​Почему проваливаются реформы
Начну с примера, который лично на меня произвел сильное впечатление (он не из педагогики, но легко проецируется на образование).
В XVIII веке в Германии модернизировали лесное хозяйство: реальный разнообразный, хаотически растущий старый лес попытались преобразовать в новый - лучше соответствующий административным схемам управления. Чтобы увеличить прибыль от норвежской ели, стали убирать из леса все, что мешало (подлесок, поваленные и сухие деревья, кустарник), и высаживать строгими рядами, в армейском порядке, деревья одного вида и возраста.
Первая генерация нового «научного леса» дала превосходные результаты, метод начали распространять в других странах... Но тут стали возникать досадные явления, которые в конечном итоге привели к появлению в немецком словаре термина Waldsterben («смерть леса»).
Оказалось, что уничтожение подлеска, бурелома и сухостоя нарушило процессы формирования почвы (она стала истончаться и беднеть). Когда лес был разного возраста, штормовой лесоповал валил одни деревья, но могли устоять другие. Когда лес состоял из многообразия разных видов деревьев, эпидемия вредителей уничтожала одни, но не трогала другие. В научно выращенном лесу картина была совсем иной. В результате «идеально выстроенный», удобный для управления и дававший замечательную прибыль новый лес во второй генерации умер.
Модель научно выращенного леса как товара потерпела крах.
Существует интереснейший анализ того, почему государственные реформы и модернизации терпели крах. Причем в разных областях деятельности и в разных странах.
Для полноты развертывания бедствия необходимо сочетание четырех элементов (Джеймс Скотт). Первый - административное рвение, стремящееся привести в порядок природу и общество - государственное упрощение. Второй - идеология высокого модернизма - чрезмерная вера в научно-технический прогресс, в господство человека над природой, в рациональность проекта социального порядка (гигантские проекты века).
Это утопия, но по-настоящему опасной она становится в сочетании с третьим элементом: авторитарным государством, которое способно использовать власть, чтобы воплотить высокомодернистские проекты.
И четвертый элемент, способный в сочетании с тремя привести к бедствию, - обессиленное гражданское общество, неспособное сопротивляться этим планам.
Предлагаю взглянуть на нашу ситуацию и оценить риски.
По-моему, они достаточно высоки.
Еще один момент для понимания ситуации.
Для России в историческом плане и сегодня характерен догоняющий тип модернизации.
Начиная с эпохи Петра I берется только та часть инокультурного опыта, которая связана со сферой промышленных, военных технологий. Перенимается определенный уровень цивилизованности и комфорта для элиты.
Это характерно для нынешней модернизации страны и образования в частности. В итоге - элитарное образование и попытки восстановить ВПК и его прежнее обеспечение (воспроизвести на советском уровне вузы типа Физтеха, Баумановского или их аналоги).
Модернизация такого рода (включая известные упрощенческие и высокомодернистские решения типа реструктуризации, ЕГЭ и прочих) - явление обычной технократической модернизации.

Смена оптики и ориентиров
Иной тип модернизации связан с иным взглядом на образование, при котором казавшееся второстепенным (территориально-географические, культурные, этнорегиональные особенности, местный опыт) становится существенным. Суть социокультурного подхода - в признании социокультурного измерения не дополнительной, а одной из основных, фундаментальных характеристик образовательной практики.
Модернизация может трансформироваться в социокультурную, если появятся иные ориентиры.
1. Начнет разворачиваться деятельность, прямо противоположная губительному сочетанию четырех элементов.
Можно это выразить, например, так:
- ориентация на сложность и разнообразие;
- развитие существующего и местного вместо утопического проектирования всеобщего нового порядка;
- самоорганизация и саморазвитие.
Иными словами, не упрощать, а исходить из сложности и разнообразия образовательных явлений и процессов (способствовать сохранению «живого леса» образования).
Принимать решения, противоположные «высокому модернизму» (реализовывать не глобальные, а локальные, точечные социально-образовательные проекты, стимулировать отдельные культурно-образовательные инициативы, связывающиеся в сети, опираться на богатство культурно-образовательной деятельности местных сообществ).
Влиять на изменение характера государства, его дальнейшую историю через четвертый элемент - набирающее силы гражданское общество, здесь многое может сделать образование.
Сочетание этих трансформируемых элементов характеризует социокультурную модернизацию образования.
2. Отход от привычной модернизации догоняющего типа. Тут возникают иные ценности: ценность отдельного человека, инновация, вырастающая из традиции, культуротворчество, общецивилизационное преобразование на национальной основе. И в то же время позитивные тенденции глобализма - открытое информационное общество, мир без «границ», либеральные и демократические институты, - все это составляет поле дискуссии, учитывая отечественные реалии.
Но тенденция понятна.

