Хороший сунцовец должен быть вредным

...Тема первого родительского собрания была неожиданной - «Что такое двойка в нашем учебном заведении». Для СУНЦа (в обиходе - лицея) не является исключительной ситуация, когда былой отличник поначалу имеет низкие отметки. Прежде для пятерки ему достаточно было качественно выучить тему, здесь же требуют осмысления. Дети перестраиваются быстро, родители дольше пребывают в «оценочном» шоке. Педагоги приводят им в пример учебную ведомость пушкинского лицея, где в качестве отметки могло быть написано «еще не хорошо». Отнюдь не приговор означают и первые после поступления в СУНЦ тройки и двойки: пока знания не на четверку или пятерку. Настоящий результат будет позже и зависит только от ученика.

Дети здесь отборные - отобранные: со всего Уральского региона, из Тюмени и Кургана, Ханты-Мансийска и Башкирии. Вступительные экзамены в девятый-десятый классы (в последние годы появилась еще и параллель восьмых) демонстрируют имеющиеся знания, а во время летней школы проверяется способность осваивать новые знания - задания даются из сверхшкольной программы. Победители областных и всероссийских олимпиад зачисляются без экзаменов. Средний конкурс - два-три человека на место, в восьмой класс - четыре-пять.

Поступить в СУНЦ трудно - учиться еще труднее. Семь уроков в день, затем факультативы и спецкурсы, да и от домашнего задания никто не освобождал. Лицеисты (здесь «под покровительством бюджета» обретается пятьсот учащихся) живут по вузовским нормам: каждый семестр завершается экзаменами.

Я попросила «нарисовать портрет» среднего сунцовца. Заведующая кафедрой филологии (в екатеринбургском учебно-научном центре в дополнение к основным физико-математическим и химико-биологическим классам открыт и гуманитарный) Мария Александровна Алексеева выделила несколько черт. «Во-первых, это вредность. Наш лицеист ничего не принимает на веру. Педагог, например, говорит: «Горе от ума» - великое произведение русской литературы. Обычный школьник с этим просто согласится, а наш начнет обосновывать, спорить. Во-вторых, готовность к диалогу. Это качество мы лелеем. Ребята не боятся озвучивать собственные мнения. Правда, мы требуем от них аргументации, умения излагать соображения четко и убедительно. Третье - самостоятельность. Взрослые за ними не ходят, не упрашивают позаниматься побольше. Учащимся предоставлено право выбора. Наконец, присутствует определенный студенческий «пофигизм». Оценка - не главное, важнее реальные знания. Мотивация к учебе у них не просто выше - гораздо выше, чем в обычной школе».

СУНЦ отличается от общеобразовательных школ не только учениками, но и учителями. Впрочем, здесь в ходу прозвание у педагогов не школьное, а вузовское: ППС, профессорско-преподавательский состав. 3 доктора наук, 27 кандидатов, профессора, доценты. В среднем один преподаватель приходится на четырех учеников - высокая концентрация обучающих! Как и качественные показатели. Четыре педагога несколько раз становились лауреатами Всероссийского конкурса учителей физики и математики «Династия» (присуждается по опросам студентов). Девять человек стали победителями конкурса лучших учителей РФ и награждены премией президента.

Здесь я услышала фразу, которую часто произносят педагоги, да не все тратят время и силы на ее осуществление: «Главное - научить ребят думать». Директор СУНЦа заведующий кафедрой математики Вениамин Вольфович Расин объясняет, что не начитывает тему, а рассуждает на занятиях вместе с учениками. Программы профильных дисциплин являются авторскими и также предполагают «включение мозгов» учащихся, среди которых есть по-настоящему неординарные личности, а с такими хоть и интереснее, но сложнее. Заместитель директора по научной работе Ольга Викторовна Инишева вспоминает недавнего выпускника Вячеслава Исенбаева, в прошлом году он стал чемпионом мира по программированию (в команде). Он оживлялся на математике, но погружался в себя на других предметах. Приходилось его «тормошить». «У меня на уроке он часто стоял у доски: можно сказать, я физику излагал «его руками», - добавляет доцент Александр Иванович Кроткий. - В результате Вячеслав и программировал несколько иначе, чем все, так как получил образование разностороннее, гармоничное. Его мир не стал узким».

А этот выпал из гнезда...

Александр Иванович Кроткий 12 лет являлся директором СУНЦа с момента его основания. Он болезненно воспринимает то, что происходит сегодня с элитным учебным заведением. «Все катастрофически рушится!» - восклицает он. Уважая его эмоции, попробуем посмотреть на ситуацию без них.

Концепция осталась прежней: отбор самых способных, привитие им исследовательских навыков благодаря сотрудничеству с учеными, профильное обучение. Авторитет у СУНЦа огромный, он имеет высокий рейтинг и не снижает образовательную планку. Однако ситуация вокруг сильно изменилась. Создавался учебно-научный центр в одной стране, теперь существует в другой, с иными приоритетами. Значимость науки и образования сегодня провозглашается (кто бы спорил о роли физики и математики в эпоху высоких технологий!), но не всегда подкрепляется властными решениями, финансовыми потоками и даже соображениями престижа.

Снизилась «чистота отбора» детей. Практика выезда на крупные олимпиады и «вылавливания» там талантов уходит для уральского центра в прошлое: на командировки элементарно нет средств. Инициатива все чаще исходит не от ученых, желающих привлечь способную молодежь, а от родителей, понимающих важность качественного образования для будущего их детей. Посыл достойный, но другой.

До 2001 года СУНЦ значился отдельной строкой в бюджете УрГУ, теперь это положение отменено. Выделяются лишь средства на оплату труда профессорско-преподавательского состава и питание учащихся. Материальное состояние учебного здания, скажу мягко, далеко от понятия «элитное». Руководство, естественно, ищет внебюджетные источники выживания. Открыты, например, платные подготовительные курсы. Создается попечительский совет из выпускников (настало то время, когда в лицей поступают дети бывших учеников), им руководит депутат городской Думы Леонид Волков. «Первая задача, которую совет перед собой поставил, требующая самого срочного решения, - ремонт спортзала», - сообщает директор лицея.

Еще один уровень проблем - статусный. Несколько лет назад СУНЦ решил участвовать в конкурсе образовательных учреждений в рамках приоритетного национального проекта. Документы не были приняты: «вы - не школа». Смешно, но даже участие в олимпиадах для талантливых детей из СУНЦа проблематично: на городской уровень их не берут («вы - не муниципалы»). Здесь очень высока концентрация способных детей, однако квоты на участие в олимпиадах такие же, как у других школ.

Специализированный учебно-научный центр оказался между небом и землей, выпал из структуры. Его статус неясен, он существует в смутном правовом поле. Екатеринбургский центр - не исключение. Необходимость правового определения ощущают и другие. Хотелось бы, чтобы на правительственном уровне была оказана поддержка таким образовательным учреждениям.

Сегодня на высоком уровне активно говорят о необходимости работы с одаренными детьми. Министр образования подчеркивал неоднократно, что в отношении интеллектуальной элиты нет ни грана сомнений: ее надо «выращивать». Но громоздить новую систему «инкубатора талантов» дорого и нецелесообразно. По сути, система уже есть, необходимо лишь ее осовременить, легитимировать и оживить финансово и организационно.

Свердловская область