Об этом шла речь на Международной научно-практической конференции «Демократизация управления образовательными учреждениями: проблемы и перспективы», которая состоялась на базе московской средней школы № 158 и центра образования № 1804. Ее организаторами стали Международная ассоциация содействия школьным советам (МАСШС), Министерство образования и науки РФ, Институт управления образованием РАО.

До свидания, Дания!

Председатель российского отделения Ассоциации всемирного образования Лидия Шкоркина рассказала о том, какие модели управления образованием приняты в зарубежных странах.

В современном цивилизованном мире сложились две системы - централизованная и децентрализованная. Первая действует в Италии, Нидерландах, Японии, в какой-то мере во Франции. Децентрализованная система распространена в США, Германии, Великобритании, Швейцарии и странах Скандинавии. Последние, особенно Дания, децентрализованы, если так можно выразиться, по образу жизни. Основное отличие образовательной системы этой небольшой страны заключается в том, что там соблюдается право меньшинства. Датским законом определено, что за образование детей отвечает школа совместно с родителями. Но все-таки большая часть ответственности ложится на плечи родителей. Несогласные с государственной системой образования, они имеют право создавать негосударственные школы, которые не находятся в частной собственности и не имеют права получать прибыль. Высшим органом власти здесь является совет. В него входят родители, лица, поддерживающие школу, и ученики.

На взгляд Лидии Шкоркиной, в России неприменима датская модель - этот процесс слишком сложный и длительный, к тому же у нас не признается право меньшинства. А вот копирование систем, принятых в Германии или США, нам вполне по силам. Только вот не получилось бы все это через пень-колоду.

Бесконтрольное единовластие

В рядах российской педагогической общественности давно созрела идея разработки и принятия закона об органах общественного управления образованием. Но здесь возникает юридическая проблема, которая состоит в том, что в нашем законодательстве не прописано, на каком уровне должны создаваться эти органы - муниципальном, региональном или федеральном.

К тому же, по словам главного специалиста Министерства образования и науки РФ Михаила Гулько, сегодня нельзя утверждать, что существующие формы общественного участия реально влияют на сферу образования. Многие общественные деятели, политические партии, представители профессиональных сообществ, педагоги и родители имеют самостоятельные мнения в вопросах образования. Общество пытается выразить свою позицию, но не имеет публичного организованного пространства и механизма влияния на государственный монополизм в образовании. По Закону РФ «Об образовании» разграничение полномочий между советом образовательного учреждения и его руководителем должно определяться уставом школы. Но на практике мы порой видим полное бесконтрольное единовластие директора, во многих школах устав находится вне досягаемости не только детей и родителей, но даже учителей.

«Заморденизировали»

То, что сейчас происходит в образовании, можно охарактеризовать как столкновение двух тенденций - усиления централизации и активизации общественных сил. И то, и другое, как ни странно, прописано в нормативных документах. В Законе «Об образовании» и в Концепции модернизации четко сказано: необходимо усиление государственного влияния. И в то же время делается ставка на расширение участия общественности в управлении образованием.

В прошлом году Институт управления образованием РАО провел социологические исследования в 24 российских регионах. Они касались важности общественного управления образованием, в частности школой. Оказывается, для подавляющего большинства респондентов эта проблема неактуальна. Восемьдесят процентов ответивших согласны с тем, что общественное участие в управлении образованием необходимо, и прежде всего на федеральном уровне. Это отголосок ситуации, когда модернизация образования проводилась исключительно сверху и с мнением учителей, директоров, учеников и родителей не считались. Действительно, на конференции я не раз слышал от учителей из разных регионов, что их просто «заморденизировали».

Какие же задачи должны стоять перед общественностью? По мнению опрошенных, в первую очередь необходимо научиться влиять на формирование и использование внебюджетных средств и на доступность качественного образования. Еще одна проблема, волнующая респондентов, - это ответственность. Она должна быть повышена как со стороны руководителей и учителей, так и со стороны детей и родителей.

Неудивительно, что деятельность всех общественных органов признана неудовлетворительной. Анализ исследований показывает, что они существуют формально и практически не работают. Среди серьезных недостатков выделено также то, что все общественные структуры носят закрытый характер и, как правило, на эффективность управления не влияют. Отсюда вывод: без специальной программы по поддержке демократизации управления образованием не обойтись.

Сын богатых

и влиятельных?

В резервацию!

Многие выступавшие сходились во мнении, что важная, можно сказать, ключевая роль в демократизации управления образованием принадлежит личности, работающей в коллективе, и особенно руководителю.

Еще американский писатель Эмерсон говорил, что физическую силу можно стимулировать палкой, но сознательное управление, сознательное творчество подгонять палкой немыслимо. Каждый сотрудник и педагог в зависимости от своих личностных особенностей - источник прочности или дезорганизующих влияний в системе управления, с чем нельзя не считаться руководителю.

С этих слов начал свое выступление доктор психологических наук, заместитель директора Тверского областного ИУУ Сергей Федотов. Результаты опроса, проведенного в Тверской области, говорят о том, что большинство респондентов не удовлетворены стилем руководства своих начальников. Установлено, что инициативу подчиненных поддерживает лишь треть директоров и администраторов. Более тридцати процентов опрошенных не удовлетворены перспективами работы в сфере образования. Оценивая профессиональные качества своих непосредственных начальников, респонденты считают, что примерно три четверти руководителей разных уровней не являются профессиональными лидерами в своих коллективах, так как не склонны к использованию личного примера в решении служебных и воспитательных задач. И только половина руководителей признают и поощряют успехи своих подчиненных.

Интересные мысли высказал и заведующий кафедрой управления образованием Российской АПКиПРО Николай Решетников:

- В Генеральной прокуратуре считают, что образование - самая криминальная сфера народно-хозяйственного комплекса. Почему? Потому что в нашей стране нормы законодательства в области образования можно нарушать совершенно безнаказанно. У нас не существует никакой ответственности за несоблюдение прав граждан. Два с половиной года назад на нашей кафедре были разработаны предложения о внесении дополнений в Гражданский и Уголовно-процессуальный кодексы и направлены в вышестоящие инстанции. Так вот они до сих пор под сукном.

На вопрос, почему в общественном управлении пассивны родители, Решетников ответил просто и четко: потому что ребенок растет очень быстро и родителям нужно успеть дать ему хорошее образование. У нас декларируется, что все граждане имеют право на качественное образование. Но это не правда, ведь совершенно очевидно, что хорошего образования много не бывает. Поэтому возникает элементарный вопрос, который решает каждый родитель: по какому правилу ребенок поступает к хорошему педагогу или руководителю? За этим стоит реальная жизнь и политика. Люди, работающие в системе образования, находятся под давлением родителей, обладающих административными и финансовыми ресурсами, которые хотят своим детям дать качественное образование и создают для них образовательные резервации.

В многоголосье конференции, на которой свой опыт представляли и гости из стран ближнего зарубежья, четко звучала мысль, что без усилия со стороны государства проблему демократизации управления образованием не решить. Нужен федеральный закон. Но если он появится, как сделать, чтобы он соблюдался?