Минувшей осенью в их области, и без того дотационной, обанкротилось ведущее промышленное предприятие, были уволены несколько тысяч его работников. И слово «кризис», которое кое-какие коллеги Ирины Леонидовны не так давно произносили с легкой иронией, следя за телеэкранными новостями - вот, мол, не умеют американцы и европейцы свою экономику вести, все чаще стало звучать в учительской... У трех преподавательниц мужья работали на том самом обанкротившемся предприятии - теперь их семьям приходилось выживать на учительские зарплаты. А перед Новым годом прошел слух, взволновавший всех: поскольку крупное предприятие-банкрот лишило областной бюджет обычного дохода, в школах будет проводиться сокращение учителей.

Директор, как могла, успокаивала паникеров: объясняла, что, по информации областного Департамента образования, до сокращения учителей дело не дойдет. Самое неприятное, что ждет коллектив, - в ближайшее время, увы, не будет повышения зарплат. Ввиду кризиса пока что не поможет значительно повысить зарплаты даже новая система оплаты педагогического труда, введенная в области.

Учителя отреагировали на эту новость по-разному. Пожилые, например, всю последнюю зарплату понесли в продуктовые магазины. Запаслись тушенкой, крупами и сахаром; преподавательница русского языка Анна Сергеевна даже для хранения круп матерчатые мешочки сшила. Молодых учителей в школе было двое. Виктор, физрук, добродушно подсмеивался над мешочками Анны Сергеевны - он жил с родителями, свою зарплату тратил на диски с музыкой и одежду. Однако разговоры о кризисе заставили Виктора отказаться от идеи жениться в этом году на любимой девушке. Анатолий, второй молодой преподаватель школы, выглядел по утрам в учительской наиболее мрачным: ему нужно было выплачивать кредит за автомашину. Словом, над каждым, как непроходящая туча, нависли свои проблемы, большинство которых усугубил в той или иной мере экономический кризис. Так грустно думала Ирина Леонидовна, сидя над тетрадками в учительской.

- Кри-ззи-сс... - проговорила, увлекшись своими мыслями, вслух директор школы. - Слово-то какое неприятное. Сплошные шипящие... то есть свистящие - да, Анна Сергеевна?

- Э, милые мои, разве ж это кризис? - улыбнулась Анна Сергеевна. - Вот я в детстве в блокадном Ленинграде жила - это был кризис! Так что с мешочками я уж так, по привычке, на всякий случай, не смейтесь над старухою... А ты, Анатолий, нос не вешай. Если призвание имеешь к учительскому труду, будешь у нас в школе работать, несмотря ни на что! А чтобы с кредитом своим расплатиться, найди подработку временную, вот и все! Что касается меня, так я на этот кризис ваш страшный глядя, уже заранее подумала о том, чем буду заниматься, если на пенсию придется выйти. Книгу напишу - сборник детективов, а главной героиней будет пожилая учительница! Давно мечтала сочинительством заняться, да за работой все недосуг было. Так что, уважаемые коллеги, кризис - он у нас в умах, а не за порогом. И не преувеличивают ли некоторые из вас его значение лично для себя? У наших страхов, как наблюдательно замечает русская поговорка, глаза велики...

Великий Новгород