте все-таки сначала сделаем прозрачным, честным и объективным ЕГЭ.

Оксана МИРУШИНА, директор гимназии МИИТ:
- Учась в 11-м классе, дети практически не изучают те предметы, которые они не будут сдавать на ЕГЭ. Они выбирают только те предметы, которые нужны им для поступления в вуз. Думаю, что для поступления на разные специальности в вузы в перечне необходимых должны быть четыре-пять предметов, а может, даже восемь, для того чтобы у детей был стимул изучать эти предметы в 10-11-х классах. Тенденция сегодняшнего звена уже состоит в том, что ребята, ученики среднего звена, тоже начинают выбирать и изучать исключительно те три предмета, которые им понадобятся для поступления в вуз. Таким образом обедняется школьное образование. Сегодня наши выпускники обделены вниманием семьи, им необходимо просто высказаться кому-то, а они сделать этого не могут. Поэтому нам надо ввести и литературу, и историю как обязательные предметы, создать условия, чтобы ребята могли говорить, формулировать свою точку зрения, отстаивать свое мнение.

Любовь САМБОРСКАЯ, член Московского городского экспертно-консультативного совета родительской общественности:
- У наших детей должны быть равные права и равные возможности для получения высшего образования. Эти возможности мы должны обеспечить путем равных условий при сдаче ЕГЭ, например, организуя сдачу экзамена в специально оборудованных помещениях, снабженных видеоаппаратурой, для трансляции в режиме реального времени в сети Интернет. Нечестный, безответственный подход к ЕГЭ педагогов, родителей, субъектов РФ лишает наших детей - московских школьников - шанса поступить в ведущие вузы России. Какое общество мы создадим, если уже сейчас наши дети убедятся, что нечестность помогает сделать успешную карьеру?! Родители голосуют не за отмету ЕГЭ, а за честное проведение его во всех субъектах РФ, в том числе в Москве. Стремление к наживе приводит к дискредитации всей системы аттестации выпускников школ. За нарушения нужно ввести ответственность, в том числе уголовную.

Наталья ПУСТОВОЙТ, заместитель директора лицея №1408:
- Когда-то был единый справочник для поступающих в вузы, там были вопросы по вступительным экзаменам - это был своеобразный ЕГЭ. Я училась в провинциальной школе, но сумела подготовиться хорошо и поступила в московский вуз. Но это говорит о том, что вопросы были для всех одинаковые, вот только каждый ребенок готовился к экзаменам по-разному, по-своему. Сейчас ЕГЭ практически отражает показатели того мониторинга, который проводит Московский центр качества образования. Наши дети сдают ЕГЭ практически так же. То, что предлагает Евгений Ямбург, то, что и мы проходили, тогда дети будут знать, к чему готовиться, только и на этот раз каждый ребенок будет готовиться по-своему. Во всех контрольно-измерительных материалах ЕГЭ есть творческая часть, в которой он может отразить свою позицию и получить более высокий балл. Я за независимые пункты проведения ЕГЭ, чтобы там были профессионалы, так как каждый год, сдавая ЕГЭ, дети попадают в аудитории, где не всегда работают квалифицированные организаторы. В этом году наши дети стали практически жертвами организаторов, потому что, выслушав накануне экзамена истерию в СМИ, на следующий день организаторы в аудиториях слишком рьяно кинулись завинчивать гайки, и психологическое давление на детей оказалось очень сильным. Когда в регионах такой строгости в организации экзаменов нет, в Москву приезжают дети с высокими баллами, а наши московские дети оказываются дискриминированными. Я думаю, как же сложатся их отношения с теми детьми, которые приезжают, поступают в ведущие вузы и будут учиться в них пять лет. Поэтому, может быть, после создания профессиональных независимых центров все будет по-другому.