Инструментарий реализации
Все это можно воспринимать как общие рассуждения, если бы не опыт.
Сегодня уже можно говорить о пяти оформившихся в практике типах технологий - инструментарии социокультурной модернизации образования.
Метод анализа социокультурной ситуации (СКС). Анализ помогает осознать тип ситуации, в которой находится школа, населенный пункт, район, и выбрать конкретную стратегию и модель развития образования в данной местности.
С апробации именно этой технологии мы начали работу в регионе. Сегодня в Якутии обучены кадры, владеющие технологией, развиваются разные формы и механизмы ее распространения.
Технология социокультурного проектирования в образовании. Позволяет создавать определенного типа образовательные проекты, в которых образование - ресурс и инструмент решения жизненной проблемы сообщества (открытие рабочих мест в деревне, сохранение детей в семье, их образование в условиях северного кочевья).
Технология образовательной сети (для которой характерна горизонтальность и самоорганизация, общность как первичная клеточка объединения, неоднородность, неправильность и сложность сети, непохожесть лежащих в ее основе культурно-образовательных инициатив и возможность их вклада в разрешение социокультурной проблемы). Есть несколько десятков моделей, используемых в разных регионах (сообщество именных школ, простое товарищество, траекторно-сетевая организация образования в сельской местности, сетевой университет). В Якутии технология сети очень распространена, активно применяется в проектах развития территорий.
Образовательная экспедиция. Соединяет логику жизнедеятельности в условиях незапрограммированного и непредсказуемого путешествия с традиционными и нетрадиционными формами научно-педагогического исследования. В ходе образовательных экспедиций не только собирается уникальный научно-педагогический и социокультурный материал, но происходит практическая работа с учителями, управленцами, местным населением - совместный анализ социокультурных ситуаций, выработка новых проектных решений, обучение кадров, запуск инновационных процессов, становление образовательного сообщества.
Образовательная ярмарка. Технология стимулирования, презентации и развития образовательных проектов и сообществ. Встреча различных культурно-образовательных инициатив по правилам ярмарочного действа с его особым укладом и содержанием, пестротой участников (педагогов, детей, родителей, народных мастеров, музыкантов и бардов, спонсоров и меценатов), между которыми возникают разнообразные контакты и завязываются отношения. Сетевое ярмарочное действо играет роль своего рода авторской микромодели культуры. Ярмарка - модель открытого образовательного общества, открытой школы, суть которой - гуманитарный диалог.

Предварительные результаты

По существу, социокультурная модернизация идет в Якутии без малого два десятилетия, можно подвести промежуточные итоги.
Не претендуя на систематическое описание (это дело специального исследования и национального доклада), обозначим некоторые.
Якутское педагогическое чудо.
Социокультурный анализ как основа политических и управленческих решений в образовании.
    Рост и усложнение инноваций.
    Развитие сетей.
    Рабочие места.
    Социокультурные проекты.
    Региональные стратегии и законы.
    Общественный образовательный договор.

