Еще два-три десятилетия назад ребенок развивался в основном в условиях малого конкретного социума - семьи, класса, ближайшего окружения, дворовых компаний, пионерской организации, но всегда при четкой привязанности к конкретному взрослому. Сегодня он поставлен в принципиально новую ситуацию - ситуацию разорванных связей, когда уже с дошкольного, младшего школьного возраста находится в огромном развернутом социальном пространстве, где на его сознание буквально давит хаотичный поток информации, идущей из телевизора, Интернета, перекрывая знания, получаемые от родителей, воспитателей, учителей, и открывая бесконечное поле для разного рода форм отношений, связей, действий.
Сегодня понизился уровень развития родительской мотивации, для семьи характерно слабое владение навыками общения с детьми, плохая организация бытовой стороны жизни ребенка, его режима. Причем значительное число нынешних родителей множественные неудачи в семейной, профессиональной и иной сферах, серьезные профессиональные и личностные проблемы переносят на ребенка, который находится в атмосфере переживания трудностей, несостоятельности, неуспеха, беспомощности и безнадежности. Возникает своего рода «наследование» опыта семейных неудач и родительской неэффективности. А когда ребенок с детства лишен ощущения успеха, это резко подрывает его уверенность в себе.
Перед нами сейчас ребенок 2010 года - младенец, дошкольник, младший школьник, подросток, старшеклассник, который при сохранении сущностных оснований и действенных механизмов сознания, мышления, разительно отличается не только от того «Дитя», которого описывали Коменский и Песталоцци, Ушинский и Пирогов, Заззо и Пиаже, Корчак и другие великие детоводители прошлого, но даже качественно отличается и от ребенка 90-х годов ХХ века. При этом ребенок стал не хуже или лучше своего сверстника двадцатилетней давности, он просто стал другим!
В современной ситуации исторически значимых изменений общества четко проявляются реальные изменения современного ребенка:
в минимально короткий пятилетний период с 2005 по 2009 год резко снизилось когнитивное развитие детей дошкольного возраста;
снизилась энергичность детей, их желание активно действовать, возрос эмоциональный дискомфорт;
отмечается сужение уровня развития сюжетно-ролевой игры дошкольников, что приводит к недоразвитию мотивационно-потребностной сферы ребенка, а также его воли и произвольности;
для старших дошкольников характерны низкие показатели в тех действиях детей, которые требуют внутреннего удержания правила и оперирования в плане образов. Четко фиксируются неразвитость внутреннего плана действия и сниженный уровень детской любознательности и воображения;
обращает на себя внимание неразвитость тонкой моторики руки старших дошкольников, отсутствие графических навыков, что свидетельствует о несформированности определенных мозговых структур ребенка, ответственных за общую произвольность;
отмечается недостаточная социальная компетентность многих детей младшего школьного возраста, их беспомощность в отношениях со сверстниками, неспособность разрешать простейшие конфликты. При этом прослеживается опасная тенденция, когда более 30% самостоятельных решений, предложенных детьми, имеют агрессивный характер;
тревогу вызывают факты и факторы, связанные с приобщением детей к телеэкрану начиная с младенческого возраста. Так, по данным Института социологии РАН, более 60% родителей проводят досуг с ребенком перед телевизором, у каждого десятого ребенка-дошкольника ВСЕ свободное время проходит у телевизора. В результате возникает потребность в экранной стимуляции, которая блокирует собственную деятельность ребенка. Экранная зависимость приводит к неспособности ребенка концентрироваться на каком-либо занятии, отсутствию интересов, гиперактивности, повышенной рассеянности. Таким детям трудно воспринимать слышимую речь и читать: понимая отдельные слова и короткие предложения, они не могут связывать их, в результате не понимают текста в целом. Дети теряют способность и желание чем-то занять себя. Им неинтересно общаться друг с другом;
неблагоприятной тенденцией выступает обеднение и ограничение общения детей со сверстниками, рост явлений одиночества, отвержения, низкий уровень коммуникативной компетентности;
все больше детей с эмоциональными проблемами, находящихся в состоянии аффективной напряженности из-за постоянного чувства незащищенности, отсутствия опоры в близком окружении и потому беспомощности. Такие дети ранимы, повышенно сензитивны к предполагаемой обиде, обостренно реагируют на отношение к ним окружающих. Все это, а также то, что они запоминают преимущественно негативные события, ведет к накоплению отрицательного эмоционального опыта, который постоянно увеличивается по закону «замкнутого психологического круга» и находит свое выражение в тревожности;
наблюдения в динамике за физическим развитием детей выявили тенденцию к прогрессивному снижению темпов их роста, нарастанию астенизации телосложения, отставанию в приросте мышечной силы;
