Пусть в глазах отражается счастье

- Лариса, наверное, это нелегко - столько лет появляться на экране спозаранку и с улыбкой произносить: «Доброе утро!». Ведь далеко не всегда ваше собственное настроение соответствует этим словам?

- Когда я захожу в студию, то оставляю все свои проблемы за порогом. Погружаясь в мозаику пестрых новостей, забываю о своих бедах, неприятности уходят на второй план. Меня ничто не должно отвлекать. Всегда пытаюсь найти такую интонацию, чтобы вселять в зрителей оптимизм. Ведь их не волнует, в каком эмоциональном или физическом состоянии ты находишься. Ты должна их все время радовать и удивлять. За моим появлением в кадре стоит очень много людей. Я то последнее звено, которое в большей степени определяет успех программы. Поэтому я не имею права на ошибку. Что касается улыбки, то улыбаюсь всегда абсолютно искренне. Профессия ведущего - это симбиоз собранности, доброжелательности, хорошей реакции, определенной цепкости и, бесспорно, умения ладить, входить в контакт с людьми. При таких требованиях искренность не сыграешь. Глаза не обманут. Экран, как ничто другое, не терпит фальши.

- Со временем требования к телеведущим изменились?

- И раньше, и сейчас профессия диктует одни и те же требования. Высший пилотаж в том, чтобы всегда оставаться востребованной. Каждый прямой эфир - это серьезный экзамен на профессиональную зрелость, зачет на мастерство, со своими нюансами, подвохами, подводными камнями. Расслабляться нельзя.

- Но ведь прямой эфир - это всегда форс-мажор.

- Телеведущему всегда надо быть готовым к любой экстремальной ситуации. Случается всякое. К примеру, как-то буквально за несколько минут до выхода в эфир выяснилось, что запланированный гость приехать не может и вместо него в студии появится молодой актер. Времени на то, чтобы познакомиться с его досье, уже не оставалось, в результате получилась очень симпатичная, живая беседа. Еще был случай. Мы пригласили в «Доброе утро» американского комика Роба Шнайдера. Я знала, что он увлекается йогой и спросила: «А на шпагат сесть можете?» Он ответил, что нет. Тогда я завелась и... сама села на шпагат. Победа была за мной. Правда, потом долго чувствовала свою спину. Было и такое, что находилась в студии в режиме прямого эфира шестнадцать часов.

- Слышал, что на Международном фольклорном фестивале мира вы представляли российскую культурную программу на арабском языке. Вы и арабский знаете?

- Нет, не знаю. И выучить текст на арабском за ночь - это полная авантюра. Но ситуация была безвыходная, так что ничего не оставалось, как зубрить непонятные слова. Я написала русскими буквами арабский текст, переводчик помог разбить его на блоки и объяснил значение каждого из них, чтобы я могла правильно интонировать. Ведь у зрителей должно было создаться впечатление, что я понимаю, о чем говорю. А после концерта на приеме наш посол в Алжире подошел ко мне и спросил: «Я тоже учил арабский в Москве, но то был классический язык, а у вас алжирский диалект. Откуда такое произношение?» Для меня это было самой большой наградой.

- Вы всегда так хорошо выглядите!

- Это, наверное, от родителей, генетическая предрасположенность. Я не злюсь, люблю людей, с которыми общаюсь. Мне нравится моя работа, все, что делаю, мне в удовольствие. Просто надо всегда помнить: все наши мысли, чувства отражаются на лице. Мои личные рецепты красоты очень просты. Прежде всего надо стараться высыпаться. Тогда и утром встаешь с хорошим настроением, и цвет лица отличный, и на душе спокойно. Когда это не удается, лучший способ привести себя в надлежащий вид - ванна с солью. Если нет ароматизированной соли, использую обычную. Делаю маски - использую готовые и собственного приготовления, люблю массаж. На даче у нас есть баня, и как только приезжаю туда, обязательно парюсь, потом обмазываю медом «проблемные» места и несильно похлопываю их ладонью. Это дает отличный эффект! Как только появляются два-три свободных дня, с семьей уезжаем за город, на природу, в подмосковный лес. Я получаю такой заряд бодрости, что этого хватает надолго. Еще фитнес, ролики, нормальное питание. Главное, обходиться без того, что имеет приставку «пере». Я научилась довольствоваться малым. Диета - это образ жизни, и он мне нравится.

- Интересно, а телеведущей вы хотели стать еще в детстве?

- Да что вы! В детстве мне хотелось стать врачом. Мне казалось, что я смогу быть хорошим доктором. Но в какой-то момент мне все-таки не хватило характера, силы духа для того, чтобы принять такое решение. Ведь медицина требует от человека не только милосердия, но и определенной жесткости...

- Родители тоже видели вас врачом?

- Они мечтали, чтобы я занималась дипломатией, хотели видеть меня образованным, всесторонне развитым человеком. Им хотелось, чтобы я поступила в Институт международных отношений, поэтому я серьезно изучала языки.

- Ваш дебют на телевидении состоялся в Кишиневе?

- Да, я тогда окончила филфак. Мой сокурсник подрабатывал на телевидении оператором. Однажды, видимо, в благодарность за то, что я давала ему списывать свои конспекты, предложил принять участие в конкурсе дикторов: искали молдавского мужчину и русскую женщину. Конкурсные задания и тексты были достаточно сложными, но так получилось, что я прошла. Первый эфир состоялся в 1982 году. Была маленькая студия, одна камера. Чувствовала безумную ответственность, понимала, что от того, как проведу эфир, зависит моя судьба. Текст я вызубрила, как «Отче наш». Потом на кишиневском телевидении мне доверяли вести все: концерты, музыкальные, детские, спортивные передачи.

