Несколько лет назад прочитал роман французской писательницы Бессоры «Петролеум» (Bessora. Petroleum. Paris. Ed. Danoёl, 2004). «Французскость» ее относительна: родилась в Бельгии, мать из Швейцарии, отец из Габона. Пишет на французском. «Петролеум», к сожалению, пока не переведен на русский. Действие романа завязывается на нефтяной платформе у берегов далекой африканской страны, люди нащупали одну из тех вен земли, по которым бежит ее черная кровь - нефть, но вдруг происходит взрыв. То ли неполадка, то ли диверсия, организованная недругами нефтяной компании «Эльф-Габон»...

Теперь «поедем» в Россию. Роман Геннадия Старостенко «На черной реке», опубликованный в журнале «Москва» (2006. №12). И здесь идет добыча нефти, только не в открытом море, а в тундре, среди вечной мерзлоты. Здесь то же прекрасное знание профессиональной лексики и (самое любопытное)... очень похожие сюжетные мотивы.

Один из них - наступление цивилизации на нетронутую природу, которая мстит людям за свою медленную гибель. Бог нефти требует человеческих жертвоприношений: и в габонских джунглях гибнут геологи - первые нефтеразведчики, не считающие нужным отдавать дань уважения смешным для «цивилизованного» человека африканским духам места, и в тундре гибнут люди, за тысячи километров от экватора. Наступление техники, охота за «черной кровью» меняет традиционный уклад жизни коренных народов и грозит им исчезновением, будь то ненцы или габон (одно из племен той далекой жаркой страны), чье мировоззрение и представление о себе как о народе специфически и неразрывно связано с природой, ее жизнью, законами. В тундре люди пьют и травятся поддельной водкой, которую им специально доставили, чтобы убить. Гибнут от пуль. Кто-то тайком обстреливает вертолеты и автомобили. Зачем? Вот это действительно вопрос для руководства российской нефтяной компании, руководимой из-за рубежа, и точно такой же вопрос решают в Габоне: почему произошел взрыв и, если это не случайность, то кому он выгоден? Тело главного подозреваемого так и не нашли, а он что-то разбрасывал вблизи места взрыва, кажется, невинные тыквенные семечки - ритуальное «кормление» духов, но так ли это?

Детективные мотивы так схожи в творчестве двух писателей потому, что за добычей нефти и там и тут стоит частный заграничный капитал, а ему любые средства хороши, лишь бы больше урвать. Здесь не место тому созидательному пафосу, которым, к примеру, пронизана известная песня Высоцкого про черное «золото» (имеется в виду добыча угля, но в данном случае эта деталь непринципиальна). Габон получает гроши от добычи нефти иностранными компаниями, которые практически сохранили здесь свои позиции после провозглашения страной независимости. Богатство России прирастает Сибирью, богатство Европы - Африкой и Россией. Природные сокровища не приносят должной прибыли их подлинным хозяевам. Общее между огромной Россией и маленьким Габоном в том, что их нефть попросту разворовывают, причем одинаковыми средствами. Террор, диверсия, устранение конкурента, махинации с ценными бумагами - это тоже способы добычи нефти, где бы она ни велась. И в ненецкой тундре, и в Габоне за ней возникает жуткий образ-символ Молоха (вспомним и купринский рассказ), который пожирает все - и тела людей, и их души.

Есть еще один похожий момент в обоих романах - «греческий след». Может, это случайно, а может, нет, ведь Греция - мифологическая страна. Бессора дала греческие имена главным героям: Язон (повар, обвиняемый во взрыве) и Медея (геолог-профессионал). Они влюблены и в конце концов находят друг друга, несмотря на ту войну, что развернулась между высокопоставленными добытчиками нефти. Эта любовная линия обостряет действие «Петролеума». Один из главных героев Старостенко - полугрек, полуненец Харлампиди (в романе у него прозвище Грек), защищающий своих рабочих, но бессильный что-либо изменить в политике нефтяной компании после смены руководства, распутавший мотивы нескольких убийств, совершенных в тундре во имя нефтяного Молоха (кстати, и Медея в «Петролеуме» ведет самостоятельное расследование причин взрыва, ведь верхи нефтяных компаний утвердят ту истину, которая им выгодна). Только любовная интрига в романе Геннадия Старостенко менее выражена, что, в общем-то, не столь уж важно. И еще: оба писателя стремятся показать разные этажи иерархической лестницы в нефтедобывающих компаниях, от высшего до самого низшего, от директора до рядового рабочего. Что Габон, что Россия - нравы весьма похожи. Бог нефти не ведает национальных различий.