«Живая классика-2012» позади, а организаторы вынашивают уже новый амбициозный замысел: на следующий год привлечь к конкурсу не только юных россиян, но и ребят из русских школ стран СНГ.
Разговоры о том, что современные дети глухи к книжному слову и не хотят читать, можно вести бесконечно. А воз так и останется, где был, глубже и глубже уходя всеми своими колесами в трясину нерешенной проблемы. «Живая классика» - это если и не панацея, не чудодейственный эликсир, лишь пригубив который подростки бросятся в библиотеки, расталкивая друг друга локтями, то хотя бы попытка не сидеть сложа руки, а делать реальное дело.

Организаторы попытались привлечь детей к книге, поманив их грядущей славой и внушительными призами, и расчет их оправдался. Говорят, в первом, школьном, туре конкурса, который прокатился по всей стране в феврале, приняли участие два миллиона шестиклассников из 58000 школ: именно они, 11-12-летние, были выбраны главными действующими лицами проекта, так как, по утверждению психологов, люди начинают осмысленно читать именно в этом возрасте. Или уже никогда. Исключения редки и лишь подтверждают правило. Ребятам нужно было выбрать любой понравившийся прозаический отрывок - автор, эпоха и страна «происхождения» значения не имели, лишь бы чтец сумел услышать и донести до слушателей звуки и краски уникальной и неповторимой писательской мысли. Судя по репертуару, с добровольным выбором, конечно, возникли проблемы: обилие Чехова, Бунина, Платонова и Тургенева говорит о том, что без влияния учителей и родителей тут не обошлось. Со стороны взрослых это, увы, медвежья услуга: 12 лет - слишком малый срок, чтобы прочувствовать и заразить других чеховской иронией, платоновской философией или бунинской тоской по безвозвратно ушедшему. Отсюда искренний совет на будущее: оставьте детей наедине с книжной полкой, не кутайте их в «костюм» не по росту, не навязывайте им в друзья тех, с кем они пока еще не могут говорить на равных.
И вот уже март на дворе. В 3,5 тысячи районных туров, которые принимают у себя детские библиотеки, участвуют 11 тысяч конкурсантов. 23 апреля, во Всемирный день книги, своих победителей объявили в 83 регионах России. В жюри - учителя, методисты, библиотекари, артисты и более сотни живых, действующих литераторов, «командированных» Союзом писателей России. В последних числах мая 249 финалистов из Сибири и Поволжья, с Кавказа и Дальнего Востока приехали в Москву. Большинство, как вы понимаете, впервые. Их сразу разделили на семь команд, в каждой из которых нужно было выбрать сильнейшую тройку для суперфинала. Первые слезы разочарования начались уже здесь. Еще бы, столько выдержать и сорваться в тот момент, когда удача, казалось бы, уже в руках, кроткая и покорная. Нервный стресс и горечь поражения снимали прогулками по Москве: за три дня юные чтецы побывали и на Красной площади, и в музее Пушкина, в Кусково и усадьбе Шаляпина и даже в только что отреставрированном Большом театре.
Возглавлять жюри суперфинала должен был народный артист СССР Олег Табаков. А дети с нетерпением ждали Тину Канделаки, чтобы лично убедиться, на самом деле телеведущая может говорить со скоростью пулеметной очереди или все-таки это хитроумный спецэффект. К сожалению, праздник прошел без них, правда, Тина Канделаки передала подарки: билет на закрытую премьеру мультфильма «Мадагаскар-3» для победителя Ильи Виноградова и новенький IPod для Юлии Хаймовской из Забайкальского края, ловко спародировавшей интеллектуальную дуэль учителя и ученика из рассказа Аркадия Аверченко «Индейская хитрость». Однако жюри и без того было вполне представительным: актриса Марина Голуб и телеведущая Светлана Сорокина, детский любимец со стажем, писатель и «вредный советчик» Григорий Остер и певица Елена Камбурова. Об авторитете судей лучше всяких слов говорили гигантские очереди из желающих получить автограф: чтобы попасть на совещание жюри, Марине Голуб пришлось просто спасаться бегством.
