Кровавый «пир»

Ночевал он в основном в теплотрассах и подвалах, питался чем Бог пошлет - то в церкви подавали, то бутылки собирал. Иногда, когда были деньги, приходил в гости к Ивану. Ночевал, правда, не в его комнате, а у дяди Васи-квартиранта. Телевизор у них был старенький черно-белый «Рекорд». Женька старше Вани на 7 лет, недалеко ушел от друга по развитию. Домой пацан приходить не любил - лупили его за малейшую провинность. Потом мать погибла по пьянке, отец скрылся в неизвестном направлении, а племянника забрала к себе тетка. Учился плохо, соображал туго, на все воспитательные меры реагировал одним доступным ему способом - убегал из дома. Тетка уже его и искать перестала. Как, мол, волка ни корми...

Женьке Саша Белый - не киношный, а реальный - не нравился. Может, потому, что выпендривался сильно, а может, потому, что чуть-чуть ревновал к образу. Когда его уводили милиционеры, Ваня, друг лучший и единственный, глядящий на все происходящее с восторгом, крикнул вслед восхищенно: «Ну ты прям, как Белый». За день до этого Женька, чувствуя себя миллионером, завалился к дяде Васе с пузырем «Трояра» и палочкой паштета. Пока с Ванькой болтали на кухне, этот гад начал жрать один. Успел только надкусить колбаску, но Женьке стало обидно - кто тут нынче хозяин праздника? Вот он и побил наглеца нечаянно. Ногами. До смерти.

«Убийственная» слава

Саша Белый был, конечно, круче. За ним уже числилась «хулиганка» - избили прохожего всей стаей, где он был главарем. Правда, этой судимостью Белый не очень гордился - мелочь для настоящего киношного героя. Вот убийство - это уже солидно. Его кумир такие подвиги совершает направо и налево. Фильм «Бригада» потряс воображение пацана. Ничего другого он, собственно, в жизни и не видел. Мама, не сильно интересовавшаяся Сашкой и старшей, Танькой, то квасила, то вены резала. Папа, пахавший на заводе ради прокорма своего неспокойного семейства, периодически плевал на все, сам же и пропивая деньги. Трезвым в их доме просто не уснешь. Школа № 106, с удовольствием исключившая Сашку из рядов своих учеников, правда, так и не научила толком читать. Потом другая - вечерняя, в которую можно было не ходить месяцами, и никто не бросался на поиски. А «Бригада» показала Сашке, как можно жить. Пускай ты не нужен никому на свете, пускай умеешь только пить, курить и материться, но можешь стать настоящим человеком: богатым, солидным, уважаемым. А чтоб уважали - должны бояться. Только в последнее время что-то подчиненные разболтались - уже не ловили на лету каждый взгляд «бригадира», не неслись по первому требованию шкулять деньги. Вот Саша и понял: пришла пора показать, что не зря он носит гордую кличку Белый. На следующий же день после осуждения за «хулиганку» пришел к Казаху - соседу одного из своих младших товарищей. Потребовал с него 20 рублей - то ли должен был ему старый алкоголик, то ли показалось это Сашке. У деда денег не было, зато у парня хватало сил, задора и амбиций. Он мочил его от души - руками, ногами, железной дужкой кровати. Потом долго прыгал на обмякшем теле - для верности. У него же не было пистолета, чтобы сделать контрольный выстрел. Сашка все время помнил, что должен соответствовать званию «бригадира»... Тем более что публика, хоть и состоящая из одного человека - того самого «подшефного» товарища, остолбенело внимала.

На допросах Саша Белый держался храбро. Следователь Советской прокуратуры Константин Баронов не сумел сбить с него спесь - слишком уж парень гордился совершенным. И очень хотел в тюрьму, надеясь, что там-то его подвиг оценят по достоинству. А выйдет он с зоны настоящим авторитетом, как мечтал юный убийца. Шесть с половиной лет заключения поначалу показались ему достойной наградой.

Невеселый мотивчик

Такие похожие преступления, совершенные Женькой и Сашкой почти одновременно, все-таки отличаются друг от друга. Мотивами: один хотел праздника, другой - славы. Впрочем, это мотивы одной тоскливой песни. Это даже уже не песня - скорее плач по юному поколению. Никому не нужные, заброшенные подростки, мечтающие о другой жизни, не представляют себе по-настоящему другой жизни. Мне не хочется называть их мерзавцами и подонками. Они - мальчишки. Им никто не покупал шоколадок и не говорил ласковых слов. Они вообще не знают, что люди могут понимать друг друга с помощью слов, а не пинков и матов. Им никто не объяснил, что на свете, кроме крутых бандитов и навороченных новых русских, бывают еще моряки и летчики, врачи и учителя. И просто рабочие, довольные тем, что хорошо выполняют свое дело.

Женька, обретя крышу над головой и немного отъевшись - на тюремных-то харчах, стал читать. Дошел уже до Библии. Иногда он видит во сне окровавленного дядю Васю с куском паштета во рту и плачет, просыпаясь. А Сашка недолго оставался Белым. Сильным он мог быть только в стае. Пришлось поменять кличку и цвет. Законы тюрьмы гораздо менее романтичны, чем законы кино.

Скоро выйдет на экраны продолжение «Бригады». Сашке уже не до него. Кумир развенчан. Но Ваня, маленький друг Женьки, будет смотреть его приключения по своему старенькому «Рекорду», чтобы не слышать пьяных воплей матери. Таких Ванек - пол-России.

Омск