в популяции современных растущих людей большую группу составляют дети, для которых характерно неблагоприятное, проблемное течение психического развития в онтогенезе. При этом наблюдается распространенность основных форм психических заболеваний детей, которая каждые десять лет возрастает на 10-15%. Нервно-психические заболевания становятся причиной 70% инвалидности с детства, а приблизительно у 20% детей наблюдаются минимальные мозговые дисфункции;
имеется значительное число детей с ограниченными возможностями здоровья, где общее психическое недоразвитие (олигофрения) отмечается у 22,5%, а дисгармоническое развитие (психопатии) отмечается у 26,5%;
в то же время все увеличивается, слава Всевышнему, категория одаренных детей, среди них и детей с особо развитым мышлением, и детей, способных влиять на других людей, - лидеров, и детей «золотые руки», и детей, представляющих мир в образах, - художественно одаренных детей, и детей, обладающих двигательным талантом;
отмечаются серьезные изменения ценностных ориентаций детей, подростков, юношества не только по сравнению с серединой 90-х годов, но и началом нового столетия. Так, с 2007 года на первый план выдвигаются интеллектуальные (1-е место), волевые (2-е место) и соматические (3-е место) ценностные ориентации. При этом весьма тревожно, что эмоциональные и нравственные ценности - чуткость, терпимость, умение сопереживать - занимают последние места в этой иерархии. Наблюдается негативная динамика культурных и общественных ценностных ориентаций школьников.
Вместе с тем изменения современного ребенка связаны не только с социокультурными процессами, преобразовавшими общество, а и с интенсивным эволюционным саморазвитием современного человека, характеризующегося, в частности, большими креативными способностями детей, большей самодостаточностью, независимостью мышления.
Буквально на наших глазах произошел сдвиг возрастных границ детства. Так называемый предростовой спурт в наши дни, судя по имеющимся сейчас данным, приходится не на старший дошкольный возраст - шесть-шесть с половиной лет, как тридцать лет назад, а на семь-восемь лет, то есть на младший школьный возраст. Отсюда следует, что в первом и, возможно, даже во втором классе школы учебный материал необходимо подавать ученикам в игровой форме. В то же самое время у нынешних детей существенно выше интеллект, а его невостребованность приводит не только к задержке общего интеллектуального развития, но к интеллектуальной депривации или умственному голоду - состоянию, которое в свою очередь ведет к патологическим зависимостям.
В числе важнейших причинных факторов, оказывающих огромное воздействие на физическое, психическое, в том числе интеллектуальное и эмоциональное, развитие растущего человека, выступает интенсивный натиск информационных потоков, прежде всего телевидения и Интернета.
Современный человек сотворил этот инструмент, открывший границы нового социокультурного пространства, но он должен научиться пользоваться им во благо, разумеется, при активном участии психолого-педагогической науки, ибо отрицательное действие массмедиа мы уже ощущаем. Оно выражается в разрушении одной ценностно-нормативной системы при несформированности другой, а также культурной депривации, то есть ограничении, лишении доступа к духовным ресурсам и возможностям, необходимым для удовлетворения основных жизненных потребностей детей, для полноценного формирования личности, источники развития которой находятся в области культурного опыта человечества.
В мире актуальной, быстро меняющейся, общедоступной информации взрослые перестали быть авторитетными проводниками детей по лабиринту знаний. По мере того как электронные медиа размывают границу между ними, любопытство сменяется цинизмом или самонадеянной заносчивостью. Дети начинают ориентироваться не на авторитет взрослых, а на информацию, поступающую вроде бы «ниоткуда».
Известно, что роль школы в создавшихся условиях, как никогда ранее, не просто возрастает, но и меняется во всех системно образующих ее, при определении целей, задач, принципов организации, типов подачи знаний, ориентируясь не только на объем, но и на раскрытие умения, способов приобретения, развития способности детей мыслить, не зацикливаясь только на классно-урочной системе, ведя поиск новых индивидуальных и коллективных форм обучения, мобилизующих возможности, ставящих ребенка в ответственную позицию, определяя пути развития в каждом растущем человеке и логического, и понятийного мышления, способности воспринимать мир во всех его проявлениях, стимулируя сотворчество педагогов и учащихся.
Сегодня, когда не просто расширилось, а качественно изменилось знаниевое пространство, по-прежнему непреложной остается истина, что только целостная, стоящая на фундаменте культуры и науки система знаний дает личности свободу мысли, превращает «человека толпы» в личность.