Обидно, когда слышишь от чиновников, что так и положено. Мол, в одних школах учителя от нововведений выиграли, а в других проиграли. Это что за счет такой, как у карточных шулеров?

Я окончил с отличием физмат пединститута. Направление дали в одну из городских школ Пскова. Но я сам попросился в сельскую школу.

Тогда мне и в голову не могло прийти, что через 40 лет меня назначат проигравшим. К слову, в ту пору численность учеников в сельских школах переваливала за 30 человек в классе. Работать, конечно, было трудно, но интересно и, право, легче, чем сейчас. Сейчас я веду 10 часов в классе, где одна ученица, 6 часов в классе из трех учеников и 3 часа в классе из четверых.

Учителю работать в классе из одного ученика трудно. Во-первых, нет соревновательного стимула к учебе. Во-вторых, на каждом уроке я постоянно нахожусь в режиме обратной связи и потому должен быстро находить причины заклинивания ученика и столь же быстро принимать меры. Хорошо, что есть 40-летний опыт. Уверен: молодому учителю это не под силу. Работать приходится все 40 минут урока гораздо напряженнее, чем в годы учительской юности. Но труднее всего моральный фактор. За что же меня на старости лет причислили к проигравшим? За то, что жители всех сел, где я работал, никогда не замечали, чтобы в моих окнах свет гас раньше, чем в их собственных? За то, что не жалел собственного времени, занимаясь дополнительно с талантливыми или, наоборот, с бесталанными, натаскивая их на твердую тройку. За то, что вынужден был проявлять чудеса методической изобретательности, в коих нет нужды у городского учителя? А может, меня наказали за то, что я никак не могу перетянуть в мою школу детей из соседней, что в 15 километрах?

Так за что же все-таки меня причислили к учителям третьего сорта? За мои публикации во всесоюзном методическом журнале «Физика в школе»? За то, что всегда держал высоко планку трудности решаемых задач и никогда не верил в чудеса типа «Математику - за 10 часов». Хотя в середине 70-х в делегации псковских учителей ездил в Донецк к Шаталову!

А может, я попал в проигравшие за разработку нескольких оригинальных опытов по физике, за второе место в областном конкурсе «Учитель года-93»? Или за то, что задачи всех олимпиад старался не только решить сам, но и научить этому своих воспитанников?

А теперь самый главный вопрос. Готова ли сегодня наша образовательная система к открытому и честному конкурсу на совсем не вакантное место лучше оплачиваемого учителя? А ведь об этом надо было думать еще при разработке этой самой НСОТ. Ведь иной учитель просто махнет рукой и уйдет, допустим, в бизнес (кто помоложе), другой - на пенсию, а вот третий захочет непременно доказать, что он ничем не хуже того, кто «выиграл» в карточной игре наших крупных и мелких начальников. А ему скажут сегодня (и завтра, и послезавтра): «Место занято» (и не беда, что претендент и вправду лучше того, кто «выиграл», кто набрал чисто случайно «двадцать одно»).

Боюсь, что обо всем этом совсем не думали разработчики этой самой НСОТ. К чести нашей газеты, стоит сказать, что появляются в ней публикации о НСОТ не только типа «Одобрям-с» (скажем, «Лиха беда начало» В. Молодцовой). А вот прочие СМИ усиленно создают благостное настроение. Настолько благостное, что даже некоторые из моих нынешних односельчан все еще поздравляют нас с тремя повышениями зарплаты. А нас ведь ни одно повышение не коснулось.

Василий СКАЧКОВ, учитель физики, с. Успенское, Псковская область