Особую важность сегодня приобретает социальная и правовая защищенность трудовых прав граждан, гарантированность их реализации, поскольку рынок труда не создает равных возможностей его участникам: работникам и работодателям. Выравнивание их возможностей происходит на основе закона, устанавливающего трудовые права граждан и гарантии трудовых прав гражданина (работника) как экономически более слабой стороны трудового договора.

С принятием ТК РФ начался новый этап реформирования трудового законодательства, связанный с необходимостью принятия федеральных законов, иных нормативных правовых актов, которые предусмотрены соответствующими статьями Кодекса либо следуют из них. С каждым новым изменением ТК возникает опасность снижения трудовых прав и гарантий.

Подобная ситуация возможна и на отраслевом уровне, где формируются соответствующие нормативные акты. Противостоять таким тенденциям в области законотворчества способны только профсоюзы, за которыми культура организации и развитие производственной демократии в стране.

В реализации трудовых прав граждан, их защите от возможных нарушений большое значение имеют гарантии трудовых прав и свобод человека и гражданина соответственно уровням всех актов, где они получили свое закрепление.

Правовой статус личности в правовом демократическом государстве, как известно, не может противоречить международным правовым стандартам.

В Конституции РФ (ч. 1 и 2 ст. 15) установлено верховенство Конституции и федеральных законов, непосредственное действие на всей территории России Конституции РФ, ее высшая юридическая сила. Вместе с тем, закреплены важные положения в части 4 статьи 15 Конституции: во-первых, о включении в правовую систему России общепризнанных принципов и норм международного права и, во-вторых, о приоритете международных договоров РФ (ратифицированных конвенций Международной организации труда) перед федеральным законом, а также об их включении в правовую систему России. Можно говорить и о приоритете общепризнанных принципов и норм международного права, но лишь в области прав и свобод человека, согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ.

Федеральный уровень, то есть уровень Российской Федерации, включает прежде всего конституционные гарантии прав и свобод человека и гражданина, которым соответствуют трудовые права и свободы, их гарантии, закрепленные в федеральных законах, ТК РФ, при том, что трудовое законодательство является предметом совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов (п. «к» ст. 72 Конституции РФ).

В соответствии с Конституцией РФ в Трудовом кодексе (ст. 6) закреплено разграничение предмета совместного ведения - трудового законодательства РФ. К ведению Федерации в том числе отнесены вопросы, связанные с установлением трудовых прав и свобод, гарантий осуществления и защиты трудовых прав граждан (п. «в» ст. 71, подп. «б» п. 1 ст. 72 Конституции РФ). С учетом данных конституционных положений трудовые права и гарантии этих прав получили свое закрепление на федеральном уровне главным образом в ТК РФ (ст. 2, 21, 22 и др. статьи ТК, отдельный раздел VII «Гарантии и компенсации»).

Под юридическими гарантиями обычно понимаются условия, средства и способы обеспечения реального осуществления и защиты прав. Признание прав также рассматривается как гарантия, поскольку признанное государством право в случаях его нарушения можно защищать.

Особое значение приобретают юридические (правовые) гарантии, которые получили свое выражение прежде всего в Конституции РФ, наряду с правовыми принципами.

Принцип, сформулированный как права, свободы и обязанности человека и гражданина, которые основываются на их гарантированности, получает правовое выражение в различных формах. Это общее начало реализации всего объема прав и свобод личности (ст. 2, 17, 19 Конституции РФ и др.) и конкретные гарантии каждого права и каждой свободы в отдельности (ст. 46-54 Конституции РФ). При этом конституционное закрепление принципа гарантированности прав и свобод человека и гражданина, конкретные гарантии прав и свобод получают развитие в текущем законодательстве, относящемся ко всем отраслям права, в том числе трудовому праву.

Как одна из основ конституционного строя России выделена обязанность государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, а высшей ценностью определен сам человек, его права и свободы (ч. 1 и 2 ст. 2 Конституции РФ). Эти важнейшие положения раскрываются в главе 2 Конституции РФ (в том числе в ч. 1 ст. 17, ч. 2 ст. 19, ч. 1 ст. 45), согласно которой в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина, а также гарантируется государственная защита прав и свобод человека (ч. 1 ст. 17).

