Учитель и писатель - два плохо совместимых занятия

- Тома, расскажи, что в тебе родилось раньше - желание быть писателем и писать или желание быть учителем?

- Писать. Меня в детстве акыном звали (акын - поэт-импровизатор и певец у казахов и киргизов. - Авт.), первую сказку я написала во втором классе. И потом всегда что-то писала. А лет в пятнадцать уже осознанно захотела быть писателем. Но примерно в это же время я съездила в ВДЦ «Орленок» и поняла - хочу быть вожатым. В «Орленке» все было так здорово, что мне хотелось вернуться туда и поработать. Поэтому я и поступила в Челябинский колледж культуры на специальность «педагог-организатор досуга детей и подростков». Пока я там училась, стала еще больше писать, работала с детьми, они подсказывали мне образы и идеи. Именно тогда в моих рассказах и появился герой-ребенок (до этого я как-то все про взрослую любовь писала). После окончания колледжа я и решила заняться литературой. Но в своих писательских силах была очень не уверена, никому ничего из написанного не показывала. Понимала, мне элементарно не хватает начитанности. И вместо того чтобы продолжать учиться в вузе по своей специальности (у нас была ступенчатая система обучения), я поступила в педагогический университет на филфак. Тут-то мне стало ясно окончательно - мое призвание быть писателем. Я забрала документы и уехала в Москву поступать в Литературный институт. Поступила на отделение взрослой прозы, но тут же стала ходить на семинар Романа Сэфа и Александра Торопцева. Вернувшись домой, я пошла работать в школу.

- Писательство мешает твоей профессии?

- Сложно сказать. С одной стороны, я все-таки вернулась в школу и не жалею пока об этом. Это интересная и очень творческая работа. Конечно, одновременно работать педагогом и писать книги тяжело. Ты будто находишься сразу в нескольких мирах, трудно бывает все удержать в голове, настроиться на многие волны сразу. Работа учителя отнимает много времени, даже если часов мало. Наверное, я соглашусь с Эдуардом Николаевичем Успенским, который сказал: чтобы быть писателем, надо быть БЫВШИМ учителем. В этом отношении меня потрясает опыт Владислава Петровича Крапивина, который 30 лет руководил отрядом «Каравелла». Я была у них в гостях, это потрясающая команда, разновозрастная, разноуровневая, разнодеятельностная, если можно так сказать. Никак в голове не укладывается, как он еще умудрялся книги писать?

- Знают ли о твоем втором призвании в школе?

- Да, конечно, знают, интересуются, часто своим ребятам даю читать рукописи, прежде чем показать еще кому-то, ну для проверки что ли. Иногда они что-то подсказывают. Им поначалу трудно было представить, что рядом с ними ходит писатель. Писатель - это что-то такое заоблачное, далекое, а Тамара Витальевна вот она, рядом, можно потрогать, можно поговорить, можно поссориться даже...

- Я знаю, что ты большая поклонница Гарри Поттера и даже использовала эту книгу в своей работе на уроках литературы. Расскажи об этом.

- Я бы не сказала, что я большая поклонница. Ночью стоять в очереди у магазина в день выхода новой книги точно не пойду. Я отношусь к этой книге с большим уважением. И везде ее защищаю. К сожалению, большинство нападок начинается со слов: «Я Гарри Поттера не читал, но осуждаю». У меня с этой книгой честные отношения. Первую часть я прочитала, когда в нашей провинции знать не знали, кто такой Гарри Поттер, и потом обязательно прочитывала вновь вышедшие книги. Мне кажется, что в этой книге много такого, о чем можно подумать. Ну кроме того, что это захватывающее чтение. Гарри Поттер на моих уроках литературы появился поначалу случайно. Проходили мы «Преступление и наказание». Прочитать такой текст ребята с непривычки, конечно, не могут. В лучшем случае кино смотрят. И вот мне никак не удавалось им толково объяснить, что такое двойники Раскольникова. И так им объясняла, и эдак - не понимают. И тут на память мне пришел Гарри Поттер. Уж его-то все читали! И мы стали вспоминать, есть ли двойники у этого героя. Мне их тут же перечислили и объяснили очень толково, почему они стали его двойниками. От Гарри Поттера мы легко вернулись к Достоевскому. Мне часто приходилось использовать Гарри Поттера на уроках как иллюстрацию к классическим текстам. Просто потому что ребята его знают хорошо, а главное, не боятся. Кому-то может показаться, что с точки зрения методики это неправильно, но честное слово, многие фанаты Гарри Поттера взялись читать Достоевского, увидев, что у героев нашего классика и Роулинг есть что-то общее. А это в итоге главное.

