«Чужие»

Начнем с пособия. Согласно ст.16 ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей», право на него имеет один из родителей на каждого совместно проживающего с ним ребенка до достижения им возраста 16 лет (в редких случаях - до 18 лет, но это только если ребенок является учащимся общеобразовательного учреждения) «в семьях со среднедушевым доходом, размер которого не превышает величину прожиточного минимума», установленную в соответствии с законом. За II квартал 2003 года величина прожиточного минимума на душу населения составляла 2137. А размер ежемесячного пособия на ребенка намертво установился в районе 70 рублей. Несмотря на то, что среди моих друзей немало семей, еле сводящих концы с концами, никто из них права на эти жалкие 70 рублей не удостоился, потому что их среднедушевой доход чуть-чуть был выше установленной планки. Даже моей знакомой матери-одиночке, получающей около пяти тысяч рублей и воспитывающей на эти крохи дочь, было отказано в «адресной помощи» из-за того, что ее доход на несколько сотен рублей превышал необходимый минимум. Замечу при этом, что доходы нашего государства, если верить законам о федеральном бюджете за последние несколько лет, неуклонно растут и повышаются. И золотой запас страны, как нам хвастливо заявляют высшие чиновники, пополняется невиданными темпами. Вот только детей кормить нечем. Но, с другой стороны, это же в конце концов не дети тех, кто рапортует об очередных успехах в бюджетной политике нашего государства. Это все так... чужие дети.

После принятия в прошлом году Конституционным судом РФ постановления, защищающего права добросовестного приобретателя, бездомных детей стало еще больше, хотя опять-таки вроде хотели как лучше. Суть данного постановления заключается в том, что собственник жилья, совершивший сделку по его отчуждению с нарушением закона, не вправе предъявлять иск к добросовестному приобретателю имущества о возврате полученного по сделке. В иске о возврате имущества должно быть отказано, даже если первоначальная сделка признается недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом РФ. Благие намерения, которыми руководствовались господа в судейских мантиях, создали тяжелейшую ситуацию, прежде всего для тех социально не защищенных граждан, которые стали жертвами жилищных мошенников и теперь не могут рассчитывать на восстановление нарушенных прав. До апреля 2003 года от несовершенства закона и безнаказанности аферистов страдали покупатели жилой площади, вложившие свои деньги в жилье, что было приобретено продавцами нечестным путем. Теперь же будут страдать владельцы комнат, которые, зачастую не ведая, что творят, станут менять, продавать, дарить жилые метры, в результате оказываясь за сотни километров от родных городов, в полуразрушенных деревнях, а то и вовсе на улице. И с ними их дети.

Старики и сироты, инвалиды и душевно больные, да просто не отягощенные житейской или риэлторской мудростью люди фактически лишились права на государственную, в том числе и судебную, защиту своих законных интересов. К примеру, существует особая категория дел, когда родители-алкоголики продают жилье без согласия органов опеки и попечительства, ничего взамен не приобретают или меняют его на другое, которого нет в природе и которое существует только на бумаге. Суды в таких случаях указывают в своих решениях, что права детей были нарушены, но жилье им не возвращают, так как покупатели детских квартир и комнат признаются добросовестными приобретателями. Предоставление другого жилого помещения горе-продавцам или их без вины виноватым детям не предусмотрено, и несовершеннолетние пополняют армию беспризорников.

Будем откровенны, установившийся порядок судебной защиты прав граждан, потерявших свое жилье в результате его отчуждения, прежде всего выгоден жилищным мошенникам и нечистоплотным риэлторским фирмам. Сложилась отработанная схема, по которой между добросовестным приобретателем и продавцом всегда находится посредник, который сразу же исчезает, как только становится ясно, что покупатель продал ему жилье не по своей воле или с нарушением закона. Этот посредник, привлекаемый судом в качестве ответчика, как показала практика, никогда в судебных заседаниях не участвует и за содеянное не отвечает, так как ни по месту жительства, ни по адресу фирмы отыскать его невозможно. Подставное лицо, организовавшее заведомо незаконное изъятие жилой площади у одних и передачу его другим, выходит сухим из воды и безнаказанно продолжает свою преступную деятельность. Риэлторские фирмы процветают, объясняя многочисленным клиентам-покупателям, что теперь ни при каких условиях бывшие собственники у них жилье не отнимут. Вот и спорят между собой в суде один на один бездомный и бесправный продавец жилья и измученный неопределенностью и боязнью остаться на улице покупатель. Как правило, и у того, и у другого есть дети, детство которых заканчивается с началом многолетних тяжб и совсем не детских проблем.