К особой группе относятся юридические (конституционные) гарантии государственной защиты прав и свобод человека и гражданина. В их число входят следующие: гарантии государственной защиты прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45); гарантии судебной защиты (ч. 1 ст. 46); право на получение квалифицированной юридической помощи (ст. 48); право защищать свои права и свободы всеми способами, не противоречащими закону (ч. 2 ст. 45); право обращаться в соответствии с международными договорами РФ в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека и гражданина, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты (ч. 3 ст. 46), и другие.

В Конституции РФ закреплен также ряд принципов: о недопустимости ограничения прав и свобод, не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2 ст. 55), недопустимость применения любых нормативных правовых актов, затрагивающих права и свободы человека, если они не опубликованы (ч. 3 ст. 15).

Российское трудовое законодательство на современном этапе призвано обеспечить правовую и социальную защищенность работников. Изменения действующих и принятие новых законов не должны ухудшать положение работников, ограничивать их права и свободы. Конституционный суд РФ указал, что законодателю при определении средств и способов защиты государственных интересов следует использовать только те из них, которые в условиях конкретной ситуации исключают несоразмерное ограничение прав и свобод. При ограничении права, исходя из конституционно установленных целей, государству надлежит использовать лишь необходимые и обусловленные этими целями меры. Публичные интересы, перечисленные в ч. 3 ст. 55 Конституции, могут оправдывать правовые ограничения прав и свобод только в том случае, если эти ограничения адекватны социально необходимому результату. Цели одной только рациональной деятельности органов власти не могут служить основанием для ограничения прав и свобод.

Принципы права, закрепленные в Конституции РФ, находят свое дальнейшее выражение, конкретизацию, «обрастая» гарантиями в отраслевых источниках трудового права, что присуще и Трудовому кодексу РФ. В «Общих положениях» Трудового кодекса (ч. 1 ст. 2) закреплено важнейшее положение о признании основных принципов правового регулирования трудовых отношений согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ: «исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ». В части второй статьи 2 Трудового кодекса получили свое выражение основные принципы трудового права, которые тесно взаимосвязаны как между собой, так и с конституционными принципами и общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе конвенциями МОТ, иными международными договорами РФ, включаемыми в правовую систему России. Таким образом, на федеральном уровне указанные принципы получают свое выражение в конкретных статьях ТК, но подкрепляются гарантиями, без которых положения статей лишаются механизма обеспечения. Так, принципы свободы труда, равенства прав и возможностей и запрещения дискриминации, выраженные в статьях III раздела «Трудовой договор» ТК РФ, дополнены гарантиями о заключении трудового договора (ст. 64), о возможности изменения условий трудового договора и перевода на другую работу только с письменного согласия работника (ст. 72 ТК), о гарантиях при расторжении трудового договора по инициативе работодателя (ч. 2, 3, 5 ст. 81 ТК, п. 23 постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 года в редакции постановления от 28.12.2006 года).

Юридические гарантии обычно подразделяются на две группы: во-первых, на гарантии, направленные на использование гражданами своих прав, исполнение ими обязанностей. Во-вторых, группа гарантий, составляющих механизмы и институты защиты прав и свобод.

Как известно, гарантии защиты трудовых прав, способы такой защиты ныне получили свое закрепление в ТК РФ (раздел XIII). Указанные способы включают:

- государственный способ, прежде всего - судебная защита;

- административный, главным образом государственный надзор и контроль за соблюдением трудового законодательства, включая законодательство об охране труда и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права;

- общественный контроль - защита трудовых прав работников профессиональными союзами;

- самозащита работниками трудовых прав.

Вопрос возникает о другой группе гарантий - гарантиях реализации трудовых прав граждан и их закреплении в трудовом законодательстве.

Поскольку особое значение приобретают гарантии прав граждан при заключении, изменении и прекращении трудового договора, а также взаимодействие этих гарантий и указанных принципов, можно их кратко рассмотреть на отдельных примерах, в частности - на одном из основных принципов о запрещении дискриминации в сфере труда, который закреплен в ТК (абз. 3 ст. 2, ст. 3). Данный принцип соответствует, как известно, конституционным принципам (ст. 19; ч. 3 ст. 37 Конституции РФ) и ратифицированной Конвенции МОТ №111 «О дискриминации в области труда и занятий» (1958 год).