Краткий комментарий
В начале 90-х годов благоприятные предпосылки (по ряду причин в Якутии сохранялся этногенетический потенциал, народная педагогика и национальная школа) встретились с современными эффективными решениями. Были приняты не имевшие аналогов в России законы («Об образовании», «О языках», «О правах ребенка», «Об учителе» и др.). Изменена финансовая политика (когда уровень финансирования образования в РФ в среднем упал с 18 до 12%, в Якутии он поднялся до 24%). Были поддержаны одаренные дети и учительское творчество (в итоге на олимпиаде школьников 2004-го сборная Якутии получила одно из первых мест, опередив по числу медалей учеников из Германии, Бельгии, Китая...).
Происходящее было замечено мировым сообществом. Заместитель Генерального секретаря ЮНЕСКО профессор Колин Пауэр еще в 90-е назвал увиденное в республике якутским педагогическим чудом.
В то время это не называлось социокультурной модернизацией, но фактически процессы носили именно этот характер.
С начала 2000-х совместно с Министерством образования республики и неформальным сообществом мы начали целенаправленно вводить элементы СКМО в практику. Прежде всего в инновационную, которая в Якутии весома (треть школ - в ранге экспериментальных площадок, то есть образовалась критическая масса инноваций, определяющих направление развития всей системы).
Одним из результатов использования инструментария социокультурного анализа стал не только количественный рост, но и усложнение, увеличение качественного разнообразия инноваций. Якутские инновации далеко ушли от привычных и преобладающих в инновационной практике центров и комплексов. С другой стороны, множественность культурно-образовательных инициатив, локальных опытов постепенно стала складываться в образовательные сети, в которых, по нашим оценкам, сегодня проходит самоорганизация не менее 20 процентов образовательных учреждений. Это довольно высокий показатель, свидетельствующий о социокультурном развитии.
Не случайно ключевые решения в области образования вырабатываются государственными органами совместно с образовательным сообществом, получившим различные институализированные формы. Так, материалы ежегодной образовательной ярмарки стали основой разработки Стратегии образования РС (Я) до 2020 года, принятой на съезде учителей, стимулировали ряд законов, многие республиканские программы и проекты.
Последние приобретают все более социокультурный характер.
Сошлемся на проекты «Трасса» (Вилюйский округ), «Дуальное образование в условиях добывающей промышленности», проект «Железнодорожная школа» (связанный с прогнозированием последствий прихода в регион железной дороги), проект образовательной поддержки социально-экономического развития улуса (Оленекский эвенкийский национальный район).
Сегодня сделан новый шаг - к первой в стране региональной программе СКМО (причем накопления в этой сфере планируется перенести в другие).

Риски социокультурной модернизации образования. Возможности ее продвижения в России
Накопленный в Якутии и некоторых других районах локальный опыт, естественно, хотелось бы сделать достоянием многих. Существует соблазн объявления нового этапа преобразований на федеральном уровне.
Однако мы уже пережили немало реформ в образовании, были участниками некоторых, исследовали исторический опыт реформ - все это приводит нас к необходимости взвешенности и осторожности. Не только потому, что фундаментальные преобразования в такой тонкой сфере требуют тщательной и всесторонней подготовки. Не менее важно оценить риски социокультурной модернизации системы образования в реальном государстве и обществе, каким является Российская Федерация. Вот некоторые.
    Разрыв культурно-образовательного пространства.
    Технократическая парадигма.
    Формализация и бюрократизация.
    Торможение инноваций на федеральном уровне.
    Риски «четырехэлементной схемы».
Часть рисков иллюзорна. Например, миф о едином культурно-образовательном пространстве, которое на деле оборачивается единообразным. Именно доведенное до абсурда стремление «построить всех» и привело к развалу СССР и его «лучшей в мире» (еще один миф) системы образования.
Но другие риски реальны, и по меньшей мере два из них - не во внешних обстоятельствах, а «в голове» - в ценностях, представлениях, стереотипах - в том, что не берется наскоком.
Поменять оптику от простого «немецкого научного лесоведения» к сложному, непричесанному «живому лесу образования» не так просто.
Поэтому, как бы ни хотелось, возможности продвижения социокультурной модернизации образования в России мы видим пока в скромных, но важных пунктах.
    Накопление локальных опытов в регионах.
    Осторожное мультиплицирование.
    Изменение (когда это возможно) характера деятельности образовательной власти.
    Книги, методики, обучение, просвещение...
    Путь постепенных, но настойчивых изменений.
Якутии для этого понадобилось 20 лет. Сколько понадобится всей России?

Анатолий ЦИРУЛЬНИКОВ, доктор педагогических наук, профессор, член-корреспондент РАО