Представляя нам результаты Всероссийского опроса общественного мнения по вопросам поддержки и развития талантливых детей, социолог Елена Петренко с гордостью сообщила: наконец-то мы вышли (хотела, видимо, сказать: высвободились) из советской «шинели», то есть покончили с уравнительной психологией. Доказательство - значительный процент тех, кто согласен с утверждением: прогресс общества определяет творческое меньшинство, составляющее 3-5% населения. Так думают теперь 36% граждан страны.
Вообще-то я убежден, что это либеральные стереотипы, чтоб не сказать - глупости. Гораздо глубже и ближе к истине представляется мне формула Карла Маркса: вместе с основательностью исторического действия будет расти объем массы, делом которой оно является. Однако НКС не место для идеологических дискуссий: и без того я там в подавляющем меньшинстве. Вместо этого вежливо спрашиваю: во сколько обошлось исследование и какие рекомендации Национальному координационному совету готовы дать социологи?
Ответ: сколько стоило - авторы не помнят, а задача вырабатывать рекомендации вообще не ставилась. Если бы была поставлена, респондентов обязательно опросили бы на предмет рекомендаций. Удивительно, но факт: людям, именующим себя социологами, даже в голову не пришло, что рекомендации на основе исследования они могли и должны были выработать сами!
Прошу слова и начинаю с того, что, конечно, наука - это способ удовлетворения частного любопытства за государственный счет. Однако представленные нам результаты уж очень тривиальны. В другом месте сказал бы: натуральная банальщина. Но статус совета обязывает: кругом профессора, академики, заместители министров, на худой конец депутаты...
Продолжаю: гораздо глубже и практически важнее представляются мне результаты европейского социального исследования (ЕСС), с которыми ознакомился несколько лет назад. Исследование проводилось в 32 странах по вполне репрезентативной выборке с использованием современных методик. Его результаты показали: с советской «шинелью» (духовно-нравственной традицией) значительная часть наших людей действительно покончила; но при этом оказалась в другой «шинели» (не знаю уж, гоголевской или какой), характерной для более низкой стадии развития цивилизации.
Так, в советскую эпоху мы были в числе мировых лидеров по ориентации на так называемые постматериальные (духовные) ценности. В послесоветскую наши показатели в этом отношении примерно вдвое хуже, чем в социальных государствах Европы.
В советскую, а отчасти и в досоветскую эпоху мы принадлежали к народам общинным, коллективистическим, «соборным». Теперь же для массового сознания характерны глубокая атомизация, одиночество и утрата смысла. Согласно данным ЕСС около 30% российских граждан заявили, что практически никогда не общаются с друзьями. В социальных государствах Европы примерно 60% женщин имеют мужа или постоянного друга. В России - около 40%.  
Однако, быть может, самый печальный результат, полученный социологами, - распространение вместо коллективистической психологии конкурентного индивидуализма. Его характерная черта - чувство удовлетворения, и не столько от собственного успеха, сколько от поражения другого.
Стараюсь убедить членов НКС: для развития талантов нации социальная солидарность не менее важна, чем стремление к достижениям. Более того, опыт СССР, Японии, Южной Кореи и Финляндии доказал: для модернизации страны, для экономического, технологического и социального прорыва высокий образовательный уровень населения в целом важнее отдельных достижений выдающихся личностей. Именно доступность высококачественного образования каждому человеку независимо от места жительства, национальной принадлежности и социального положения позволили нашей стране, несмотря на человеческие потери в результате войн, революций и репрессий, впервые в своей истории стать второй экономикой в мире, второй научной державой и войти в тройку мировых лидеров по интеллектуальному развитию.
А что мы видим сейчас?
1. Эксперты, в том числе мои оппоненты, признают, что 20% старшеклассников функционально неграмотны в смысле грамотности чтения: текст читать могут, а понять не способны.
2. По убеждению моего учителя и многолетнего декана исторического факультета ОмГПУ профессора Виктора Худякова, уровень исторических знаний выпускника современного педагогического либо классического университета примерно равен уровню хорошего советского школьника.
3. Недавно в You tube были выставлены фрагменты видео об отборе ведущих для новостных программ на общественном телевидении. По поводу того, куда впадает Волга, прозвучали такие мнения: «Волга впадает в Енисей», «в Амурский залив», «в океан». Единственная девушка, давшая правильный ответ - в Каспийское море, - тут же засмущалась и добавила: «Наверное, я сказала глупость».
В ноябре прошлого года в «Вестях-24» был показан опрос аспирантов и студентов последних курсов московских педагогических университетов. Приведу ответы лишь одного из опрошенных, остальные отвечали примерно так же.
Антон Ткаченко, выпускник Вологодского педагогического университета, аспирант Московского городского педагогического университета, филолог:
- Я бы хотела, чтобы вы постарались вспомнить, из какого это произведения и кто автор: «Безумству храбрых поем мы славу»?