Принцип запрещения дискриминации во взаимосвязи с принципом свободы труда, включая право на труд (абз. 2 ст. 2 ТК), находит выражение в статьях ТК, дополняясь соответствующими гарантиями как при заключении трудового договора (ст. 64) и переводах (ст. 60, ч. 1 ст. 72 и др.), так и при расторжении трудового договора по инициативе работодателя (ч. 2, 3 ст. 81, ст. 82, 178-181 ТК). Дополнительные гарантии предусматриваются для отдельных категорий работников при расторжении трудового договора (ст. 254, 261, 269 и др. ТК).

В статье 64 Трудового кодекса закреплены гарантии при заключении трудового договора, запрещен необоснованный отказ в его заключении, не допускается дискриминация. Обстоятельства, свидетельствующие о дискриминации, приведены в статье 64, но не исчерпывающим образом, поскольку указано, что могут быть и «другие обстоятельства, не связанные с деловыми качествами работников». Здесь проявляется принцип о равенстве возможностей для реализации каждым своих трудовых прав и запрете дискриминации (ст. 3 ТК РФ). В последней части ст. 64 ТК РФ установлена и гарантия судебной защиты граждан, которые могут обжаловать в судебном порядке отказ в заключении трудового договора, и по их требованию работодатель обязан сообщить причину отказа в письменной форме. В Трудовом кодексе (ч. 3 ст. 391) предусмотрена подведомственность суду индивидуальных трудовых споров в связи с отказом в заключении трудового договора, что выступает гарантией реализации права граждан на судебную защиту от необоснованных отказов и дискриминации при заключении трудового договора. В Трудовом кодексе (абз. 7 ст. 16) предусмотрено решение суда (мирового судьи), если оно обязывает работодателя заключить трудовой договор с лицом, которому необоснованно было отказано в приеме на работу. То есть судебное решение является юридическим актом, который в совокупности с заключаемым трудовым договором выступает элементом сложного юридического состава - основания возникновения данного трудового правоотношения.

Таким образом, взаимодействие конституционных принципов о равенстве, праве на судебную защиту, свободе труда, запрещении дискриминации и основных принципов трудового права (абз. 2 ст. 2, ст. 3 ТК) являются основой включения статьи 64 в ТК РФ, что вполне укладывается в правовые рамки Конституции РФ и ратифицированной конвенции МОТ №111 «О дискриминации в области труда и занятий».

О применении положений статьи 64 Трудового кодекса были даны разъяснения в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (п. 10).

Конституционные принципы и соответствующие принципы трудового права о свободе труда, праве на труд и запрещении принудительного труда, как и Конвенций МОТ №29 (1930 год) и №105 (1957 год), получили свое выражение в нормах об изменении трудового договора и о переводе работника на другую работу, дополняясь соответствующими гарантиями. В частности, следует иметь в виду ст. 60 ТК, согласно которой запрещено требовать от работника выполнения работы, не обусловленной трудовым договором. Указанные принципы отражены как в праве работника на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором (абз. 3 ст. 21 ТК), так и в соответствующей обязанности работодателя (абз. 11 ст. 22 ТК). Это право работника и указанный запрет во взаимосвязи с названными принципами проявляются, во-первых, в понятии перевода на другую постоянную работу, который допускается только с письменного согласия работника, гарантирующего его от необоснованных переводов (ч. 1 ст. 721) или изменения определенных сторонами условий трудового договора (ст. 72 ТК). А, во-вторых, - в нормах о способах и условиях, при которых возможны переводы на другую работу или перемещение либо изменения определенных сторонами условий трудового договора (ст. 721, ст. 722, 73, 74, ст. 182, ч. 1 и 4 ст. 254 и др.).

Временный перевод на другую работу, хотя и конкретизирован в ст. 722 ТК, дополнен гарантиями (оплата труда - не ниже среднего заработка по прежней работе, невозможность перевода работника на работу, противопоказанную ему по состоянию здоровья), но не в полной мере соответствовал Конвенции МОТ №29 «О принудительном или обязательном труде» (подп. «d» п. 2 ст. 2) и части четвертой ст. 4 ТК РФ. В постановлении пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 года обращено внимание на то, что указанная конвенционная норма, как и часть 4 ст. 4 ТК, определяют, что не является принудительным трудом всякая работа или служба, требуемая в экстраординарных обстоятельствах. Учитывая названные положения, работодатель вправе переводить работника на не обусловленную трудовым договором работу в связи с обстоятельствами, предусмотренными ТК РФ. Но исходя из указанных положений Конвенции МОТ №29 предусмотренный ранее частью первой ст. 74 ТК РФ временный перевод работника без его согласия на не обусловленную трудовым договором работу для предотвращения простоя, уничтожения или порчи имущества, а также для замещения отсутствующего работника может быть признан обоснованным, если это было вызвано чрезвычайными обстоятельствами (подп. «d» п. 2 ст. 2 Конвенции МОТ №29, часть четвертая ст. 4 ТК РФ) или когда непринятие указанных мер могло привести к катастрофе, производственной аварии, стихийному бедствию, несчастному случаю и тому подобным обстоятельствам (п. 19 постановления).

