Чтобы правильно поздороваться со своим собеседником и правильно обратиться к нему, вам совершенно необходимо знать, что говорящие на этом языке считают вежливым, а что - нет; чтобы вас должным образом поняли и не вышло недоразумений, это так же необходимо знать, как правила употребления падежей или глагольных времен в этом языке.

Вот, например, как устроена (в самом общем виде) система обращений в русском языке. Мы можем обратиться к человеку на «ты» или на «вы»; мы можем назвать его по имени (при этом имя может быть полным: Послушайте, Александр - или уменьшительным: Послушай (те), Саша); а можем по имени-отчеству; наконец, мы можем назвать человека просто по фамилии (без имени и отчества), но зато в этом случае можем еще кое-что добавить перед фамилией, например: Петров, к доске! или: Гражданин Баранов, пройдите к третьему окошку! (Как-то неприятно это звучит. Я, например, не люблю, когда ко мне обращаются просто по фамилии: обычно ничего хорошего это не сулит, правда?)

Чтобы выбрать, какое обращение в каждом из этих случаев годится, говорящие по-русски должны знать очень многое. Дети обращаются к взрослым на «вы», но со своими родителями они обычно на «ты» (когда-то это было иначе). Младшие обращаются к старшим на «вы» и называют их по имени-отчеству; старшие же обращаются к младшим на «вы» или на «ты» (выбор тут зависит от разных причин), но называют их обычно только по имени. Так, студент может сказать преподавателю что-то вроде:
-  Простите, Александр Николаевич, я сегодня не успел подготовить эту главу о поверхностном синтаксисе...
А преподаватель (если он добрый), скорее всего, ответит так:
- Ну что же, Миша, к следующему разу постарайтесь (может быть даже: постарайся) обязательно подготовить!
Интересно, что не все сочетания здесь одинаково возможны. Так, в стенах университета мы вряд ли услышим обращения типа Ты, Александр Николаевич или Ты, Николаич. Во всяком случае, иностранца я бы так говорить не учил. Уж если ты с человеком на «ты», так называй его просто по имени. Такова современная норма, хотя, например, в деревне (да, пожалуй, и кое-где в городе) и сейчас такие обращения встречаются.
Русская система кажется довольно сложной, но системы многих других языков во много раз сложнее. В русском языке всего одно «вежливое» местоимение (вы), а есть языки, в которых до десятка таких местоимений: одними пользуются дети, когда обращаются к взрослым, другими - слуги, когда обращаются к хозяевам, третьими - жены, когда обращаются к мужьям, и т. д., и т. п. Кстати, почему сказать человеку «вы» (как бы считая, что здесь не один человек, а много) - это вежливее, чем сказать ему «ты»? Некоторые причины для этого, конечно, есть, но во многом  это просто культурная условность («Так просто вежливее, и всё», - скажет вам говорящий по-русски). А в итальянском языке «вежливым» местоимением является не столько «вы», сколько «она», «Lei» (первоначально - «она, ваша милость»). Желая вежливо предложить вам сесть, итальянец так и скажет: «Она хочет сесть? Она не устала?» Это значит просто: «Вы хотите сесть? Вы не устали?» Но во многих языках вообще нет «вежливых» местоимений, зато вместо них имеются специальные вежливые слова-обращения. Так, в Польше вежливые люди скорее всего не будут говорить вам «вы», а скажут «пан» или «пани»: «Пан не хочет сесть? Пан не устал?»
Зато в современном английском языке (особенно в США) система явно проще, чем в русском. Нет двух разных местоимений «ты» и «вы» - и поэтому что к кошкам и собакам, что к королю и королеве англоговорящие обращаются одинаково - you. И приветствие в Америке есть одно, почти универсальное - короткое Hi! («Хай!»). И студент преподавателю может сказать «Хай!», и преподаватель - студенту. Легко, и никаких проблем, правда?
Но вернемся к языкам со сложно устроенной вежливостью - для лингвиста они интереснее. До сих пор мы говорили только об одном типе вежливости - по отношению к собеседнику. Мы выяснили, что собеседника можно по-разному называть и по-разному к нему обращаться. Но ведь это далеко не единственный способ быть вежливым в языке. Например, в японском языке можно (и даже нужно) быть вежливым, рассказывая о ком-то или о чем-то отсутствующем. По-русски мы можем сказать:
Вчера я купил эту книгу для профессора Баранова.
Вчера мой друг купил эту книгу для меня / для профессора Баранова.
Вчера  профессор Баранов  купил себе эту книгу.
Во всех этих случаях мы употребляем одну и ту же глагольную форму (купил), и это кажется нам абсолютно естественным. А вот для японца такое почти немыслимо. Как профессора Ивана Ивановича Баранова русский студент никогда не назовет, например, Ваней Барановым, так же точно японский студент не скажет, что его профессор что-то «купил», используя ту же глагольную форму, что и говоря о себе или своем друге. Например, во всех трех приведенных выше предложениях ему понадобятся разные формы одного и того же глагола. Если очень приблизительно передать это по-русски, то получится что-то вроде следующего (только не забудьте, что по-японски будут просто разные формы глагола «купить»):
Вчера  я  сподобился  купить  эту  книгу  для  профессора  Баранова.
Вчера  мой  друг  купил  эту  книгу  для  профессора  Баранова.
 Вчера  профессор  Баранов-сан  изволил  купить  себе  эту  книгу.
О себе в связи с вышестоящим (в данном случае профессором) японец всегда говорит чуть-чуть уничижительно, о близком друге - нейтрально, как о равном, а о профессоре самом по себе - с подчеркнутым уважением.
Этот пример интересен еще и тем, что показывает другую сторону вежливости. Оказывается, вежливость может заключаться не только в повышенном внимании к собеседнику, она может проявляться и в том, что говорящий как бы готов пренебречь собой, он намеренно ставит себя на низкую ступеньку общественной лестницы (может быть, гораздо более низкую, чем та, на которой он на самом деле находится). Такой тип вежливости свойствен многим восточным культурам, но можно вспомнить и русскую старину: ведь когда русский боярин (человек, понятно, не последний в государстве) обращался, например, с просьбой (челобитной) к царю, он писал нечто вроде: «...Бьет тебе челом холоп твой, Гришка...» Заметьте: обращение на «вы» («возвеличивающее» собеседника) тогда не было принято (даже царю говорили «ты»!), а вот «уничижительная» форма вежливости была очень распространена. Зачастую говорящий «принижал» не только себя (называя себя холопом, рабом, Гришкой, а не, например, Григорием или тем более Григорием Романовичем) - уничижительная форма распространялась на все, что его окружало или имело к нему отношение. Вот, например (в несколько упрощенном виде), очень характерный отрывок из одной челобитной XVII века (пишет стрелецкий полуголова - то есть важный чин! - царю Алексею Михайловичу):
... А как я, холоп твой, дочеришку свою за него, Василья, замуж выдал, и он, Василей, мне, холопу твоему, с дочеришкою моею свиданья мне и по се число не даст...
Здесь говорящий не только себя называет холопом, но и дочь свою - дочеришкой; обычная форма «дочь» в такой челобитной выглядела бы - по нормам того времени - невежливо и даже вызывающе. А если бы он вел речь о своем доме, то должен был бы назвать его «домишко», двор - «дворишко», ну и так далее.
И такой тоже бывает вежливость.

​Владимир ПЛУНГЯН, доктор филологических наук, член-корреспондент РАН