- Ая! Вы человек необычный. Взять хотя бы ваше имя, а вернее псевдоним. Откуда он появился?
- Человек я совершенно обычный: среднего роста и среднего веса тетенька средних лет, о двух ногах, двух руках и мозгах на плечах. («Мозги на плечах» - это не мое выражение, увидела в статусе у одной девочки, понравилось...) А вот имя и псевдоним не совсем обычные, это да. И каждый раз первый вопрос мне непременно задают именно о них.
Аей меня назвали в честь прабабушки-немки, Айрин. Правда, в свидетельстве о рождении стояла «русская производная» от Айрин, Ирина. И официально я поменяла имя на Аю уж во взрослом возрасте.
А вот со второй частью псевдонима - эН - была действительно любопытная история. В начале
90-х годов мы с мужем и маленьким сыном переехали в Пущино, академгородок под Москвой. Я занималась наукой и писала небольшие стишки и рассказики «для себя», как хобби. А не как хобби писала только научные и научно-популярные статьи. Один из журналов, с которым я сотрудничала, был «Техника молодежи». Его редактор Александр Поликарпов и стал моим крестным отцом в писательском мире. Однажды он попросил меня привезти все, что я сочиняю. Я привезла детские стихи и несколько взрослых юмористических рассказиков. Александр прочел, посмеялся и тут же позвонил в несколько изданий. Это были «Мурзилка», «Семья», «Куча мала», «Студенческий меридиан» и «Собеседник». Выяснилось, что в «Собеседнике» меня ждут немедленно. Я немедленно и поехала.
В «Собеседнике» сидел тогда Дима Быков. Он был великолепен: количество бумаг и окурков на его столе превышало все допустимые правилами пожарной безопасности нормы; также он одновременно что-то правил, кому-то звонил, пил кофе и грыз ручку. Мой рассказ «Дядя Вася, му-у!» он прочел секунд за пять, сказал «ха!», а потом спросил:
- Сколько с пробелами?
- Эмм...
Рассказ был рукописный, черновик фактический. Я понятия не имела, сколько в нем знаков!
- Ха! - опять сказал Быков, посчитал буквы в первой строке, что-то измерил линейкой, помозговал еще секунд пять и радостно сообщил: - Девушка, мы это берем, срочно в номер, нам отлично подходит, и даже сокращать не надо!
Я опять сказала:
- Эмм!
- Как вас зовут?
- Ирина Крестьева.
Быков записал.
- Ну, отлично! Через неделю увидите себя в номере. С почином! Несите еще!
Тут до меня дошло, что увижу себя не только я, но и мои научные руководители, коллеги и прочие-прочие. И я немедленно попаду в ряды желто-бульварных писак, что на тот момент было совершенно для меня недопустимо.
- Нет-нет, стоп! Только не Ирина и не Крестьева.
- А как? Говорите, какой у вас псевдоним.
- Так... Имя - Ая.
Дима записал.
- А фамилия?
- Ну... ну напишите хоть Иванова. Или Кузнецова... Какая разница?
- Иванова - скучно, Кузнецова у нас уже есть.
У меня в мозгу, как в игровом автомате, прокручивались какие-то фамилии, но все было не то.
- Девушка, милая, Ая, Ирина, как вас там... Называйте быстрее!
- Ну... напишите просто «эн»!
Я имела в виду классическое латинское «N», мол, не важно кто. Но Быков рядом с «Ая» написал русскими буквами «эН»; причем «э» у него получилось поменьше, а «Н» - побольше.
- Вот та-ак???
- Да! Именно так! «А» большое, «я» маленькое, потом пробел, потом «э» маленькое и «Н» большое!
- Ну ни фига себе у вас, девушка, фантазия! - восхитился Быков. - Мне б такую!
По дороге в «Мурзилку» и «Кучу малу» я посчитала количество знаков в детских рассказиках, а также надписала все странички: «Ая эН».
- Одно время самые заядлые лирики у нас получались из заядлых физиков. Что вас, физика, сбило с верного пути науки на тропу творчества?
- Правильно было бы переформулировать вопрос: что меня заставило стать физиком, когда уже в школе можно было понять, что мне надо писать-сочинять-фантазировать, а не в железяках и формулах ковыряться? Если ребенок сочиняет стихи сотнями, выигрывает республиканские олимпиады по литературе, а по математике-физике-черчению едва справляется с городскими, то... Но нет, в нашей семье считалось, что заниматься в жизни надо «серьезными вещами», а в гуманитарные институты идут те, кого «увы, судьба обделила».