С учетом правоположений указанного постановления Пленума Верховного суда РФ в ТК внесены изменения, включая временный перевод, который ныне предусмотрен в ст. 722 (ч. 2 и 3), и его нормы приведены в соответствие с названной конвенцией МОТ, в новой редакции ст. 722 отсутствует сам термин «производственная необходимость».

Вместе с тем, в первой части рассматриваемой статьи предусмотрен доныне неизвестный ТК временный перевод работника по соглашению сторон на другую работу у того же работодателя на срок до одного года. Данный перевод не подкреплен достаточными гарантиями, обеспечивающими возвращение работника на прежнюю должность (место работы), поскольку условие соглашения о временном характере перевода может утрачивать силу. Перевод будет считаться постоянным, если по истечении его срока прежняя работа не будет предоставлена, а работник не требует ее возвращения и продолжает работать.

Важную роль играют гарантии при расторжении трудового договора. От работника, изъявившего волю на расторжение трудового договора, как известно, требуется лишь предупредить работодателя за две недели об увольнении по собственному желанию. В Трудовом кодексе (ст. 80) закреплен ряд условий, которые конкретизируют порядок расторжения трудового договора по инициативе работника и одновременно как юридические гарантии охраняют его свободу труда и право на труд (абз. 1, 3-6 ст. 80 ТК).

Регулятивная роль принципа права на труд, дополненного соответствующими гарантиями при увольнении работников по инициативе работодателя, проявляется в необходимости наличия основания и соблюдения порядка расторжения трудового договора, установленных гарантий и компенсаций в связи с увольнениями работников по уважительности причин (ч. 3 и 6 ст. 81, ст. 82, 178-181 ТК и др.). Важность данных гарантий подтверждается и тем вниманием, которое им уделяется в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 года, где выделены гарантии работникам при расторжении трудового договора по инициативе работодателя (п. 23-26 постановления).

Однако к снижению гарантий прав при расторжении трудового договора с работниками можно отнести то, что перечень оснований расторжения трудового договора по инициативе работодателя (ст. 81 ТК), как и «общих оснований» прекращения трудового договора (ст. 77 ТК), не являются закрытыми. Другие основания, помимо установленных в указанных статьях ТК, могут быть предусмотрены Трудовым кодексом, а также иными федеральными законами. Так, другие основания предусмотрены в ТК РФ, в частности, в разделе XII «Об особенностях регулирования труда отдельных категорий работников», для увольнения руководителей организации (ст. 278), работников, занятых у работодателей - физических лиц (ст. 307), надомников (ст. 312), педагогических работников (ст. 336), работников религиозных организаций (ст. 347) и других. При этом устанавливается прекращение трудового договора по основаниям, закрепленным в самом трудовом договоре (п. 3 ст. 278, 307, 312, 347). Можно считать, что на этих работников нормы ТК РФ распространяются с очень большими ограничениями, значительно снижающими, если не исключающими гарантии, поскольку нормативно не определены ни сами основания, ни порядок увольнения. Кроме того, в части второй статьи 303 ТК установлено, что в трудовой договор работников, занятых у работодателей - физических лиц, включаются условия «существенные для работника и для работодателя», то есть в отношении этих работников не действуют ст. 56, 57 и другие статьи ТК РФ.

Очевидно, что применительно к указанным категориям работников дифференциация правового регулирования трудовых отношений несоразмерна особенностям их труда. Это свидетельствует о нарушении равенства возможностей граждан, то есть о дискриминации и несоответствии указанных норм ТК Конституции РФ (ст. 19), Конвенции МОТ №111, основным принципам трудового права о запрещении дискриминации (ст. 2, 3 ТК РФ), поскольку трудовые права указанных категорий работников лишены юридических гарантий, либо они значительно снижены.