Государство же, как и ранее, не несет никакой ответственности за оформление и регистрацию незаконных сделок, за насильственную миграцию социально не защищенных граждан, за детство без крыши над головой. Ни один нотариус, ни один чиновник, отвечающий за государственную регистрацию сделок с недвижимостью, не был привлечен к материальной ответственности за ущерб, причиненный гражданам. Власти не озаботились проблемой бывших владельцев жилья и нигде - ни в одном регионе России - не предложили им на время арендовать на максимально льготных условиях квартиры в ветхих домах или комнаты в общежитии. Не сделано практически ничего, чтобы остановить криминальный бизнес на рынке жилья и создать всем гражданам равные возможности по защите жилищных прав, особенно прав теряющих жилье (а с ним и право на образование, здравоохранение и так далее) детей, судьбы которых оказались вне рамок волнений и беспокойства законодательной и исполнительной власти.

Более того, сейчас правительство предлагает и вовсе изменить законы так, что риэлторам вообще не придется учитывать интересы детей при сделках с недвижимостью. Дело в том, что для продажи, обмена жилого помещения, в котором живут несовершеннолетние, нужно обязательное согласие органов опеки и попечительства. Порой лишь они одни оказываются той стеной, о которую разбивают свои лбы жилищные мошенники. Однако правительство предлагает исключить эту норму из Гражданского кодекса. Потому что, дескать, ГК предполагает презумпцию безответственности родителей: им изначально не доверяют, а это так некрасиво. В конце концов ведь именно родители, а не органы опеки, несут ответственность за своих детей, вот пусть сами и решают, как им поступить со своей квартирой.

На эти грабли, помнится, мы уже наступали во время приватизации в начале 90-х годов, когда большинство сделок заключалось без согласия органов опеки. До сих пор ищут правду пострадавшие, которые в тот момент были несовершеннолетними. И тогда Генеральная прокуратура РФ инициировала изменения в законе - как раз по поводу необходимости согласия органов опеки и попечительства. А теперь, если ГК изменят, Россия рискует превратиться в страну беспризорников. Любопытно, что ни одно Министерство РФ, за исключением Министерства образования, не выступило против этого законопроекта. Получается, что главный тормоз в развитии жилищной реформы - это как раз дети, и решать проблему с ними по мнению правительства следует революционно-решительным образом.

Вообще создается невольное впечатление, что огромное число принимаемых правительством и депутатами законов, вместо того чтобы облегчить жизнь населению (как это всякий раз декларируется), больно лупит по нему - да так, что иной раз и не подняться. Взять хотя бы судебную реформу. С одной стороны, вроде как нам всем гарантировано право на получение квалифицированной юридической помощи. А с другой - цены на рынке адвокатских услуг на сегодняшний день настолько высоки, что воспользоваться юридической помощью может только хорошо обеспеченный гражданин. Большинство же не в состоянии оплатить даже простую юридическую консультацию. Плата зачастую взимается за каждое судебное заседание, за каждый правовой документ, составленный для осуществления интересов клиента.

А ведь далеко не все заявители, особенно имеющие на иждивении детей, в состоянии оплатить расходы по изготовлению множества копий документов. Однако авторы нынешнего ГПК оставили этот вопрос без внимания, еще более усложнив механизм судебной защиты прав и взрослых, и детей. Словом, не стоит удивляться тому, что большинство наших граждан заявили во время одного из опросов, что судебная защита для них и их детей в результате всех правовых реформ стала практически недоступна.