Тот самый симпатяга принц, старший сын Чарльза и Дианы, что в свои 20 лет стал любимчиком британской нации. После недавнего общенародного празднования золотого юбилея правления британской королевы верноподданные в ходе социологического опроса, кто из королевской семьи (не считая самой монархини) пользуется у них наибольшей симпатией, ответили подавляющим числом голосов: принц Уильям! Когда принц, активно участвовавший в торжествах своей бабушки-королевы, обходил вместе с младшим братом Гарри собравшиеся толпы трудящихся, чтобы поприветствовать народ, некоторые экзальтированные женщины целовали принцам руки, а веселые британские девчонки повесили на грудь плакаты «Женись на мне, Уилл!».

Над воспитанием Уильяма недаром усердно трудились не одни лишь любящие родители, но строгие, не склонные к раздаче привилегий итонские профессора и наставники, не поощряющий баловство дед, в прошлом бравый морской волк герцог Эдинбургский, наконец, возводящая в абсолют дисциплину и чувство долга бабуля, британская королева Елизавета. И парень вырос и впрямь неплохой - чего больше скажешь о молодом и еще неоперившемся студенте-королевиче?

И вот Уильям Артур Филипп Луис Виндзор - так полностью величается наследный принц - пьяница и бузотер, напрочь избалованный юнец, изгаляющийся в демонстрации своего величия, капризник и еще тот фрукт. Именно такой портрет британского наследника выходит из-под «пера» американских киношников, завершающих съемки игрового телефильма «Отцы и дети» (второе название ленты - «Принц Уильям»). Фильм, снимающийся американской компанией Эй-би-си (стоит за проектом корпорация «Фокс») охватывает период жизни Уильяма начиная с 1997 года после гибели его матери и до того времени, когда принц поступает учиться в престижный шотландский Сент-Эндрю колледж. Одним словом, период взросления, когда, по мнению авторов фильма, принц становится одним из героев скандальных новостей желтой прессы. Что реального в этих историях, а что вымышленного, зрителю, надо думать, будет судить нелегко, ибо фильм очень туманно и обтекаемо обозначает свой жанр как «вымышленную историю, опирающуюся на реальные события». Между тем увидит зритель в голливудской продукции вот что: голого принца, стоящего под душем, ухлестывающего за женщинами, напивающегося вдребезги пьяным до рвоты, залезающего в винные погреба Букингемского дворца и так далее в том же духе. В одной из сцен, где показана стычка принца с его телохранителем, выведенный из себя охранник даже припечатывает Его высочество нецензурным словом! Потому как, по словам телохранителя, единственно, чем принц заслужил симпатии к себе, так это тем, что осиротел после гибели матери. А так, мол, пробы на нем ставить некуда.

Что же другие королевские персонажи? Принц Уэльский, папаша главного героя, изображен бесчувственным отцом. Его многолетняя подруга Камилла Паркер-Боулс - черствой грубиянкой. В одной из сцен фильма Камилла говорит следующую фразу, больше подходящую не для английской аристократки, а для спившейся привокзальной официантки: «Где тут джин, в этой помойке?» А под помойкой кино-Камилла имеет в виду - что бы вы думали? - Букингемский дворец!

...И что же королевское семейство - всамделишное, а не киношное, - как оно отреагировало на выпечку столь дивной истории? Разумеется, без энтузиазма. Виндзоры настояли на том, чтобы съемки «вымысла» об их семье производились за пределами Великобритании. Пришлось киношникам Британию инсценировать в соседней Ирландии. Принц Чарльз вынужден был заявить, что он весьма и весьма озабочен предстоящим показом этого фильма (на телеэкранах США лента появится в ноябре), хотя никто из английской королевской семьи его покуда не видел. Как заметил на днях официальный представитель Сент-Джеймского дворца, «если то, что говорят о фильме, - правда, мы воспримем его как глубоко оскорбительный».

И тем не менее каким бы глубоким оскорблением ни стал для королевской семьи сенсационный телефильм, Виндзоры не смогут подать на его создателей в суд, так как производителем ленты выступила иностранная компания и съемки велись не на территории Соединенного Королевства.

Лондон