Включение общепризнанных принципов и норм международного права, конвенций МОТ, иных международных договоров РФ в правовую систему России является предпосылкой их использования не только в правотворчестве, но и в правоприменении при регулировании трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений.

Исходя из того, что общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры РФ (Конвенции МОТ) не утрачивают своих международно-правовых качеств при включении в правовую систему России, они должны толковаться в рамках международного права. При этом международные договоры, конвенции МОТ занимают вслед за Конституцией особое место в указанной системе, то есть имеют приоритет перед законом (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ). Общепризнанные принципы и нормы международного права имеют приоритет только в области прав человека (ч. 1 ст. 17 Конституции РФ), как основополагающие принципы МОТ, получившие свое закрепление в Филадельфийской декларации и в Декларации МОТ «Об основополагающих принципах и правах человека в сфере труда» (1998 год).

Правоприменители, включая суды общей юрисдикции, в пределах своей компетенции при разрешении конкретных трудовых споров наряду с нормами российского трудового законодательства применяют правила международных договоров, конвенционные нормы, учитывая, что международные договоры имеют приоритет перед законом, если регулирование осуществляется иным образом, нежели установлено в договоре. То есть в этом случае применяются правила международного договора, в том числе конвенций МОТ (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, ч. 2 ст. 10 ТК РФ, ч. 4 ст. 11 ГПК РФ).

В условиях реформирования трудового законодательства РФ особенно возрастает роль суда в применении его норм, устанавливающих трудовые права, их гарантии и защиту трудовых прав граждан. При этом особую роль играют постановления и определения Конституционного суда РФ, в том числе в области заключения, изменения и прекращения трудового договора и разрешения трудовых споров.

Так, можно сослаться на постановление Конституционного Суда РФ от 27 января 1993 года №1-П «По делу о проверке конституционности правоприменительной практики ограничения времени оплаты вынужденного прогула при незаконном увольнении, сложившейся на основе применения законодательства о труде и постановлений пленумов Верховного суда СССР, Верховного суда Российской Федерации, регулирующих данные вопросы». В указанном постановлении прямо констатируется, что незаконное увольнение и вызванный им вынужденный прогул нарушают право работника зарабатывать себе на жизнь трудом, который он ранее свободно выбрал, и снижает уровень охраны от безработицы.

В постановлении Конституционного суда РФ от 10 апреля 2001 года №5-П «По делу о проверке конституционности части первой пункта 1 статьи 8 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» в связи с запросом Находкинского гарнизонного военного суда» дано толкование статьи 37 (части 3) Конституции РФ, которым внесена определенная ясность в понимание «права на труд», его самостоятельного значения.

Принятое Конституционным судом 4 декабря 2003 года Определение №421-0 по запросу Первомайского районного суда Пензы о проверке части первой статьи 374 ТК РФ касается гарантий работников, входящих в состав выборных профсоюзных коллегиальных органов и не освобожденных от основной работы. В указанном определении, его мотивировочной части, Конституционный суд исходил из части первой ст. 30 Конституции РФ, устанавливающей обязанность государства обеспечивать свободу деятельности общественных объединений, включая профсоюзы, в целях надлежащего представительства и защиты социально-трудовых прав граждан, связанных общими профессиональными интересами. Конституционным судом отмечено и то, что обязанность государства обеспечивать указанным категориям граждан надлежащую защиту от любых дискриминационных действий, направленных на ущемление свободы объединения профсоюзов в области труда, вытекает из положений, закрепленных в целом ряде международно-правовых актов. Конституционный суд РФ определил, что норма части первой статьи 374 ТК по конституционно-правовому смыслу и целевому предназначению направлена на защиту государством свободы профсоюзной деятельности и не препятствует судебной защите прав работодателя на свободу экономической (предпринимательской) деятельности в случае отказа соответствующего вышестоящего профсоюзного органа дать предварительное мотивированное согласие на увольнение такого работника. Соответственно данная норма является общеобязательной, что исключает любое иное ее истолкование в судебной и другой правоприменительной практике.

Складывающаяся судебная практика при разрешении трудовых споров, прежде всего Верховного суда РФ, свидетельствует о том, что суды следуют Конституции РФ и общепризнанным принципам и нормам международного права, конвенциям МОТ, основным принципам трудового права (ст. 2-4 ТК) и соответствующим нормам о трудовых правах граждан и их гарантиям.