Досье «УГ»

Дальнейшая история униатства Мелетия больше похожа на детективный роман. Переход был совершен тайно, и Смотрицкий, которого еще считали православным, подготовил серию работ, где доказывал, что между православием и католичеством принципиальной разницы нет.

Такое раздвоение произошло и с Мелетием Смотрицким. Если каждому русисту он известен как автор знаменитой «Грамматики славенския правилное синтагма», то историки знают его как яркого полемиста и церковного политика, сначала боровшегося против церковной унии, а затем тайно к ней присоединившегося.

Максим Герасимович Смотрицкий родился где-то между 1577 и 1579 годами в местечке Смотрич, неподалеку от Каменец-Подольского. Нужно сказать, что югозападно-русские земли, входившие в состав Речи Посполитой, являлись контактной зоной, где сталкивались русская и польская, православная и католическая культуры. Эти территории населяли люди, принадлежащие к разным конфессиям, что провоцировало активные дискуссии, служило поводом для создания полемических трактатов.

Отец Максима Смотрицкого был известным писателем-полемистом, составившим среди прочего предисловие к изданной Иваном Федоровым первопечатной Острожской Библии. Начальное образование Максим получил в Острожской греко-славянской школе, ректором которой был его отец. Образование было продолжено в Виленской иезуитской академии, а затем в протестантских университетах Вроцлава, Лейпцига, Виттенберга, Нюрнберга и др.

По завершении учебы Смотрицкий стал членом православного братства при Свято-Духовом монастыре в Вильне. Братства, создаваемые для поддержки православного населения, были мощными культурными и образовательными центрами. Напомним, что и Острожская школа, и Острожская типография Ивана Федорова действовали под покровительством братств. Вернувшись домой, Максим Смотрицкий пробует себя в качестве полемиста. В 1610 году на польском языке под псевдонимом Теофил Ортолог (то есть Боголюбивый Правослов) он выпустил книгу «Фринос», первые части которой были написаны от лица Восточной Церкви, оплакивающей своих сыновей, ушедших от нее в унию. В 1618 году Максим принял монашеский постриг с именем Мелетий, а в следующем году увидела свет его грамматика, написанная для нужд Киевской братской школы, в которой он преподавал.

В начале XVII века на территории Речи Посполитой действовал лишь один православный архиерей. Для усиления позиций православия Иерусалимский патриарх Феофан IV, посетивший в 1620 году Киев, поставил для Западной митрополии митрополита Иова (Борецкого) и епископов. Среди новопоставленных архиереев был и Мелетий. Реакция польских властей на это событие была резко враждебной. Практически сразу были изданы указы об аресте православных архиереев. Однако арестовать архиереев, пользовавшихся защитой казаков, было непросто. Архиереи не просто оставались на свободе, но даже имели возможность публично защищать законность своего поставления. В ответ на королевские указы Мелетий выпустил целую серию полемических сочинений. От лица митрополита Иова (Борецкого) Мелетий составил прошение о легализации православной иерархии, которое было подано королю Сигизмунду III.

Получивший образование в католическом университете, Мелетий не чувствовал себя чужим среди католиков. Он подхватывает популярную в те годы идею заключения новой унии на более мягких условиях. В 1623 году он написал новый катехизис, который мог бы стать основанием для новой унии. Однако этим планам не было суждено осуществиться. После того как осенью 1623 года в Витебске был убит униатский епископ Йосафат Кунцевич, подозрение в организации этого убийства пало на Мелетия, и он был вынужден бежать из страны. Два года провел он в Константинополе и в Святой земле.

Возвращение Мелетия на родину предварялось слухами о том, что он то ли уже принял унию, то ли собирается ее принять. И хотя в 1626 году Мелетий участвовал в публичном анафематствовании отступников от православия, подозрения против него не рассеивались. Как показали дальнейшие события, эти подозрения не были лишены оснований. Для того чтобы получить вакантное место архимандрита Дерманского монастыря на Волыни, Мелетий обратился к местному магнату князю Янушу Заславскому. Условие, которое Заславский поставил перед Мелетием, был переход последнего в унию. Мелетий согласился и летом 1627 года тайно принял унию.

Дальнейшая история униатства Мелетия больше похожа на детективный роман. Переход был совершен тайно, и Смотрицкий, которого еще считали православным, подготовил серию работ, где доказывал, что между православием и католичеством принципиальной разницы нет. Пытаясь убедить православных в своей правоте, он выпустил трактат, который назывался «Апология путешествия в восточные страны». Созванный в августе 1628 года в Киеве собор признал эту книгу еретической, и Мелетий, опасаясь физической расправы, был вынужден от нее публично отречься. Он даже участвовал в разрывании книги на мелкие кусочки и их публичном сожжении. А уехав из Киева, он издал книгу «Протестация против собора», в которой отказался от своего недавнего отречения и вновь защищал все то, что было написано в «Апологии». А в следующем году Мелетий опубликовал открытое письмо Виленскому братству, в котором наконец-то признался в переходе в унию. Мечта Мелетия примирить католиков и православных потерпела неудачу, и в конце жизни он стал архиереем у униатов, полемике с которыми в начале своей карьеры он отдал столько сил. Мелетий Смотрицкий скончался в 1633 году в Дерманском монастыре.

Церковно-политическая деятельность Мелетия сейчас основательно забыта, чего никак нельзя сказать о его «Грамматике...». Она неоднократно переиздавалась в разных местах и до середины XVIII века оставалась основным учебным пособием по церковнославянскому языку на Украине, в Белоруссии и России.

В книге подробно изложены сведения о звуковом и грамматическом строе церковнославянского языка. Здесь отмечены отсутствие звукового значения у букв «ъ» и «ь» и двоякое произношение «г» (взрывное и фрикативное). Предшественники Смотрицкого описывали славянскую грамматику по образцу греческой и латинской, выделяя те же части речи и те же грамматические категории, которые выделялись в грамматиках классических языков. Мелетий смог критически взглянуть на предшествующую грамматическую традицию, не пытаясь подогнать языковую реальность под априорные схемы. Он первым указал на то, что в славянском языке отсутствует артикль (до Смотрицкого артиклем считали некоторые местоимения). Он установил систему падежей славянских языков, выделил категорию переходности-непереходности, указал на существование деепричастий. В этой книге впервые употреблены такие грамматические термины, как «буква», «слог», «междометие», «деепричастие». Вышедшее в 1648 году в Москве переиздание «Грамматики...» во многом определило лингвистическую программу осуществленного при патриархе Никоне исправления богослужебных книг, приведшего к церковному расколу. На основе «Грамматики...» и в духе его взглядов создавались новые учебные пособия.

Александр КРАВЕЦКИЙ, кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Института русского языка имени В.В.Виноградова РАН