Идея книги родилась у выпускника Санкт-Петербургского государственного университета редактора издательства «Лимбус Пресс» Вадима Левенталя.
Как поясняет сам автор идеи в предисловии к первому тому, главное, чего хотелось бы составителям, чтобы тот, кто прочтет из нее хоть несколько статей, почувствовал необходимость заглянуть в произведения русской литературы, входящие в школьную программу. Чтобы он читал эти тексты так, как читают их авторы этой книги, - не сдерживая слез, сжимая кулаки, хохоча и замирая от восторга, гневаясь и сходя с ума. Потому что школьная программа по литературе - это на самом-то деле программа для активации человеческого в человеке, и надо только понять, где тут кнопка «Enter» и как ее нажать.
- Существует стандартный школьный учебник по литературе, и книга эта полезная и во многом достойная, но есть огромное количество людей, в том числе школьников, которые эту книгу читать не желают, - объявил на презентации в Доме книги Вадим Левенталь. - Она им по разным причинам не нравится. Поэтому родилась идея сделать что-то вроде учебника силами современных писателей и, с одной стороны, рассказать о классиках другими словами, подать их так, как никто не ожидал увидеть, а с другой стороны, представить современную литературу сегодня. Эта книга дает объективную картину. Человек, который совсем не знаком с современной литературой, может взять учебник и, прочтя его, будет знать совершенно точно, что такое современная литература, чем она живет, какие у нее интонации, какой разброс эстетических и идеологических убеждений и т. д.
Как признался Вадим Левенталь, составителям и авторам очень хотелось бы, чтобы педагогическое сообщество эту книгу заметило, тем более есть идея продолжить проект еще одним томом, посвященным внеклассному чтению.
- Мы допускаем, что в педагогическом сообществе есть разные люди. Кто-то будет не в восторге от книги, а кому-то она понравится, и он будет готов использовать ее для самых любопытных учеников, потому что, повторюсь, «Литературная матрица» - книга не для всех, а для тех учеников, если говорить о школе, которые заражены литературой, и для таких же любопытных взрослых.

Илья Бояшов (автор статьи о Лескове):
- Идея альтернативного учебника по литературе замечательна тем, что позволяет людям, которые пишут в XXI веке, говорить о людях, которые писали в XIX веке. У нас не было никакой цензуры, никаких рамок, и каждый мог самовыражаться, как хочет. Я согласен с тем, что статьи вызовут не один скандал, но, с другой стороны, это свежий, незамыленный взгляд на литературу, который не могут себе позволить учителя литературы на уроках. «Литературная матрица» не для школьников, она для учителей, чтобы их встряхнуть, чтобы сдвинуть немного с наезженной колеи. Когда учитель из года в год читает литературу, он неизбежно впрягается в ярмо рутины и о Пушкине, о Лермонтове говорит то, что говорил десять лет назад. Если этот учебник позволит ему по-новому взглянуть на происходящее, это здорово. Пусть человек не согласится со сказанным, потому что здесь много субъективного, но в книге есть движение, жизнь, это ручей, который, возможно, утолит жажду многих преподавателей, желающих взглянуть на литературу как не на пантеон забронзовевших восковых фигур, а на живых людей, через которых проходила великая русская литература.


Павел Крусанов (автор статьи о Замятине):
- Я с удовольствием включился в идею создания этого сборника, который считаю все же факультативным пособием, а не учебником. Он помогает любому читателю иначе взглянуть на знакомые ему с детства и со школы произведения и на людей, эти произведения написавших. И заодно помогает взглянуть на то, что такое палитра современной литературы, прочувствовать это через текст каждого автора, через его отношение и оценку того или иного классика.

Александр Мелихов (автор статей о Шолохове и Некрасове):
- Любопытно, что писателям впервые доверили писать о литературе, как если бы учебник о зоологии доверили писать животным. Их вроде бы нужно изучать, но сами о себе они говорить не могут. Хотя в принципе писатели у нас обладают привилегией рассуждать обо всем, ни в чем не разбираясь. Вы замечали, идет, скажем, дискуссия об экономике, в студии сидит банкир, доктор экономических наук и... писатель. На «круглом столе» по экологии сидит доктор биологических наук, эколог и... писатель. И только когда речь заходит о преподавании литературы, писатели не допускаются. Но это к слову.
Я, ей-богу, не знаю, можно ли дать такой учебник детям. Может, только продвинутым, развитым, почти будущим писателям. Потому что любить Пушкина меня, например, научил Писарев, который так его блистательно разнес, что от меня потребовались годы, чтобы понять, в чем он был неправ. Если бы я не читал его блестящих издевок, Пушкин для меня остался бы бронзовым и прошел мимо. Так что потрясения необходимы.
Кстати сказать, внутри учебника также были случаи, которые заставили меня пересмотреть свои взгляды, например на Некрасова. Все мы знаем, что Некрасов - это уныние и тоска, а Майя Кучерская написала замечательную статью, где объявила его «певцом смерти» и заставила меня перечитать Некрасова. И я увидел, что это певец красоты и силы народа.


Татьяна Москвина (автор статьи об Островском):
- Вне зависимости от качества статей эта книга возбуждает чувство литературы. Даже возражая, споря, не соглашаясь, ты находишься в этом Логособоре, который делали наши великие предшественники и в котором нам остались кое-какие отделочные работы. Ты его живо чувствуешь. Здесь также нет людей, которые воображают, что имеют право рассуждать об искусстве и к которым я тоже принадлежу. Я имею в виду критиков. Правда, я, кроме того что критик, еще и писатель, то есть человек, рожденный в слове и слово обожающий, а критики не любят слово, выстраивают свои оценочные лестницы, раздают звезды, похвальные грамоты. Если они получают удовольствие от слова, то они уже писатели, а не критики. Так вот их здесь нет.
Что еще из достоинств, так это то, что о писателях пишут писатели. Лучше всех об Островском написали Аполлон Григорьев и Гончаров, интереснее всех о Гоголе написал Набоков и т. д. Здесь это взято как принцип. И мне бы хотелось, чтобы на этой базе начал издаваться журнал или альманах, где бы о литературе писали только писатели.

Сергей Носов (автор статьи о Достоевском):
- Что касается сборника в целом, то, когда мне предложили написать статью и сообщили, что собираются 40 писателей, я подумал, что ничего не получится. Это титаническая работа, и то, что произошло, просто издательское чудо.
Если говорить непосредственно о статье, то я старался написать для тех, кто только приступает к Достоевскому, кто не читал его. Писал, вспоминая свой личный опыт, вспоминая те книги, которые на меня когда-то в отрочестве произвели впечатление. Это, кстати сказать, был не учебник по литературе, а книги с живыми текстами.
P.S.  «Литературная матрица» - необычный учебник, вернее, вовсе не учебник. Учиться по этой книге нельзя. Очевидно, Вадим Левенталь прав: нужно сначала изучить школьный учебник и уж потом, если чувствуешь себя готовым услышать какие-то пристрастные суждения, обратиться к «Литературной матрице». Слепо доверять этой книге нельзя, но она дает один урок: читать можно страстно и всерьез. Русская литература - не музей, а живой организм, в котором течет кровь и который может послужить источником самых настоящих откровений.

Санкт-Петербург