​Опережая время

Софья ЛЫСЕНКОВА, учитель начальных классов


Маргарита КУРГАНОВА

Уже в 70-80-е годы Софья Лысенкова была известна не только в Москве, но и в Союзе. Ее знали довольно многие педагоги, которым посчастливилось побывать на ее курсах. Она охотно делилась своим опытом. И еще ей приходили письма со всей страны. Их авторов интересовал главный вопрос: как ей удается опережать программу в начальной школе? Ведь она настолько сложна для многих детей, что за положенный срок едва удается пройти весь материал.
Благодаря методу, который вошел в историю педагогики как комментированное чтение, у Софьи Николаевны нет отстающих. На занятиях все одновременно «шагают в ногу» - и сильные, и слабые. Девиз опережающего обучения: знающий ученик учит незнающего.
Как это удается? Что значит опередить время? Может быть, просто бегло изучить одну тему и бежать к следующей? Вовсе нет. На ее уроке наряду с повторением прошлого, изучением настоящего понемногу, в течение нескольких минут, частями дается что-то из будущей темы. К новой теме здесь подходят задолго до того, как придет ее очередь. Может быть, спустя 10-20, а то и 30 уроков. Софья Николаевна называет это большой перспективой.
И вот результат. С детьми, которые пошли в школу с шести лет, она закончила программу за три года вместо четырех. С классом (1-3) завершила ее за два года. Как она использовала способ комментированного чтения? Он еще называется «комментированное управление учебным процессом». Скажем, ученика вызывают к доске, он пишет под диктовку учителя и при этом проговаривает все свои действия, а остальные в своих тетрадях молча делают то же самое. Ученик у доски выполняет роль ведущего. Термин «веди» употребляется вместо «отвечай». Комментированное управление объединяет три действия: мыслю, говорю, записываю. Каждый ребенок учится и управлять, и исполнять, и руководить, и подчиняться.
Софья Николаевна Лысенкова входит в когорту учителей-новаторов, которые предлагали новые идеи, новые методы в обучении детей, порой довольно парадоксальные, но потом одобренные многими учеными и заимствованные коллегами. Она народный учитель СССР, награждена медалью К.Д.Ушинского. И сегодня нередко встречается с молодыми учителями, рассказывает им о своих технологиях.

Учить сердцем

Анна ХРУСТАЛЕВА

Многие из тех, кто был с ним рядом, забыты или ушли. А Шалва Амонашвили, доктор наук и профессор, писатель и академик с мировым именем, автор учения о гуманной педагогике, до сих пор работает и ведет за собой тысячи неравнодушных последователей. Непоколебима его вера в безграничные способности ребенка, в умение детей оценивать себя самостоятельно. И столь же несокрушимо абсолютное неприятие авторитарной школьной политики, повелительного наклонения в отношениях учителя и ученика.
За свою долгую, яркую жизнь он прошел и через счастье научных открытий, когда эксперименты, которые он проводил в опытных тбилисских школах, давали невероятные результаты, когда на его малышей, на самом деле самых обычных, просто воспитанных в любви и тепле, смотрели как на юных гениев и самородков. И через отчаяние прошел, когда его методы - безотметочное обучение с шестилетнего возраста, воспитание критического, активного мышления - запрещались, во всеуслышание объявлялись буржуазными, вредными, откровенно опасными. Конечно, он всегда выплывал. Спасали друзья, единомышленники, приходили на помощь и совсем незнакомые люди.
Сегодня он живой классик. Ездит по миру, читает лекции. Чтобы послушать его, пообщаться лично, учителя едут со всего бывшего Союза -  не только из России, но и из Средней Азии, Прибалтики, Украины. Шалва Александрович видит в них элиту, не способную мириться с обыденностью и рутиной.
- Увы, авторитаризм не уходит из нашей школы, - полагает Амонашвили. - Советский учитель так и остался советским учителем. Мы и в вузах продолжаем воспроизводить педагога советского типа, людей с традиционным, материалистическим, трехмерным мышлением. Классика - это звездное небо, но разве ее кто-то читает? Все, чему учат сегодня педагогов, - брать чужие методические разработки и пользоваться ими изо дня в день. Новые стандарты, старые стандарты - все это блеф. Мы должны возродить учителя, дать ему свободу, чтобы он творил, как подсказывает сердце.