Евгений СЕМЧЕНКО, начальник Управления оценки качества образования Рособрнадзора:
- ЕГЭ проходит в тринадцатый раз - в пятый раз в штатном режиме. До 2009 года, когда были срезаны определенные финансовые лимиты, на разработку КИМов, на поддержание технологии у нас был для каждой из шестисот ТОМовских зон отдельный комплект материалов. Им загодя доставляют пустые бланки, по специальным каналам - задания. Министр Дмитрий Ливанов считает, что там была возможна утечка материалов. В нынешнем году мы наблюдали несколько серьезно организованных хакерских атак на сайты Федерального центра тестирования и Федерального института педагогических измерений, в том числе был взломан почтовый сервер ФИПИ, очевидно, были взломаны файловые архивы с КИМами впервые за 13 лет. Такую хакерскую атаку возможно организовать, когда путем перебора паролей (когда объединяют несколько сотен тысяч компьютеров) заражают их вирусом, определенный вычислительный резерв компьютеров бросается на выполнение строго ограниченной математической задачи. Все это довольно профессиональная процедура, которую мы сейчас наблюдаем. За все годы проведения ЕГЭ никогда до начала экзаменов такого количества заданий в сети Интернет, в социальных сетях не было. В этой части законодательство, мягко говоря, несовершенно и не позволяет блокировать с территории России доступ к определенным сайтам, которые физически размещены за рубежом. То есть нельзя закрыть сайт в режиме онлайн, нужно по правилам оформить заявку, доказать, что деятельность на сайте противоправна, только тогда можно будет блокировать доступ с территории России на этот сайт. Есть положительный опыт арабских стран, в частности Объединенных Арабских Эмиратов, где любой сайт даже только с подозрениями на какую-то вредную информацию автоматически блокируется до тех пор, пока его заявители не докажут обратное. Я думаю, эту практику надо использовать и у нас. В этом году у нас была неплохая практика взаимодействия с социальными сетями, более 1200 сообществ в различных социальных сетях закрывались в режиме онлайн. У нас работала мониторинговая группа, которая отслеживала всякую активность в разных сетях и проявляла свою социальную активность, поэтому меня удивляет утверждение некоторых СМИ, которые писали, что в Сети появляются настоящие КИМы. 99 процентов КИМов в сети - мусор, как это было и раньше. Наша технология проведения ЕГЭ самая передовая в мире, в США дети ожидают результатов сдачи экзаменов 4-6 недель, это нормальный срок ожидания за рубежом с учетом того, что у них нет части С. За рубежом широко распространена практика аннулирования результатов, например, в 2012 году в штате Алабама были отменены все результаты экзамена, потому что были получены недостоверные результаты. За рубежом есть практика пересдачи экзамена. Практика подталкивает нас к выставлению банка КИМов, к этому мы шли много лет, но получить дополнительное финансирование на это было невозможно. Россия не Голландия, где восемь лет проходит экзамен по двум вариантам, один из которых запасной. Такого количества оригинальных вариантов, которые делает ФИПИ, не делает ни одна страна в мире. В 2002 году нас пригласили в Великобританию поучиться у них проведению ЕГЭ, мы увидели, что у них весь банк тестовых заданий на бумаге стоит в шкафу, а у нас уже тогда было специальное программное обеспечение. У нас сейчас начата работа по созданию независимых центров сдачи ЕГЭ, она будет продолжена в ближайшие годы.