- Таким образом, когда вы переехали в Москву, вы были уже профессионалом?

- Это так. Но я и представить себе не могла, что смогу работать на Центральном телевидении.

- На передачу «Последний герой» вас привела любовь к экстриму?

- Скорее, любовь к самой жизни. У меня появилась возможность испытать себя в необычных условиях. Тридцать семь дней на острове без душа, шампуня, расчески, зубной щетки, накрахмаленной простыни... Это же фантастическое состояние! Там же выпадаешь из привычной жизни. Мы жили в Доминикане, в джунглях, в абсолютно девственных местах, которые не жалуют местные аборигены. Там тебя не растопчут слоны, не съедят львы, не задушат змеи, но в то же время хватает опасностей, подстерегающих буквально на каждом шагу. По телу ползали москиты, мы постоянно ходили с ссадинами. Но нас оберегали наши ангелы-спасители, команда знающих, опытных профессионалов.

- Как спасались от голода?

- Поначалу, конечно, это было тяжелым испытанием для людей, привыкших к благам цивилизации. Но в нашей группе оказались люди, готовые в любой момент подставить друг другу плечо, помочь. Мы преодолевали себя через не могу, не хочу. В какой-то момент моей душой овладело необыкновенное спокойствие, другое видение происходящего. Меня мало волновали призы, конкурсы, я всерьез во все это не играла, просто там жила, смиренно принимая голод, грязь... Мы все живем в сумасшедшее время, стремимся заработать еще и еще, чтобы заработанное на что-то потратить. А ведь человек вполне может обходиться малым. На свободе ты совсем другой, такой, каким сотворила тебя природа.

- Чем вас соблазнил «Ледниковый период»?

- Ледовые танцы показались мне очень лестным предложением. Мне было безумно интересно, тем более что мне сказали: «Не волнуйся, тебя всему научат». А я до этого никогда в жизни даже коньков не шнуровала, ведь выросла на юге.

- От кого последовало приглашение?

- От Ильи Авербуха. Я брала у него интервью, и он сказал: «Лариса, может, ты тоже примешь участие в этом проекте?» До его начала оставалось два месяца, и я все это время провела на льду, осталась без отпуска. Я не думала, что за такое короткое время смогу не только научиться кататься, но и вытворять на льду что-то невероятное. За это я очень благодарна своему партнеру. Повилас Ванагас помогал мне во всем.

- Тренировки давались тяжело?

- Невероятно трудно. Первое время все тело изнывало от боли, я ходила с синяками. Из-за падений получила трещину в руке, перелом ребер. Однажды с Повиласом упали на мое колено - боль была страшная, даже встал вопрос о возможности моего дальнейшего участия в проекте. Но не хотелось подводить партнера и тренера. Мне сделали укол, блокировали боль, наложили повязку, и я снова вышла на лед... Тренировались мы в основном по ночам, после работы. Таким образом, вся моя жизнь практически проходила на катке. Домой я приезжала еле живая, падала на кровать, а утром снова преодолевала себя, чтобы идти на работу, на каток... Не факт, что все это когда-нибудь мне может пригодиться в будущем, но то, что я все это прошла достойно, для меня очень важно.

- Глядя на вас, одетую в такие легкие, эротичные костюмы, муж не ревновал?

- Он видел, какая я приползала домой, измученная и истерзанная тренировками, видел, чего все это мне стоит, поэтому ему и в голову не приходило меня ревновать. Наоборот, он мной гордился.

- Кстати, как вы с ним познакомились?

- С мужем мы познакомились в цирке двадцать четыре года назад. Сразу признаюсь: в цирке за свою жизнь я была всего раза три, не больше. А тут решила сводить сына Максима на цирковое представление. В это время Саша как раз снимал там фильм о цирковых наездниках (он кинооператор)... Позже он рассказывал, что сразу обратил внимание на «странную парочку» и буквально в день нашего знакомства захотел сделать мне предложение... С сыном в этом плане проблем не было. Александр просто покорил Максима, и меня это очень подкупало.

- Ваши дети уже взрослые?

- Вполне. Максим - юрист, занимается своим делом, у него собственная компания, он ведет гражданские дела. Я за него очень рада, горжусь, что он состоялся в профессии. У него своя семья, он живет отдельно от нас. Инна студентка, будущий журналист. Еще она занимается на курсах французского языка. Продолжает работать и у Вячеслава Зайцева в качестве манекенщицы.

- По-вашему, с чего должно начинаться доброе утро?

- Надо просто порадоваться тому, что наступил еще один день, подумать о том, чтобы все сложилось удачно и что можно сделать хорошего для своих близких.

- Вы можете сейчас вспомнить самые счастливые моменты из своей жизни?

- Я очень боюсь сильных эмоциональных всплесков - по закону колебания можно очень быстро оказаться в совершенно противоположном состоянии. На Новый год, когда бьют куранты, я загадываю одно-единственное желание: чтобы все было хорошо. По большому счету просто хочу, чтобы были счастливы мои близкие, чтобы в моих глазах отражались их любовь и счастье.

  • Лариса ВЕРБИЦКАЯ