Эксперимент продолжается

Татьяна ЕФЛАЕВА

О самом известном детище Виктора Шаталова - опорных конспектах, или опорных сигналах, - слышали, наверное, все. К их созданию учитель физики, математики и астрономии из Донецка пришел в конце 1950-х годов из несогласия с равнодушием множества учеников, смирившихся с участью второгодников. «Выход был только один: не щадить себя, искать способ вытянуть ребят из трясины бездумья и равнодушия», - напишет в своей книге «Эксперимент продолжается» Виктор Федорович.
Учитель объявил девятиклассникам, что они имеют право прийти в кабинет физики во внеурочное время в любой день и ответить по тем пройденным разделам, за которые получены двойки. Затем он изменил систему оценивания: фиксировал три верных ответа у доски, один из которых обязательно был связан с решением задачи, а три отметки трансформировались в одну общую, записываемую в классный журнал. «Это была не просто жесткая, но жестокая система, и от этой жестокости больше всех страдал сам учитель: ведь он должен был безвыходно с утра до вечера находиться в физическом кабинете», - вспоминал Шаталов. Наградой учителю стали наглядные изменения: ученики стали тщательно готовиться к каждому уроку, двоечники и молчуны преобразились на глазах.
Поясняя непонятный материал, Шаталов делал на листочках небольшие наброски, чертежи, писал ключевые слова, которые ребята уносили с собой. Опираясь на них, «с необычайной легкостью восстанавливалась логика рассуждений и последовательность объяснения. Не случайно поэтому такие листы были названы опорными конспектами. Они ходили по рукам, их переписывали в отдельные тетради, они оказались незаменимыми при подготовке к экзаменам», - пишет Виктор Федорович.
Шаталов все время совершенствовал свою систему, перенося новые методы обучения на географию, химию, биологию и другие учебные предметы. Стал директором школы, затем заведующим лабораторией проблем интенсификации учебно-воспитательного процесса НИИ содержания и методов обучения АПН СССР в Донецке, народным учителем СССР, но его эксперимент был прикрыт и не спас «от второгодничества миллионы учащихся», как он мечтал.
Шаталов всегда брался только за сложные задачи. Так, однажды преподал годовой курс геометрии в детской колонии в Ленинградской области за неделю. Из безнадежных двоечников и троечников - он нередко брал классы «Г» и «Д» - вышли 64 кандидата наук, 12 докторов.
В свои 84 года Виктор Федорович не просто автор уникальной методики и более 50 книг, педагог, выпустивший тысячи успешных учеников, он действующий учитель с 63-летним стажем. Шаталов работает и сейчас - на сайте его школы в Интернете висит объявление о том, что в октябре состоится мастер-класс Виктора Федоровича в Москве, за неделю каникул он собирается дать нынешним школярам годовой курс точных наук.

Литература как практическое человековедение

Татьяна ИВАНОВА


«Вся его жизнь - это борьба за внимание. На этот поразительный по точности и простоте вопрос - как завоевать внимание учеников - Ильин отвечает с такою же неожиданной простотой. Он говорит, что урок литературы надо строить точно теми же средствами, какими строится художественное произведение... Прием, деталь и вопрос - в этих трех словах весь Ильин», - в конце 1970-х писал об этом уникальном педагоге Симон Соловейчик.
Новаторство Ильина - как и всех педагогов из этой яркой плеяды - в его личности, в невероятной смелости и честности.
После публикации в «Учительской газете» в 1986 году статьи «Педагогика сотрудничества» Евгений Николаевич объездил с открытыми уроками практически всю территорию СССР. Вопрос в том, мог ли он передать другим свой метод «практического человековедения», свой нравственный подход к литературе, ведь для этого нужны равновеликие талант и мужество. Прослужив сорок лет детям и литературе сначала в 307-й, затем в 516-й средней школе Ленинграда - Санкт-Петербурга, в свои шестьдесят Ильин ушел из школы. Честно признал, что стало трудно преподавать собственными методами. А иначе он не мог.