Марина ЧИБИСОВА, доцент факультета социальной психологии МГППУ:
- Традиционно считается, что главная проблема при сдаче ЕГЭ - психологическая неготовность, чувство тревоги, возникающее у детей к экзамену. Мы эту тему изучаем вот уже десять лет. В целом на протяжении того времени, когда дети сдают экзамен, уровень тревоги у них сейчас понижается. Мы получали максимально высокие результаты в 2003-2004 годах, но сейчас по оценкам учителей можно сделать вывод, что общий уровень тревоги становится ниже. При этом нужно всегда помнить, что нет такой задачи, чтобы довести ребенка до состояния абсолютной расслабленности перед сдачей экзаменов. Есть некая психологическая закономерность, что уровень тревоги влияет на результативность работы в двух случаях. Когда он очень высокий, резко падает эффективность деятельности, когда он очень низкий - если ребенок очень расслаблен и считает, что экзамен какое-то обыденное повседневное событие в его жизни, это негативно скажется на тех результатах, которые он в конечном счете получит. Поэтому мы не можем ставить перед собой задачу добиться полной расслабленности в состоянии выпускников. В прошлом году мы сделали очень интересные исследования, сравнив две группы выпускников по уровню тревоги на момент финальной прямой перед сдачей экзаменов. В первой группе были дети, которые стандартно учились в школе и посещали занятия. Во второй группе - те, кто обучался по экстернатной форме. Вторая группа показала более низкий уровень тревоги, чем первая группа, из этого следует вывод: в школе мы нагнетаем тревожную обстановку и влияем на повышение уровня тревоги у выпускников. Каким образом это происходит? Первое - мы создаем настрой на экзамен у детей. Дети могут говорить себе: «Мы идем на экзамен, который сдали тысячи детей по всей стране, поступили по результатам этого экзамена в хорошие вузы!» или могут говорить так: «Сейчас мы идем сдавать экзамен, результаты которого куплены и сдать который честно невозможно!» Понятно, что на уровень тревоги окажет влияние та мотивация, с которой ребенок пойдет на экзамен. Каждый из тех, кто имеет отношение к организации и проведению ЕГЭ, может представить множество позитивных статистических данных о том, как хорошо сложилась судьба детей, честно сдавших ЕГЭ, о том, как они поступили в такие вузы, о которых даже не думали, даже не могли помыслить, что будут там учиться. Об этом мы говорим гораздо меньше, чем о каких-то скандалах и нарушениях процедур, которые возникают на ЕГЭ. В результате дети часто не воспринимают этот экзамен как задачу, которую можно решить, экзамен, который можно сдать, получить хорошие результаты и обеспечить себе социальный лифт и далеко идущие жизненные перспективы. Нам надо сформировать у них конструктивный момент.

Татьяна ПИГАРЕВА, учитель русского языка и литературы:
- Я не разделяю мнений тех коллег, которые считают, что технология ЕГЭ отработана до совершенства. Мне кажется, что нам, учителям, еще надо активнее выступать и выступать, показывая преимущества этой технологии. Автоматическое распределение ребят и организаторов по аудиториям приводит к тому, что школа практически исключена из процесса организации ЕГЭ. Мне кажется, что надо больше доверять и уважать тех, кто занимается этой работой. Экстраполяция неудачного опыта отдельных людей на всю систему не может быть успешной. Наши дети должны выбирать все экзамены и успешно сдавать по ним ЕГЭ, но как это делать, если, например, на физику в учебном плане отведено мало времени? Как можно сдавать физику и литературу, если в расписании экзаменов они стоят в один день? Нам надо анализировать причины, по которым дети выбирают тот или иной экзамен. Например, известно, что слабо успевающие дети выбирают экзамен по обществознанию, считая, что это очень легкий предмет. Я считаю, что экзамен по литературе надо сделать обязательным, ведь литература архиважна и архинужна для воспитания думающего, культурного человека, нельзя обеднять наших детей. Я уверена, что ЕГЭ не может быть единственной формой оценки учебной деятельности выпускников, пусть будут портфолио, пусть будут рейтинговые оценки, пусть будет средний балл аттестата, пусть учитывают медали, но нам надо дать детям возможность проявить себя шире, чем только по русскому языку, математике и обществознанию. Может быть, дать им возможность сдавать какие-то предметы - химия, физика, биология, та же история - в традиционной форме, ведь эти предметы, к сожалению, учащиеся практически не выбирают в силу своего возраста и интересов, тем самым закрывая себе дальнейший путь развития.