- Скорее всего что-нибудь из Лермонтова, если я не ошибаюсь. Может быть, ошибаюсь.
- Эрих Мария Ремарк мужчина или женщина?
- Женщина.
- Жорж Санд?
- Мужчина.
- С кем стрелялся Пушкин?
- С Дантесом.
- А Лермонтов?
- Стрелялся?
- Да. Или он не стрелялся?
 - Вы надо мной издеваетесь?
- Как, по-вашему, умер Лермонтов?
- А черт его знает!
Вновь обращаю внимание членов НКС на представленные нам социологические данные. Из них следует: каждый третий опрошенный полагает, что современная школа способствует развитию творческих способностей ребенка; каждый второй убежден в обратном; остальные с ответом затруднились. Факт налицо: большинство не считают современную школу творчески ориентированной. Не потому ли, что стратегия поддержки и развития талантов избрана неверно, причем этот неверный курс продолжается?
Объясняю: таланты можно развивать двумя основными путями.
Первый: отобрать талантливых путем проведения различных конкурсов и олимпиад; отделить их от остальных; выращивать отдельно в специальных школах и стимулировать специальными мерами поддержки (грантами).
Второй: в каждом учебном заведении стремиться создать такие условия, чтобы каждый ребенок мог попробовать себя в самых разных видах деятельности; определить те виды, к которым он наиболее способен и мотивирован; развивать таланты каждого человека, а не только наиболее способных.
Первая стратегия ориентирована на формирование творческой элиты; вторая - на творчество для всех.
В советский период наша страна шла двумя путями сразу: были олимпиады и специальные школы, равно как и многолетние дискуссии об эффективности таких школ; но ключевым стратегическим направлением считалась творческая педагогика для всех, которой, повторю, мы во многом и обязаны успехами отечественной образовательной системы.
Выступая на НКС, я не отрицал возможность первой стратегии, но категорически высказался против того, чтобы она оставалась единственной. Между тем, судя по плану мероприятий Национального координационного совета, речь идет главным образом об этом.
Поддержал я и два предложения моего постоянного оппонента, ректора Высшей школы экономки Ярослава Кузьминова:
1) обеспечить бесплатность гимназий при ведущих университетах, в которые будут отбираться наиболее способные дети;
2) в рамках конкурсов и олимпиад ввести специальные квоты для детей из бедных семей, для детей с ограниченными возможностями здоровья и т. п.
Однако главная моя идея состояла в том, чтобы на одно из ближайших заседаний НКС пригласить сохранившихся, несмотря на тотальную бюрократизацию, выдающихся отечественных педагогов и вместе с ними обсудить следующие вопросы:
    Как обеспечить условия для творческого развития по возможности каждому ребенку?
    Как устранить бюрократические завалы на этом пути, в том числе те, про которые Евгений Ямбург высказался так: школа все более превращается в место, где дети и учителя мешают руководству работать с документами?
    Какие изменения внести в стратегию поддержки молодых талантов, чтобы творческая педагогика для всех стала ее ключевым направлением?
Ярослав Кузьминов отреагировал блестяще: заявил, что согласен со своим постоянным оппонентом Олегом Смолиным и готов предложить проведение конкурсов и олимпиад в России на командной основе, дабы препятствовать развитию конкурентного индивидуализма среди молодежи!
В чем, в чем, а в уме Ярославу Ивановичу не откажешь. Как известно, лучший способ победить противника - это задушить его в объятиях. Вместо того чтобы принять мои предложения о принципиальном изменении стратегии, их рекомендуют включить в другую стратегию, не меняя ее смысла, и тем самым чуть-чуть социально окрасить все тот же радикально-либеральный курс.
Под занавес порадовала Ольга Голодец. Она рассказала членам НКС, как изучала опыт Финляндии. А в этой стране каждому школьнику помимо учебной программы создают условия для того, чтобы он мог опробовать свои способности в разных видах труда, включая техническое моделирование, домоводство, обучиться игре на музыкальных инструментах и т. д. и т. п. Повторю: каждому школьнику. В Финляндии не был. Но судя по тому, что слышал, эта страна сохранила и модернизировала советскую модель образования. Там нет ЕГЭ. Набор предметов до определенного возраста является обязательным для всех. Элитарные школы на стадии начального и основного общего образования отсутствуют. Не потому ли во всех последних международных сравнительных исследованиях финские школьники регулярно входят в лидирующую группу, а то и просто занимают первые места?
Что ж, если заместитель Председателя Правительства РФ намерена вернуть нам советские достижения в финской упаковке, двумя руками голосую «за»!

​Олег СМОЛИН, первый заместитель председателя Комитета ГД РФ по образованию