- Подсматриваешь ли ты своих героев в классе? Могут ли твои ученики подсказать тебе сюжет?

- А как же! Пачками подсказывают! Например, история из моей последней повести взята из реальности. По сюжету в классе проходит тест, социометрия, по результатам которого выявляется, кто лидер, кто середнячок, а кто изолируемый, с кем совсем не общаются. Героиня становится «изолируемой» только потому, что в этот день всех ее друзей не было в школе, о чем сама героиня забыла. А она уже успела такого натворить из-за своего неожиданного статуса... Подобная история с путаницей в социометрии произошла на самом деле.

- Ты признанный автор, лауреат нескольких престижных премий. Хочется ли тебе, как автору, вырваться за пределы Челябинска. Печататься, например, в Москве или Санкт-Петербурге. Возможно ли это? Где можно найти твои книги?

- Ой как хочется! Очень хочется! Но... увы. Ну лежит у меня стопочка дипломов, а толку? (Стопочка - это скромно сказано. Михеева лауреат конкурса «Заветная мечта-2007», конкурса Сергея Михалкова. - Авт.). Приятно, но печатать больше меня не стали. Хотя, казалось бы, что после «Заветной мечты» у меня должно было выйти как минимум собрание сочинений! Дело ведь даже не в том, чтобы вырваться за пределы Челябинска, а именно в том, чтобы можно было бы легко ответить на вопрос: «Где можно найти твои книги?»

Пока могу лишь предложить зайти на сайт «Издательства Марины Волковой» http://www.mv74.ru/urma/, через Интернет у них можно купить две мои книги. Это, пожалуй, все. Но я все-таки надеюсь, что книга, подготовленная издательством «Вагриус», скоро выйдет и ее можно будет купить везде. (Конечно, Тамара немного лукавит. Во многих магазинах уральских городов можно найти ее книги. Например, в Екатеринбурге. - Авт.)

- От поэтов принято требовать гражданской позиции, авторы взрослой прозы становятся «трибунами-главарями». А кто такой детский писатель? Что он может или должен делать?

- Он должен писать хорошие детские книги. И быть счастливым, как советовал Чуковский.

- Считается, что писатель «мертв для мира», что в какой-то момент он перерождается, чтобы творить. А учитель, наоборот, живет своими учениками. Не вступают ли твое стремление писать и твоя профессия здесь в противоречие?

- Вступают, вступают. В этом и есть, наверное, самая большая сложность быть одновременно и тем и другим. Писателю нужно уединение в больших количествах, мне во всяком случае - точно. Я вообще с трудом могу заниматься двумя делами одновременно. Педагог не может себе этого позволить. Он должен общаться, следить за своими подопечными, постоянно думать о них. Поэтому работать я могу в редкие минуты.

- Кто твой любимый писатель? И какого писателя ты сама включила бы в школьную программу?

- Не люблю вопрос о любимом писателе. Это же список на три страницы! Я не могу выделить одного! Ну ладно, давайте попробуем так. Из «взрослых» это, пожалуй, Лев Толстой и Иван Бунин. Из «детских» - Юрий Коваль, Радий Погодин, Астрид Линдгрен и Владислав Крапивин. Всех бы включила в школьную программу. И вернула бы Гайдара, которого почему-то теперь там нет.

- Школьную программу сейчас ругают. Как ты считаешь, чего ей не хватает?

- Чувства юмора.

- Что сейчас происходит в детской литературе? Ты сама с кем-то общаешься? Куда-нибудь ездишь? Следишь за свежими изданиями?

- О, мы очень активно общаемся! И активно ездим! После нескольких семинаров по детской литературе и форумов молодых писателей в Липках, организованных Фондом СИЭП, у нас сложилась дружное сообщество молодых детских писателей: это Наталья Дубина, Ирина Павлова, Елена Усачева, Лена Ракитина, Анна Матасова, Алексей Олейников, Лена Борода, Аня Игнатова, Наталья Волкова, я... Мы сами устраиваем себе встречи. В этом году съездили в Коктебель на поэтический Волошинский фестиваль, провели там детский день, выступили перед детьми в Феодосии и Коктебеле... Есть планы проехать по городам, подарить библиотекам свои книги, познакомиться с ребятами, рассказать о себе. Об этих встречах просят не только детские библиотеки. С молодыми писателями хотят встречаться методисты, студенты педвузов, которым так необходима информация о том, что нового происходит в детской литературе.

  • Тамара МИХЕЕВА