Алексей МУРАНОВ, заместитель директора Центра образования №1811 «Измайлово», руководитель начальной школы:

- Дети в моем представлении очень разные, причем чем младше дети, тем эта разность в зависимости от возраста, на мой взгляд, больше. Поэтому нельзя делать одну программу для всех детей, особенно в начальной школе. В Москве давно уже нет никаких возможностей посмотреть ребенка и принять его в школу потому, что он, например, хорошо читает, ребенка записывают в школу почти автоматически: подал заявление - его взяли.
Другой вопрос, хочется ли нам, педагогам, чтобы дети научились читать до школы? Иногда, конечно, хочется, но больше нам хочется, чтобы дети хорошо говорили. В школе, как и везде, важна прежде всего устная речь - умение сказать, слушать, задавать вопросы. Поэтому если говорить вообще о детском саде, то он, конечно, должен развивать и при этом формировать речь - без этого тяжело в начальной школе, а вот чтобы эта речь была сформирована письменно, по моим представлениям, не так важно.
Учителя готовы всех детей учить читать и писать, у меня много учителей, которые говорят: «Хорошо, когда дети еще не умеют читать и писать, мы их сразу научим читать и писать правильно». Но им очень сложно работать, когда одна половина детей в классе очень плохо умеет говорить, а другая половина умеет хорошо читать и писать, считает в пределах ста и вообще уже ближе ко втором классу. Такую ситуацию учителя не очень любят, но это не значит, что они с ней не готовы работать.
Когда мы говорим о стандартах дошкольного образования, я понимаю, что с ними история такая же, как с начальным образованием. Тут есть две стороны: первая - это стандарты к требованиям к ребенку, к тому, что должен знать ребенок в итоге, вторая - это стандарты для детских садов, которые должны быть такими-то и такими-то, давать то-то и то-то. Мне очень хочется, чтобы второго направления было значительно больше, потому что все-таки с начальной школой случилось именно так.
Поскольку довольно долгие годы школы были очень разные, то, строго говоря, по новым стандартам, как считаю, мы жили очень давно, уж точно с середины 90-х годов, поэтому мы с введением новых ФГОС особо никаких изменений не увидели. Мы просто живем, стараясь сделать так, чтобы школа была более домашней, чтобы в нее было приятно приходить. Видимо, у нас это получается, поскольку сейчас число записавшихся в первый класс нашей школы детей уже больше ста шестидесяти (рядом с нашей есть школы, в которых записались 30, 40 человек и меньше, а в Москве есть школы, в которые вообще никто не записался). Мы сначала принимаем в школу абсолютно всех детей из нашего микрорайона по электронной записи, потом берем из других микрорайонов. Когда мы детей уже приняли, проводим с ними собеседование. Не для того чтобы принять или не принять, а для того чтобы выяснить, насколько они готовы к школе. Собеседование проходит и с учителем, и с психологом, и с логопедом. Логопед набирает себе в группы тех, с кем ему предстоит работать в первом классе как логопеду, психологи смотрят, как лучше собрать детей в классы - в следующем году у нас их будет шесть. При этом мы, конечно, можем принимать решение вместе с родителями, учитывать и их пожелания. Детские сады у нас сейчас тоже очень разные, очень хочется, чтобы не было плохих детских садов. В этом смысле некоторый стандарт, понятно, нужен, чтобы были занятия, чтобы дети лепили, рисовали, но очень опасно поворачивать этот стандарт так, что дети обязаны были что-то делать. У меня знакомый ребенок в пять лет поступал в американскую, правда, в частную школу, там было условие, чтобы он хорошо умел читать, писать печатными буквами, считать в пределах двадцати. С точки зрения психологической готовности и возрастной готовности большинство детей пятилетнего возраста это могут делать, но весь вопрос, как их всему этому научили, может быть, это было сделано в игре, но все равно детская игра никогда не существует без всяких правил, у игр есть свои собственные правила, с какой-то целью внесенные педагогами.
Я руковожу начальной школой больше десяти лет, а в принципе больше тридцати лет работаю в своем Центре образования. Мы за эти годы прошли путь борьбы с плохими учителями и постепенного ухода этих учителей. Сложно найти новых хороших учителей, сложно их воспитать. Но чем больше хороших учителей, тем больше становится рядом тоже хороших, может быть, не таких выдающихся, но хороших учителей. Атмосфера школы создает общий уровень, родители говорят: «Нам понравилась ваша атмосфера, то, как с нами говорили, поэтому мы выбрали вашу школу, поэтому к вам пришли».

