Гуманитарные конференции, организованные совместно с Институтом филологии и истории и кафедрой теоретической и исторической поэтики Российского государственного гуманитарного университета, - это уже многолетняя традиция 45-й. Своеобразная примета в собственном календаре: прошла очередная встреча, значит, зима на весну повернула. О чем только за эти годы не переговорили: о новой драме и экранизациях, о фантастике, комедиях и образчиках новейшей русской литературы. Обо всем, на что не хватает времени на уроке словесности, зажатом в тисках программы и куцых учебных часов. Собираются тут не только хозяева-гимназисты, но и старшеклассники из других московских школ, студенты. Несколько лет назад приезжали с докладами ребята из Красноярска, на этот раз принимали гостей из Петербурга, Новгорода и Когалыма. Вообще эта весенняя встреча на юго-западе Москвы уже сама по себе средоточие сюжетов, чистых и где-то сентиментальных, в лучшем, изначальном смысле этого слова. Ну вот, например, один из них. Когда Сергей Лавлинский, сегодня доцент РГГУ и научный куратор конференции, и его жена Ирина Андреевна, преподаватель литературы 45-й гимназии, работали в одной из школ Кемерова, у них училась юная барышня Даша Иванова. Потом Лавлинские уехали в Москву, Даша поступила на филфак Петербургского университета, но несколько лет назад, еще студенткой, она приняла участие в конференции своих мастеров с работой о современных русских детских страшилках. А в этом году Дарья Александровна привезла в Москву не только доклад «Я» и «не-Я» в песенной лирике Ани-Верры и группы «Апокриф», но уже и собственных своих учеников из питерской школы «Обучение в диалоге». Десятиклассница Полина Любомирова рассматривала мотивы колоколов, бубенцов и колокольчиков в поэзии Александра Башлачева, а Анастасия Стандрик - конфликт в песне Бориса Гребенщикова «Сталь». Такая вот вышла педагогическая «династия», не распадающаяся ни через годы, ни через расстояния. Или вот еще история. Майя Половицкая училась в 45-й гимназии до 9-го класса. Сегодня она уже студентка 3-го курса биологического факультета МГУ. И все эти годы не только приходит в гости к своему любимому учителю литературы Инне Иосифовне Торботряс, но и участвует в родной конференции. Удивительная девушка, на все ее хватает: она всерьез изучает староирландскую, кельтскую культуру и древний готский язык, занимается проблемами физиологии мозга и свою любимую литературу тоже не оставляет. В этом году ее докладу «Два великана» М.Ю.Лермонтова и группы «Пикник»: опыт сравнительного анализа» аплодировали и школьники, и профессионалы.
Впрочем, аплодируют тут, конечно, всем. Такова культура публичных научных собраний. А еще во время заседаний здесь принято обращаться друг к другу на «вы» и «коллега» вне зависимости от возраста и положения. Причем неписаное правило это, по словам Сергея Лавлинского, никто никому специально не навязывал, оно само прижилось, легко и естественно.
Десятиклассник 45-й гимназии Михаил Серегин анализирует песню Александра Башлачева «Петербургская свадьба». Текст неоднозначный, для понимания сложный. К четырнадцати строфам, иносказательным, но вместе с тем метким и емким, сведены здесь 70 незабываемых лет русской истории XX столетия с ее тачанками, несущимися навстречу целине, союзом гвоздики и штыка, Фонтанкой, впадающей в Енисей, и черными свадебными воронками. Строчка за строчкой Михаил профессионально анализирует и пространственно-временной пласт этой мини-поэмы, и систему персонажей, доказательно расшифровывает самые непростые образы, проводит параллели с Гоголем и Блоком.
