Мама двойняшек, Марина Юрьевна Дворжецкая, считает главным в воспитании своих детей помощь большой и дружной семьи - бабушек, дедушки, тети. Причем помощь нужна не только физическая, хотя ухаживать за двоими, деля внимание поровну, трудно. Важнее, пожалуй, моральная: дети должны быть уверены, что их любят, всегда поддержат, поймут, бросятся на помощь.

Сейчас Владислав и Юрий Дворжецкие - студенты 4-го курса Омского государственного университета. Двойняшки учатся на разных факультетах. Владислав выбрал химию, Юрий - математику. Определились еще класса с пятого. Учились они в школе №139, где, кроме всего прочего, развивают в детях умение думать. Марина Юрьевна говорит, что им повезло и с воспитателями в детском саду, и с учителями в школе. Педагоги очень старались не испортить что-либо в микроколлективе братьев. Спрашивали, можно ли посадить их за разные парты, дабы мальчики лучше освоились в коллективе. Давали им сочинения на разные темы, иначе творения получались практически одинаковыми. Зато исследовательские работы поручали на двоих. Эльвира Анатольевна Мишина, учитель французского, например, считала, что исследования в тандеме у Дворжецких получаются удачнее - один генерирует идеи, другой доводит их до конца.

И конечно, много времени мальчики проводили с мамой. Не столько дома, сколько на работе - на математическом факультете университета. Матфак традиционно много занимается с детьми, развивая их таланты. С тех пор как парни серьезно увлеклись интеллектуальными олимпиадами разного уровня - от городского до российского, стало не до развлечений. Марина Юрьевна говорит, что успехи друг друга они всегда принимают с радостью - как свои. При этом присутствует здоровое соперничество. Парни разные по характеру: Юрий спокойный, невозмутимый, Владислав более эмоциональный. Он, кстати, старше брата на минуту, но это никак не отражается на отношениях двойняшек. Явного лидера среди них нет, да они к этому и не стремятся. То есть не стремятся победить друг друга, зато хотят доказать, что хороши не только своей невероятной похожестью.

Никаких особенных секретов воспитания Марина Юрьевна мне не раскрыла. Разве только то, что надо очень любить детей и жить их жизнью. Ни в коем случае не противопоставлять друг другу, понимать их. В детстве они гуляли с мамой, перегораживая тротуар, - если один брал ее за руку, другой тотчас же хватался за другую. Однажды, когда детям было года три, она впервые шлепнула одного из них по попе в порядке воспитания за какую-то шалость. «Зачем ты это сделала? - искренне удивился Владик. - Мне же больно». - «Но ты же шалишь». - «А что, нельзя просто объяснить?»

Взрослые тоже учились у детей, на что способны, наверное, только искренне любящие люди. С тех пор детей никогда не наказывали, им просто объясняли, что они сделали не так. Даже маленький человечек понимает, если найти нужные слова, уверена Марина Юрьевна. Да и что это за наказание, когда наказываешь одного, а страдают оба? Мальчики плакали редко, но боль брата переживали чуть ли не сильнее, чем собственную. Когда дети стали ходить в детский сад, одного из них поставили в угол. Вечером воспитатель возмущенно рассказывал маме, что он постоял немного, потом вышел и стал играть с ребятами. Дворжецкая виновато объяснила, мол, он просто не знает, что это такое наказание, дома его никогда не ставят в угол.

Ребята быстро стали самостоятельными, учась, как уверяет Марина Юрьевна, больше друг у друга, чем у взрослых. Гулять во двор она отпускала их вдвоем без опаски, правда, глядя в окошко. Но обижать братьев Дворжецких никто не пытался - сплоченность их микроколлектива чувствовалась уже и в

5 лет. Они нечасто спорили, быстро научившись ладить друг с другом и, видимо, чувствуя настроение друг друга. Никогда друг на друга не жаловались, решая проблемы внутри своего «братства». А научившись общаться «среди себя», без труда ладили и с окружающими - парни очень коммуникабельные. Проблемы «замкнутости» друг на друге не возникало - вокруг них всегда было много любящих людей. Бабушки, дедушка, мама «передавали их из рук в руки». Одевали их одинаково, потому что обоим нравилось то, что у другого. Игрушки тоже приобретались в двойном размере. Но это до тех пор, пока мальчики не выросли и не захотели каждый свое. Впрочем, они по-прежнему советуются друг с другом и в вопросах моды. Марина Юрьевна уверяет: все, что семья сделала для «двойного» воспитания, - это научили читать в

4 года. Остальное - они сами. Энциклопедии - единственное, что в детстве у мальчиков было общим. Одинаковая одежда, одинаковые игрушки, но у каждого свои! Свои ящички для одежды и игрушек, свои кроватки. Сейчас они по-прежнему живут в одной комнате, но у каждого свой уголок - свой стол, свой компьютер, своя техника. Круги общения теперь тоже свои, но братья охотно «делятся» друг с другом компаниями.

- С одной стороны, им легко, потому что они чувствуют опору друг в друге, - говорит мама. - А с другой стороны, все время приходится доказывать, что каждый из них - самостоятельная личность, похожая на другую лишь внешне.

Ребята уже взрослые и отчетливо понимают, что когда-то придется расставаться - заводить собственные семьи. Это их не пугает - они не собираются уезжать далеко друг от друга. И от мамы, конечно. С тем же усердием, с которым когда-то нянчилась с ними она, братья стараются ухаживать за своей мамой. Ухаживать - именно по-мужски, по-джентльменски, потому что мама у них, несмотря на все трудности, по-прежнему молода и элегантна. А как же - каждый день ее внешность оценивают двое главных мужчин в жизни. Впрочем, до расставания далеко: пока у братьев в перспективе учеба в аспирантуре. Владик сейчас получает специальную стипендию, учрежденную в свое время меценатом Лицкевичем для студентов-химиков, Юра тоже круглый отличник.

Омск