Марина АРОМШТАМ, учитель, кандидат педагогических наук:

- Я помню, как начинался разговор о стандартизации дошкольного образования. Сначала этот вопрос очень долго откладывали, все, кто хоть как-то был причастен к психологии дошкольного детства, понимали: стандартизация не просто некоторый программный компонент, а обязательно проверка. Стандарты дают возможность гораздо более удобного контроля, причем по количественным показателям. Но что такое количественные показатели? Это школьная парадигма «знания, умения, навыки». Могу дать руку на отсечение: как только стандарты введут, мы через год увидим тетенек с бланками, которые придут к пятилеткам, чтобы их проверить, то есть создадут экзаменационную ситуацию в детском саду.
Если вы сейчас придете в любой детский сад и спросите: «Что для детей главное?» - вам ответят: «Главное для ребенка - игровая деятельность, главное для ребенка - это игра», но почему, никто не объяснит. Между тем игра - спонтанная, плохо регламентируемая деятельность.
Всегда есть пласт родительских тревог, когда родитель же оказывается между школой и детским садом, между одной любовью к ребенку и другой. Он приходит в образовательное учреждение, и ему говорят: «Если ваш Ваня не будет уметь то-то и то-то, с ним будет то-то и то-то». Нужно это понять и дальше исходить из того, что ты, как родитель, должен сделать, чтобы это то-то и то-то выглядело помягче. Сегодня большие требования к педагогам. В Финляндии педагог дошкольного образования тоже должен иметь высшее образование. Но там это нужно, чтобы у него была очень большая степень свободы. Считается, что такой педагог может проектно мыслить, прийти к детям и понять их, самостоятельно разработать ту программу, по которой он с ними будет работать.
Есть категории «психологическая готовность к школе» и «ребенок, подготовленный во всех отношениях». Психологическая готовность - некоторый перечень психологических параметров, которому ребенок должен соответствовать, чтобы пережить те удары, стрессы, травмы, переживания, с которыми ему придется столкнуться, чтобы у него был внутренний ресурс, который поможет им противостоять. Ребенок, подготовленный во всех отношениях, - это ребенок, который на самом деле выигрывает у своих сверстников лишь первые полгода, когда будет получать больше флажков за хорошо выполненные задания.

Ксения ЧУДИНОВА, журналист и мама двоих дочерей:

- Я некоторое время работала в школе №1321 «Ковчег», в которой учатся дети самых разных возможностей и здоровья.
В некотором роде мое отношение к собственным детям очень сильно изменилось, после того как я поработала в этой школе, теперь я понимаю, что дети действительно разные.
Меня не страшат проверочные тесты для детей, потому что моя старшая дочь в свое время проходила психологические тесты и их благополучно завалила. У нас был прекрасный экспериментальный садик, но нас вызвал психолог и сказал: «Вы завалили 80% теста».
Я попросила: «Покажите задания», а дальше сама на этих заданиях засыпалась. А потом я подумала, что меня это не должно касаться, ведь это какой-то тест, который не имеет ничего общего с реальной жизнью. У меня нормальная семья, мы ходим в музеи, мы читаем книги, ну почему я должна ориентироваться на этот тест?!
Позже мы поступили с ней в нормальную, обычную школу. Когда говорят, что учителя якобы хотят, чтобы первоклассник пришел и уже умел читать, то это не так. Учителя этого не хотят, но любой учитель стремится видеть перед собой понятный круг учеников, заранее узнать, на какой уровень ему нужно всех вытащить. Несколько дней назад меня вызывает учитель русского языка и пытается со мной поговорить о том, как плохо учится моя старшая дочь. Я ей говорю: «Вы можете объяснить, зачем ей нужно хорошо учиться? Понимаете, если у ребенка нет мотивации, он учиться не будет. Какую мотивацию предлагаете вы?» Учитель мне говорит: «Знаете, она у вас не поступит в высшее учебное заведение». От мантры всего российского общества, что высшее учебное заведение что-то невероятно прекрасное и очень понятное, мне кажется, нужно избавляться.
В детских садах хорошая подготовка, но не к школе, а к жизни. Что касается нашего школьного образования, начальная подготовка наших детей очень хорошая, есть специальные международные тесты, которые проходят дети во всем мире, PIRLS и TIMSS, так вот эти тесты наши дети проходят блестяще. Родители понимают, что когда их ребенок пошел в первый класс, это для него большая нагрузка. Всякий родитель старается ребенка оградить, помочь ему, посидеть вместе с ним над домашними заданиями.
Каждый родитель должен понимать, что преподаватель не по ту сторону баррикад, что между ними проходит ребенок, что его воспитание их совместное интересное дело.
Родители должны в школу приходить и говорить: «Ребята, как здорово, что нам достался мой собственный ребенок на воспитание...»