Первая встреча с Пушкиным у храбреца Лажечникова произошла в декабре 1819 года в офицерской казарме. Незадолго до этого Пушкин в фойе одного из петербургских театров поссорился с одним из знакомых, майором из малороссов Денисевичем. Поскольку конфликт вышел в месте самом публичном, то последовал вызов, который был тут же принят. Атмосфера той встречи была накалена, и вот-вот должна была наступить кровавая развязка. Однако счастливый случай привел туда Ивана Лажечникова.
Итак, Лажечников был в казарме, когда туда явился безупречно одетый молодой человек в сопровождении своих секундантов - офицеров гвардии. Дуэльные пистолеты уже лежали в бархатной коробке в руках у одного из офицеров. Безусловно, к поединку молодой юноша подготовился в строгом соответствии с кодексом чести. Но тут наш герой узнал в юноше Пушкина, уже достаточно известного в литературных кругах Северной столицы. Лажечников, в то время блестящий адъютант шефа лейб-гвардии Павлоградского полка генерал-адъютанта графа Остермана-Толстого, сразу же взялся за почти безнадежное дело примирения участников поединка и наконец уговорил с некоторой долей настойчивости майора Денисевича извиниться перед поэтом. Примирение состоялось скорым пожатием рук - и закончилось бурной офицерской пирушкой...
Знакомство возобновилось, увы, только через десять лет. Виной тому - скорая отставка боевого офицера. По состоянию здоровья (раны давали себя знать!) Лажечников определен к статским делам и покидает Петербург. Но и в провинции делает блестящую карьеру: в 1831-1837 годах служит директором училищ Тверской губернии, потом и вовсе становится тверским и витебским гражданским вице-губернатором.
Иван Иванович не забывает знакомства с Пушкиным и посылает тому в столицу свои книги. В библиотеке Александра Сергеевича на Мойке сохранились романы Лажечникова, в частности «Последний Новик» с дарственной надписью автора: «Первому Поэту Русскому Александру Сергеевичу Пушкину с истинным уважением и совершенною преданностью подносит Сочинитель 18 декабря 1831. Тверь».
Поселился Лажечников в усадьбе Коноплино, которая, к счастью, сохранилась до сих пор и выделяется среди памятников пушкинской эпохи в Тверском крае. Расположена усадьба на правом берегу Волги, верстах в десяти от Старицы, где, как говорят, бывал и Александр Сергеевич. Правда, исследователь Лазарь Черейский в своей знаменитой книге «Пушкин и его окружение» не подтверждает, но и не исключает подобных встреч.
Увы, сохранились лишь три письма Пушкина к Лажечникову и три письма Лажечникова к Пушкину, малая толика той дружбы в письмах. Так, на очередной подарок - «Летопись Рычкова», касающуюся осады Оренбурга Пугачевым, - Пушкин ответил «минутному другу» благодарственным письмом. Вот оно:
«И.И.Лажечникову
Первая половина апреля 1834 г. Из Петербурга в Тверь.
С живейшей благодарностью получил я письмо Ваше 30 марта и рукопись о Пугачеве. Рукопись была уже мне известна, она сочинена академиком Рычковым, находившимся в Оренбурге во время осады. В Вашем письме я нашел некоторые любопытные прибавления, которыми непременно воспользуюсь. Несколько раз проезжая через Тверь, я всегда желал случая Вам представиться и благодарить Вас, во-первых, за истинное наслаждение, которое доставили Вы мне Вашим первым романом, а во-вторых, и за внимание, которого Вы меня удостоили. С нетерпением ожидаем нового Вашего творения...
С глубочайшим и проч.».
Летом 1835 года поэт собирается писать рецензию на роман Лажечникова «Ледяной дом». В письме к тому от 3 ноября 1835 года Пушкин назвал его романы прекрасными, но обоснованно упрекал автора в том, что в «Ледяном доме», увы, «историческая истина... не соблюдена», высказав свое неизменное требование в художественном произведении строго следовать историческим фактам. Тем не менее, ценя глубокое знание автором истории своей страны, Пушкин прочил долгую жизнь его роману. Он писал о «Ледяном доме»: «Поэзия всегда остается поэзией, и многие страницы романа будут жить, доколе не забудется русский язык».
А между тем у Ивана Лажечникова есть и другие достойные внимания широкого круга читателей книги. Участник войны 1812 года, Заграничного похода русской армии, пожалованный за храбрость при взятии Парижа крестом, он оставил потомкам замечательную книгу - «Походные записки русского офицера», проникнутые искренней любовью к России. Наконец, на склоне лет он опубликовал свои воспоминания о Пушкине.
В завещании своей семье литератор, педагог и администратор, жизнь которого оказалась сопричастна судьбе «солнца русской поэзии», писал: «Состояния жене и детям моим не оставляю никакого, кроме честного имени, каковое и завещаю им самим блюсти и сохранить в своей чистоте».