До детского сада десять минут ходу. Десять минут на размышление. Десять минут, и я погружаюсь в иное пространство. Пространство детского мира.

А сколько в нем оттенков и красок?! Много... Как и моих малышей. Они очень разные, как цвета радужного спектра - семь цветов и целая симфония оттенков чувств, настроений...

Стоит верно почувствовать, чем живет каждый из них, уловить нерв, определяющий доминанту деятельности, - и рождается действо, в котором все участвуют на равных правах. Часто задним числом я пытаюсь осмыслить, что побудило меня сделать или сказать то-то, и вдруг с какой-то необыкновенной яркостью увижу перед собой детские глаза и пойму, что именно они и спровоцировали меня на данный поступок или фразу. Мы проживаем вместе каждую минуту, между нами тесная связь, что только и дает возможность личностного подхода к каждому ребенку. Вместе и каждый сам по себе мы возводим в свой мир.

Дети спят. Тишина. Единственное время, кода можно подумать о своем. А свое - это опять-таки дети. Замкнутый круг. Да нет, разомкнутый. Дети за исключением особых случаев - системы разомкнутые, свободные, они-то как раз и связывают меня с миром, через них я проникаю в светлые глубины.

Как-то мы с сыном собирали ягоды в лесу. Я сидела на корточках в чернике, а сынишка стоял радом и был вровень со мной. И тогда меня осенила простая догадка: вот с какого уровня дети видят мир.

Что же они видят? В городе - асфальт, ботинки, брюки, туфли. И вдруг среди этого ботиночно-туфельного мира - пуговица. Яркая, еще не покрытая пылью пуговица лежит на самом виду, и никто, кроме малыша, ее не увидел. А бархатные листочки декоративных кустарников, высаженных вдоль шоссе! Отвернитесь - ребенок сорвет листок и попробует его на вкус. Горький.

Взрослые находятся на одной территории с ребенком, но едва ли они видят сотую часть того, что дети. А уж детское счастье открытия по своей интенсивности несравнимо ни с одним взрослым чувством. Недаром это остается в памяти навсегда. Хотя бы как факт.

Ребенок каждый день живет заново, как впервые. У него свои представления о времени, пространстве, о добре и зле. Он как бы играет с нами в «горячо-холодно». Он тянется к теплу и бежит от холода и равнодушия. Он мал, но его неукротимая энергия познания тормошит нас, взрослых, пробуждает ото сна. Он дает нам возможность прожить новую жизнь, и, если мы в силах это сделать, мы не нанесем ему урона, не притесним его свободу.