Каждому ребенку - творческую книжку

Татьяна ЕФЛАЕВА

Учитель рисования и черчения из подмосковной школы предвосхитил и подготовил почву для популярной ныне идеи портфолио учеников и индивидуальной траектории развития. Новаторство Волкова в том, что он создал механизм выявления творческих способностей ребят и их развития.
Игорь Павлович преобразил школьные кабинеты в творческие комнаты, в которых каждый ученик начиная с младших классов после уроков может заниматься нравящимся ему видом творчества - рисованием, стихосложением, резьбой по дереву, пением.
Достижения ребят (в том числе самостоятельные занятия по предметам, исследовательские работы, участие в олимпиадах) заносятся в «Творческую книжку школьника». За год ученик знакомится с несколькими видами труда и может определить свои предпочтения. По замыслу «Творческая книжка» выдается по окончании школы вместе с аттестатом об образовании и имеет юридическую силу при поступлении на работу.
Эти идеи Волков реализовал и проверил в реутовской школе №2, в которой прослужил почти 30 лет.
Игорь Павлович выявил, что его программа вырабатывает высокую приспособляемость к видам труда, ранее в практике ученика не встречавшимся. Неудивительно, что его выпускники достигали высшей квалификации в профессиональной деятельности уже в 22 - 27 лет.
Заслуженный учитель школы РСФСР, кандидат педагогических наук, Игорь Волков умер в 1999 году, оставив после себя книги, сотни учеников и методику, которой успешно пользуются многие его последователи.

Под крышей дома своего


Маргарита КУРГАНОВА

Впервые я узнала о Никитиных в начале 70-х годов. Мимо рынка поселка Болшево проходило необычное семейство: родители и четверо ребятишек, одетых очень легко, по-спортивному. Несмотря на октябрь, они спокойно шлепали босыми ногами по уже холодному асфальту. Потом довольно много я о них читала в газетах и журналах, писавших как о сенсации об особом Никитинском методе воспитания детей. В чем он заключается? Педагоги и по образованию, и по природному дару, Борис Александрович и Лена Алексеевна Никитины всегда участвуют в детских играх, спортивных соревнованиях, но не навязывают своего мнения, их кредо - не мешать развитию, а помогать ему, нисколько не давить на ребенка.
Для каждого они создавали условия, чтобы дети становились более самостоятельными и более ответственными. Способности каждого развивались в соответствии с возможностью и желанием ребенка. Для Никитиных было неожиданным открытием, что в результате их метода к трем годам малыши начинали читать, в четыре - понимали чертеж и схему, в пять - решали простые уравнения, хорошо знали карту мира. Как только ребенок начинал говорить, ему предлагали кубики с буквами и цифрами. Думается, что метод Никитиных сегодня, как никогда, востребован.

