Ты сразу показал, кто в доме хозяин: не слушал мои умные речи, не выполнял домашние задания, безобразно вел себя на уроках, изводил меня своими выходками. Я научилась говорить громче, еще громче, почти кричать. Я писала гневные послания твоим родителям, грозила тебе администрацией, детской комнатой милиции и бог знает, чем еще. Наверное, ты считал меня злой, ненормальной, мстительной, глупой Бабой Ягой (нет, не Ягой, конечно же - в твоем возрасте выражаются крепче). Ты не мог и подумать, что бешеная фурия до встречи с тобой была добрым безобидным существом, уверенным в том, что любит всех детей вместе взятых. Откуда тебе было знать, что я во всем виню все-таки себя, что от бессилия хочется плакать, что я каждый вечер перелистываю свои тетради с конспектами по педагогике, но так и не нахожу ответа на один единственный вопрос - что делать?

И вот тогда, когда от меня почти ничего не осталось, открылось как будто второе дыхание. Я все равно стану хорошим учителем!

Если гора не идет к Магомету... Ладно, приду я к тебе. Я слушала твою музыку, смотрела твои мультики, читала твои книги, научилась говорить на твоем языке. Я приходила на уроки с гитарой, рассказывала смешные истории. У меня было преимущество, дорогой мой, я знала теорию Выгодского о зоне ближайшего развития, а ты нет. Поэтому ты не заметил, как мы вместе сделали первый шаг вперед. Любая разумная педагогика должна идти от потребностей ребенка. Желание есть жизнь, нет желаний - нет жизни. Если кто-то гасит этот дар, он лишает ребенка жизненных сил. Мне пришлось развивать в себе способность поддерживать твой интерес. Мы начали продвижение к высокому искусству с глупых комиксов. Так возник первый постулат моей педагогической деятельности: желание неотделимо от воли и цели.

Я старалась строить обучение на естественном процессе творчества. Мы вместе проходили весь путь от идеи - твоей идеи - до создания твоего произведения. Пока мы вместе творили, как-то находили общий язык. Тебе стало интересно со мной? Кто бы мог подумать, но мне с тобой тоже. Теперь у меня был и второй постулат: обучение - это путь творца.

В институте, и не только, часто повторяли, что нужно любить детей, любовь к детям - главное. Не могу согласиться. Любовь все-таки очень серьезное чувство, на которое не все способны. По-моему, не любить надо - принимать. Принимать мир, окружение, детей такими, какие они есть. Я научилась радоваться вместе с тобой твоим успехам. Сначала приходилось себя заставлять. Теперь получается само.

Я вдруг поняла, что тебе тоже хочется быть успешным. Но как ставить тебе хорошие отметки, если было не за что. Мне так казалось. Одно из вредных в школе явлений - это, на мой взгляд, балльная система оценки знаний. Ставить «отлично» ребенку, который хорошо пишет, и «неуд» другому, который едва держит в руке карандаш, - это значит ставить оценку нервной системе детей. Ставить «отлично» тому, кто хорошо рисует, и «неудовлетворительно» тому, у кого вообще нет способности к рисованию, - бессмыслица. Оценивать память тоже несправедливо. Что же, собственно, оценивается в школе? Трудолюбие? Это сомнительный критерий, так как те дети, которые добиваются результата, прикладывая меньше усилий, заслуживали бы только упреков. Я поняла, что задача школы - продлить детство настолько, насколько это возможно. Мы играли столько, сколько ты хотел. Сначала в простые игры, затем ставили целые спектакли. А помнишь, я впервые принесла на урок гитару? Не знаю, почему я раньше не пела тебе свои песни...

Оказалось, что научиться играть на гитаре хочешь не только ты. Как-то сам собой организовался целый ансамбль. И как-то само собой получилось, что наш гимназический ансамбль «Юность» стал смыслом моей жизни.

Девятнадцатый год каждый день я прихожу в школу. Много было неудач, но удач - еще больше. Благодарности, грамоты, дипломы, премии и самая главная награда - осознание того, что я все-таки учитель.

Спасибо тебе, мой дорогой «двоечник».

Нижний Новгород