Если на предварительных этапах «Живой классики» интереснее всего было наблюдать за литературными предпочтениями ребят, то на суперфинале завораживала уже сама география конкурсантов. Самым мощным и эмоциональным крылом представлен Северный Кавказ. Ничего удивительного: страстные, чувственные, эти дети уже рождаются артистами. Им ничего не надо играть, они на сцене, как в жизни, а в жизни, будто на сцене. Рамзан Истамулов из Чечни будто раздваивается, ежесекундно превращаясь из скользкого, вкрадчивого Тонкого в самодовольного увальня Толстого. Личико его то подобострастно сжимается до размеров булавочной головки, то расплывается пышным масляным блином. Чермен Икоев из Северной Осетии, пожалуй, единственный, кому покорился Бунин: чувства русского дворянина как-то естественно вошли и улеглись в душе этого еще совсем юного, но от природы аристократичного мальчика. Спроси у него, о чем писал Иван Алексеевич в выбранном им рассказе «Косцы», возможно, Чермен и не ответил бы, потому что скорее всего понял его не разумом, а инстинктами, какой-то исторической памятью. А «Монтер» Михаила Зощенко в исполнении Магомета Далакова из Ингушетии - это уже противоположный полюс кавказского темперамента, остросатирический, эдакое «Мимино» художественного слова.
На другом фланге суперфинала «Живой классики» Сахалин, Республика Алтай, Якутия, Бурятия, Забайкалье, Пермский край. Бато Шойнжонов из бурятского села Кижинга и Люба Николаева из Вилюйского улуса Якутии выбрали «Пегого пса, бегущего краем моря» и «Белый пароход» Чингиза Айтматова. Единственно верное решение, ведь словами великого мастера говорили они о самих себе, о детях бескрайних восточных просторов, людях, неотделимых от могучей земной стихии, наивных и мудрых, как сама природа.
Да кого ни возьми, все были неповторимы. У огненно-рыжего Егора Мальцева из Пермского края, читавшего «Дневник кота-убийцы» Энн Файн, казалось, вот-вот вырастет кошачий хвост и сам он, мягко спружинив, взлетит куда-нибудь на высокие стропила декораций. Было до слез жаль Манечку из рассказа Тэффи «Экзамен»: так живо Ксения Бажан из Краснодарского края поведала о том, как, вместо того чтобы учить историю и географию, девочка в тысячный раз выводила скрипучим перышком заветное «Помоги, Господи». Но призовых мест всегда меньше тех, кто их по-настоящему достоин. А колоритное «оканье» и «шоканье» Ани Егорушковой из Татарстана, остановившейся на «Подруженьках» поморского сказочника и этнографа Степана Писахова, эксцентричная театральность Германа Рудова из Саратова, превратившего «Денискины рассказы» Виктора Драгунского в эстрадную зарисовку в духе Яна Арлазорова, а также мрачная, леденящая кровь достоверность, с какой москвич Илья Виноградов читал отрывок из «Детства» Максима Горького, прозвучали в этот раз просто чуть громче и отчетливее.
Но внакладе никто не остался. Министерство образования и науки РФ наградило 21 суперфиналиста путевками в «Орленок». Вдобавок каждый из них получит по компьютеру. Всем 249 финалистам в память о победе вручили серебряные медали от Московского монетного двора. Трое абсолютных победителей могут теперь похвастать новенькими Ipad, в которые так удобно закачивать любые книжки.
«УГ» с самого начала внимательно следила за ходом конкурса и не могла не выбрать собственного фаворита. Мария Скороходова из Нижнедевицкой гимназии Воронежской области отмечена нами «За самостоятельный выбор и независимость суждений». На финале в Москве Маша читала рассказ «Белокурая радость» молодого, мало кому известного пока чебоксарского писателя Александра Ильина. Несмотря на трагическое нездоровье, Ильин - жизнерадостный романтик, чья проза лучится светом и любовью.
- Когда-то мы читали его миниатюры на уроке литературы, - говорит Маша. - Решив участвовать в конкурсе, я вспомнила о них и поняла, как хочется, чтобы об этом удивительном светлом человеке узнали все-все-все.
Напиши ему письмо, Маша. Представляешь, как приятно писателю будет знать, на какую высоту благодаря ему ты взлетела...

Михаил КУЗМИНСКИЙ (фото)