Оказалось, что высокий интеллигентный блондин с рыжеватой бородкой и умным взглядом синих глаз еще с раннего детства мечтал стать крупным писателем и писать о своих беседах с детьми улиц - варшавскими гаврошами. Пожалуй, самое известное, что написал Януш Корчак за свои 64 года жизни, - это, конечно же, повесть «Банкротство юного Джека» и замечательная сказка «Король Матиуш Первый»! Обе они, читатель, про детей и для детей!
Автор и его герой - Король-мальчик - мечтают создать на земле своего рода детский рай - царство добра и справедливости для детей. Но взамен, напротив, получают лишь зло и крушение всех великих надежд...
Между тем доктора Януша Корчака, варшавского педиатра, успевшего уже несколько раз стажироваться за границей, принимают в лучших домах Варшавы - князья, графы, прокуроры, генеральши и даже наместник. Но что-то, однако, мешает нашему герою остепениться. Удивительно, сколько времени тот проводит за городом в обществе польской, русской и еврейской детворы!..
В варшавском свете злословят: не пристало-де доктору голубей по крышам с ребятней гонять! А тому все нипочем!
Внезапно перспективный молодой врач подает в отставку и уходит из престижной больницы.
В одночасье он превращается из преуспевающего доктора в директора захудалого детского приюта - дома сирот. Кажется, происходит совсем не равнозначный обмен фигур, если выразиться на языке шахмат!
...Самого Януша Корчака с того времени станут называть Старым доктором. Между прочим, какое-то время тот будет пытаться совмещать сразу две профессии - воспитателя и врача. Однако придет время (и очень скоро!), когда педагогика и писательский труд станут главными в его жизни, а медицина - лишь чем-то прикладным, вторичным.
Итак, что же происходит вдруг с некоторыми людьми? Инверсия или метаморфоза? Настоящее призвание, несомненно, рано или поздно даст о себе знать! И вот французский врач Франсуа Рабле вдруг ударяется в сочинительство, а мечтавший о лаврах поэта Александр Суворов внезапно для всех становится из армейского обер-интенданта генералом «Вперед»; напротив, русский морской офицер Римский-Корсаков весь предается музыке, парижский биржевик Гоген - живописи, а баварский король Людвиг, увлекшись искусством, теряет корону...
Жалел ли Старый доктор о несостоявшейся карьере респектабельного господина? В его «Дневнике» есть удивительные строки: «Кто-то где-то сказал, что мир - это капелька грязи. А карьера человека, если рассуждать по совести, сомнительна...»
Короче, у польского общества свои жизненные идеалы, у Корчака - свои. Свои критерии. Свои взгляды. Ведь он не только родился, но и умер с душой ребенка. Так же как дети улиц, он был предельно искренен. Как они, замарашки, выражая свои чувства, доверчив и крайне раним, бескорыстен и слишком прямодушен. С такими качествами, как известно, в жестоком мире взрослых людей он всегда бы был «белым вороном» или тем же «гадким утенком» и, верно, получил бы шишек больше, чем пышек!
К тому же Старому доктору немудреные суждения детей о жизни куда ближе, занимательнее и интереснее, чем повседневные разговоры взрослых о русских рублях или польских злотых.
На фотографии он разговаривает со своими воспитанниками, шутит, наверное, играет, учительствует. Чувство приобщенности к детству заметно усиливается, когда рядом с ним дети-сироты. Ведь для каждого из них ты отец и даже отчасти мать, - словом, все! Директор Дома сирот занимается, к примеру, и такой будничной практикой: собственноручно сажает, когда надо, ребенка на горшок; часами разбирается, что произошло, когда среди детей происходят ссоры и драки, на взрослый взгляд, самые пустячные.
Дом сирот на Крохмальной улице в Варшаве - это не только дело его жизни, но и место обитания. Здесь он пишет свои статьи как известный в Европе практик воспитания, набрасывает главы книг, отдыхает, спит.
Даже в 1914 году, призванный в русскую армию, он остается самим собой. Заброшенный стихией войны в Киев, он создает и здесь приют для украинских сирот войны. Потом, уже вернувшись в Варшаву, он в годы правления маршала Пилсудского открывает «Наш дом» - приют для детей заключенных и вынужденных эмигрантов; почти в то же время создает приют для младенцев-подкидышей. А чтобы его птенцы могли лучше радоваться лучам солнца, открывает на деньги спонсоров виллу «Ружичка», некое подобие летнего «Артека». Он много ездит по Польше, способствует открытию школ, оздоровительных лагерей, приютов.
С 1926 года он создает первую в мире газету, выпускаемую самими детьми для детей, - «Малое обозрение», редактором которой является, как сообщается в первом номере газеты, «некто лысый в очках».
...А своей семьи и детей у Корчака, как и у Андерсена, не было. Рассказывают, в молодости он испытал большую любовь, но мимолетную и, видимо, безответную, что и оставило в его душе осадок. Своим детищем, между прочим, он считал Дом сирот. А главное, что Старый доктор оставил нам, - это его бессмертные афоризмы:
Педагог - человек, который принимает детей всерьез.
Ребенок не будет, ребенок уже есть человек.
Нет детей - есть люди, но с другими масштабами понятий, другими источниками опыта, другой игрой чувств.
Корчак проповедует, таким образом, абсолютную, безусловную самоценность детства! Есть две равноправные, по его мнению, цивилизации - взрослая и детская. Он последовательно отстаивал духовный суверенитет детства.
В своей знаменитой книге «Как любить ребенка» писатель излагает, пожалуй, стержневую идею своей педагогики:
«Ты вспыльчивый, - говорю мальчику. - Ладно, дерись, только не слишком сильно, злись, но только раз в день»... Если хотите, в этом предложении... я изложил весь метод воспитания, которым пользуюсь»...
В 1939 году германские войска оккупируют Польшу. А он, майор польской армии, так и не сможет по доброй воле оставить приюты, бросить детей. И он снова в Варшаве!
Последнюю запись он сделает в «Дневнике» 4 августа 1942 года, когда воспитанники Дома сирот вместе со Старым доктором трагически торжественно, с песней и зеленым знаменем промаршируют к перрону гданьского вокзала, будто на загородную прогулку: «Поливаю цветы».
Этими словами закончится сказка его жизни, ведь поезд с детьми тронется в Треблинку, навстречу смерти...