Один за всех и все за одного

Татьяна ЕФЛАЕВА

Щетинин, пожалуй, самая неоднозначная фигура из всех педагогов-новаторов. С 1979 года руководит программой «Школа-ХХI». Сегодня Михаил Петрович заслуженный учитель России, академик РАО, лауреат премии Ленинского комсомола, обладатель медали «За трудовую доблесть».
«Одни считают его новатором, другие - сектантом», - писала «УГ» еще 11 лет назад. Все пытаются разобраться в феномене Щетинина, и никто не может дать однозначного ответа. Ясно только, что он не укладывается ни в какие рамки. Заочно окончив Саратовский государственный педагогический институт по специальности «музыка и пение» и недолго побыв директором музыкальной школы в Кизляре, Щетинин стал руководить школой в поселке Ясные Зори Белгородской области. Там он развернул педагогический эксперимент по созданию школы-комплекса, в котором усиленное внимание уделялось музыке, пению, хореографии (кстати, этот уклон он сохранил во всех своих школах). Затем была школа в селе Зыбкове на Украине, потом - в станице Азовская Краснодарского края. Наконец Михаила Петровича с соратниками пригласили в поселок Текос Краснодарского края.
Возникла Русская родовая школа, в которой все не похоже на среднее учебное заведение: нет разделения на уроки и перемены (есть погружение в разные предметы на индивидуальном уровне), нет строгого разделения на учеников и учителей (ребята, освоив какой-то предметный раздел, сами обучают других, а педагоги, среди которых есть и 15-летние дипломированные специалисты, учатся друг у друга), нет разделения между учебным процессом и внеклассной деятельностью. Кроме того, здесь все делают сами дети: строят новые здания, шьют, лепят, рисуют, убирают, готовят и т. д. (поэтому Щетинина часто обвиняют в эксплуатации детского труда). Всего в Текосе учатся более 300 человек из разных уголков России и других стран. Живут они, как писала «УГ», «как колхоз (имея в виду, что хозяйство почти натуральное). Как коммуна - один за всех и все за одного. Как интернат - родители далеко, но все же приезжают». Дети здесь не курят, не пьют, не сквернословят, не смотрят телевизор и не ходят на дискотеки. Может быть, поэтому так стремятся отдать сюда трудных подростков и испорченную «золотую молодежь»? В любом случае ставить точку в разговоре о методе Щетинина рано.

Манифест любви к детям

Татьяна НАДТОЧИЙ, учитель

 Идеи педагогики сотрудничества воодушевленно восприняли сотни тысяч учителей, творческий труд которых обновил образовательную практику и продвинул научное сознание, - принцип сотрудничества стал достоянием педагогической теории.

Однако с тех пор в мире произошло так много перемен, что появилась необходимость создания нового документа, который отвечал бы велению времени.
 Более сорока человек из разных стран, людей различных мировоззрений и вероисповеданий: учителя, преподаватели вузов, родители, общественные деятели - все они съехались, объединенные одной проблемой - воспитанием детей. В Бушети - небольшом селе солнечной Грузии, на родине выдающегося педагога современности Шалвы Александровича Амонашвили, в его усадьбе собрались представители Международного движения гуманной педагогики для принятия необычного документа - Манифеста гуманной педагогики.
Документ носит судьбоносный характер не только для детей всей планеты, но и их родителей, воспитателей и учителей. Манифест гуманной педагогики - это Манифест любви к детям. Он обращен:
- к мировому сообществу людей, озабоченных современным состоянием воспитания и образования подрастающего поколения;
- к каждому учителю, воспитателю, педагогу, руководителю и работнику образования, каждому родителю;
 - к каждому студенту педагогических и непедагогических вузов и колледжей;
- ко всем людям, кому небезразлично будущее нашей планеты.
Работа по созданию манифеста проходила в несколько этапов.
Академик Шалва Александрович Амонашвили, автор научного направления «Гуманно-личностный подход к детям в образовательном процессе», работал над созданием нового документа несколько лет. Затем он разослал его руководителям ряда региональных отделений Международной ассоциации гуманной педагогики для изучения и внесения добавок и изменений. Многочисленные предложения поступали в течение нескольких месяцев из разных уголков бывшего Советского Союза. Все они были учтены Шалвой Александровичем. Несколько дней интенсивной работы понадобилось участникам встречи для того, чтобы доработать и принять новый манифест.
В манифесте раскрыта философская основа гуманной педагогики, названы отличия ее от авторитарной. Он указывает на истоки, которые питают гуманную педагогику и наполняют ее последователей новыми знаниями и творческим вдохновением.
Манифест призывает защищать детей «от растлевающего влияния средств массовой информации, от натиска безнравственных компьютерных игр и развлечений, от дурных зрелищ и дурной музыки, от посягательств взрослых, от политических амбиций властей». Защищать от всего того, что приводит детей к падению нравов, бескультурью, цинизму и жестокости, уберечь современное детство от множества бед.

P.S.  Полную версию материала читайте на сайте «УГ» www.ug.ru.
Текст манифеста опубликован на сайте gumannaja-pedagogika.ru.