О неразрывной связи рок-поэзии с традициями классической литературы говорит и десятиклассница 45-й Анастасия Сударикова. Если каждый из нас вышел из гоголевской «Шинели», то песня «Три ночи» модной нынче готической рок-группы «Unreal» - низкий поклон гоголевскому «Вию»: «Три ночи подряд свечи будут мерцать, // Три ночи подряд ведьма будет искать, // Три ночи подряд ей в глаза не смотри, // Там за кругом из мела страх царит до зари». Только в отличие от Николая Васильевича, чья Панночка мстила Хоме Бруту за свою смерть, лирический герой современных музыкантов случайная жертва темных сил. «Вий» не просто положен на музыку, но сюжет его переосмыслен, трансформирован, превращен не более чем в прообраз, прототип, в творческий импульс.
После каждого доклада - вопросы. Их много. И они тоже в большинстве своем профессиональны. Ну, например, как вам такой пассаж из уст десятиклассника: «Как вы полагаете, коллега, с какой целью поэт в финале меняет строй рифмы?» Конференция - это не просто яркая и жизненная альтернатива уроку, но лаборатория мысли. Она учит не только не бояться аудитории, отвечать, быстро собираясь с мыслями, но и задавать грамотные вопросы. Важнейший навык, развитие которого стандартной школьной программой, увы, не предусмотрено. Научный куратор конференции Сергей Лавлинский резюмирует каждое выступление. Так, Валерии Газизовой из 8-й школы Когалыма, рассматривавшей архетипический образ дурака в русской культуре и его воплощение в текстах Ольги Арефьевой, Сергей Петрович посоветовал, дабы углубиться в вопрос, непременно почитать Бахтина и Лихачева. Анастасии Судариковой, всерьез интересующейся готическими традициями в искусстве, - послушать группу «Rasputina», виолончелисток и больших мастериц трансформировать литературные, исторические и мифологические сюжеты. Всего пара фраз, но это верные маяки, указывающие, куда плыть дальше.
Взгляд поколения рэпа и хип-хопа на рок-поэзию интересен уже хотя бы потому, что это взгляд неофита, свежий, незамыленный, подмечающий детали, которые не всегда очевидны ценителям со стажем. Для 40-летних Том Уэйтс, Боб Дилан, The Beatles, Pink Floyd и последовавшие за ними основатели московского, ленинградского, свердловского рока - явления не столько литературные или даже музыкальные, сколько идеологические, революционные. С ними ассоциировались взрыв духа, свежий ветер, разрывавший тесные рамки, сокрушавший стены наскучившего, кем-то сверху установленного порядка, сметавший на своем пути любые ограничения, суливший свободу. Далекие от тех лихих времен молодые люди могут позволить себе отношение более беспристрастное, а значит, в чем-то более научное. Например, «раскрутить» поэзию на винтики метафор и шурупы эпитетов, чтобы посмотреть, на каком фундаменте автор строил, из каких материалов конструировал свои тексты. Правда, к финалу третьего дня, когда прослушаны уже десятки рок-композиций, строгий научный подход вдруг вспыхивает страстным любовным чувством. «Рок навсегда! - хором кричат строгие исследователи. - Мы будем слушать «Doors», Джима Моррисона, Фрэнка Заппу, Тома Уэйтса! А Стаса Михайлова - на мыло!»
Финал серьезной работы, перемежавшейся встречей с музыкантами из рок-группы «Пони» и литературно-музыкальной игрой «Сочини песню вместе с рок-поэтом», - короткое путешествие с Сергеем Лавлинским по жизни и творчеству Фрэнка Заппы, музыканта, писателя, бизнесмена, политика, отца большой семьи. Того самого «папы Заппы», что оставил после себя 60 музыкальных альбомов и собрание практически античных в своей мудрости мыслей и афоризмов. Особенно он любил «проехаться» по современной ему школе: «Наши методы образования превращают детей в невежд особого типа - функциональных неучей. Их не учат иметь дело с логикой, например, не вооружают критериями, по которым можно судить, хороши или плохи продукты или ситуации. Их готовят и выпускают работать безмозглыми покупательскими машинами, потребляющими продукцию и идеи межгосударственного военно-промышленного комплекса, которому для выживания потребен Мир Кретинов...»