А ушла из физиков я за месяц до своего сорокалетия. Решение это было не спонтанное. Во-первых, сын вырос, поступил в университет, и мы по этому поводу переехали в Москву, где мне надо было искать новую работу. Во-вторых, к этому моменту у меня уже было опубликовано несколько сотен детских стишков и рассказов в самых разных периодических изданиях, вышла пара книг, попала я и в сборник «Классики: лучшие стихи современных детских писателей» и т.д. В-третьих, работать я стала сразу главным редактором журнала Эдуарда Успенского «Чебурашка» - это было безумно интересно, не работа, а увлекательная игра!
Первые года два в нашем НИИ теоретической и экспериментальной биофизики ждали, что я вернусь, интересовались: «Ну что, еще не наигралась в свои глупости?» А я все продолжаю играть! И никакие это не глупости.
- Вы родились в Тбилиси, там же окончили физфак, вышли замуж, родили сына, переехали жить в Пущино, стали писать детские стихи. Я ничего не пропустила? А что было дальше?
- После работы над журналом «Чебурашка» (всего вышло 9 номеров, я выпускала с №2 по №9) я осталась в Издательском доме «Эгмонт Россия», занималась другими популярными детскими журналами. Параллельно с этим я писала сценарии для еженедельной телепередачи «Советы профессора Чайникова» на канале «Бибигон». Вышли 52 серии. Чуть позже была работа над серией передач для канала «Радость моя». Сколько там вышло «моих» серий, я не помню, около 30, кажется. Профессор Чайников сменился профессором Кварком, а занимательная физика осталась такой же.
Последние два года я работаю главным редактором детских журналов в Издательской группе «АСТ», занимаюсь самыми популярными и массовыми на сегодняшний день журналами. Ну и, конечно, я постоянно пишу что-то свое.
- Вы лауреат национальной премии «Книгуру» за роман «Библия в SMS-ках». Почему вы взялись за эту тему? Вы и правда считаете, что дети могут друг с другом так общаться через SMS?
- А в моем романе дети вовсе не общаются друг с другом с помощью SMS! Ева, Салим и Стасик самым обычным образом и со взрослыми, и друг с другом общаются: и «живьем», и по телефону, и по скайпу, и в чатах. Ева и Салим обмениваются на протяжении целой книги всего парой-тройкой сообщений, а Стасик и писать-то еще не умеет.
Перед каждой главой в романе приведены небольшие кусочки SMS-переписки взрослого 26-летнего брата Макса со своей сестрой-подростком. Но, во-первых, эта переписка - инициатива Макса, повторяю, взрослого и, добавляю, несколько неординарного персонажа. Во-вторых, Макс пошел на такой способ передачи информации от отчаяния, потому что другие способы спасти дом и бабушкино наследство отпадали.
Тема «Библии» меня всегда интересовала. Это великая книга, литературный памятник, историческое значение которого трудно переоценить. Так почему бы не заглянуть в эту книгу, включив мозги?
- Знаете ли вы своих читателей? Я знаю, что однажды вы с ними поспорили, что пройдете в социальной сети «ВКонтакте» игру «Ферма». Как все было на самом деле?
- Изначально мы не спорили. Просто так случилось, что во время читательского голосования на «Книгуру» я пообещала девочкам-читательницам, что если займу первое место - буду играть с ними в «Модной ферме» до победного конца, если второе - пройду 50 уровней. Это они уже потом сами стали спорить, сколько уровней за сколько дней я смогу пройти.
К счастью, я заняла всего лишь второе место, поэтому сейчас моя ферма 50-го уровня засажена цветами и заброшена. Над ней летает и корчит рожи милое виртуальное привидение. Иногда я вхожу в игру и дарю «соседям» подарки, которые появляются на складе.
- Есть мнение, в частности, так утверждал Андрей Усачев, что сейчас в России нет сильной детской прозы, что сейчас все интересное пишется в Скандинавских странах и в Финляндии, например, Аника Тор, Ульф Старк, Мария Парр. Вы с этим согласны?
- Не согласна категорически. Просто издателям выгоднее издавать зарубежных уже раскрученных авторов. На их книжках можно написать «Премии такая-то и разтакая-то», «10-е издание», «Переведено на 28 языков мира». А наших авторов надо сначала премиями наградить, 10 раз издать, 28 раз перевести... Хлопотно, муторно, затратно, возиться никому неохота. Хотя сейчас потихоньку ситуация меняется.