- А ты откуда знаешь? Сам грешил, да? - попробовал отбиться Андрей.

Игорь был хорош собою, много ездил и, наверное, действительно знал, чем занимаются слушатели курсов аж в самой столице... Эх, Москва!.. Да от одних ее витрин голова кругом пойдет! А если рядом еще и холостые на целый месяц ухажеры - боже мой!.. Андрей даже зажмурился от жути всего, что представил. Чтобы его Галина - добрая, симпатичная, нежная - никому не понравилась?.. Не может быть такого!.. Что же делать?

И дома состоялась чуть ли не первая серьезная ссора с женой. Как будто какой-то черт взвинтил ревность Андрея до высшей точки, чего с ним никогда не бывало.

- Ах так! Не веришь мне, да? - повторяла Галина со слезами на глазах, собирая чемодан.

- Ну скажи, зачем тебе эти курсы? Ты и так на хорошем счету, премиями не обижена, а опыт - лучший учитель! - бросил он последний козырь.

- Как ты не понимаешь! Нина Степановна уходит на пенсию, а на ее место метит Антонина, та самая мымра! Если я эти курсы пройду, то спасу всех, ты понимаешь?!

- Не поедешь, и все тут! - Андрей стукнул кулаком по столу, заставив удивленно замереть Галину. - И вообще, - кто-то будто гнал его дальше, - в таком случае я сам уеду в дом отдыха!

Тут уже тот самый черт подхлестнул и Галину:

- Ну и катись куда хочешь! И гуляй с кем хочешь!

Кончилось тем, что жена поспешила к вечернему поезду. А через неделю Андрей, в отчаянии от собственной дурости, укатил в ведомственный дом отдыха в ста километрах от областного центра.

В подмосковном Переделкине, где в пустующем Доме творчества (по причине безденежья писателей) проходили курсы бухгалтеров, Галина вскоре почти заболела: она уже поняла, что и сама вела себя не лучше мужа, и боялась потерять его вовсе, особенно когда узнала из письма подруги, что тот в доме отдыха. Приближался Новый год, а курсы заканчивались только 6 января. Это ж надо было такое придумать! От всего этого голова болела еще больше. И потому ухажеров она не видела в упор, несмотря на их ухищрения.

Андрей же поначалу действительно отдыхал: и от работы, и от недавних домашних страстей. К тому же мягким своим характером он, как магнит, буквально притягивал к себе. И надо ж было такому случиться: на него положила глаз сама директриса, женщина неопределенного возраста, но модная и решительная.

Но ей не повезло, и не потому, что не хватило стратегического таланта, а потому, что Андрей уже через неделю так затосковал по своей Галине, что начал явно худеть, несмотря на щедрое и здоровое питание.

Хотя Новый год неумолимо приближался, а Галина и Андрей не обменялись ни одним письмом: оба выдерживали характер. И все-таки муж «дрогнул» первым.

Галина едва расслышала голос Андрея, но поняла два главных слова: «Новый год» и еще очень нужное: «дома». «Хорошо!» - крикнула в ответ, но в трубке уже пищало. Боже, что с ней творилось после этого - не описать, не высказать! Моментально родился план: сдать все, что надо, досрочно, доказать, что курс пройден на «пять». Осталось получить согласие...

Андрей же, поняв, что главное жена все-таки услышала, и едва не растаяв от одного ее родного, теплого голоса, стал считать дни и часы до отъезда из дома отдыха... И вот вечером под предлогом подготовки к празднику зашла к нему директриса, попросила послушать новую песню.

- Но Полина Григорьевна, я не музыкант!..

- Конечно, но зато человек образованный... - она кокетливо подсела к нему на диван.

Андрей потихоньку отодвинулся, но диван оказался слишком коротким для дальнейших маневров... Тогда он встал и негромко пояснил:

- Понимаете... вы не сердитесь... но я очень люблю свою жену... Через день я уезжаю, чтобы встретить Новый год дома!

Полина Григорьевна встала и весомо хлопнула дверью.

В каком-то непрерывном круговороте, хронически недосыпая, Галина выполнила-таки свой план: представила начальству все конспекты, ответила на все, даже самые каверзные вопросы и утром 31-го летела на автолайне в Москву к поезду.

...На вокзале выяснилось, что билетов нет. Галина от неожиданности чуть на пол не села. Какой-то тип мигом оказался рядом и предложил ей билет на поезд «Москва - Пекин».

- Беру! - отсчитав положенное, Галина рванулась на платформу и еле успела заскочить в последний вагон.

...А в доме отдыха того же

31-го наряжали елку, и, когда Андрей собирался уже на рейсовый автобус, к нему подскочила молоденькая библиотекарша, почти ангел, и попросила посмотреть, почему не зажигаются гирлянды. Естественно, энергетик Андрей не мог отказать.

- Ну это пустяки, наверное. Еще есть время до отъезда. Однако по случаю того же

А 31-го автолайн ушел в город раньше. А мороз брал за шиворот, заставлял плясать бог знает что и надеяться уже только на Бога...

Наконец появился грузовик и на отчаянные жесты Андрея остановился. Водитель приоткрыл дверь, понял с полуслова и крикнул:

- Пятьсот - и ни рубля меньше!

В закрытом кузове было чернее ночи, но теплее, чем на улице. По крайней мере, так показалось Андрею, когда он катался туда-сюда между какими-то мешками с чем-то колючим, оказавшимся на ощупь пельменями. Видимо, один из мешков порвался, и пельмени тоже швыряло туда-сюда. «С худой овцы хоть шерсти клок», - подумал Андрей, вспомнив о пустом холодильнике дома, и стал набивать пельменями широкие карманы пальто...

ндрей открыл квартиру и... замер. В ней гулял холод. Потрогал батареи: все ясно, где-то промерзли трубы. Но еще хуже - нет Галины. И все-таки какая-то сила бросила его снова на улицу, и он почти побежал в сторону станции - не чувствуя ни ног, ни мороза. А когда увидел вдалеке жену - думал, оборвется сердце: и от всего пережитого, и от близкого счастья...

Дома они сидели на старых полушубках и ели пельмени, сваренные в шампанском, оставшемся от последнего визита гостей. А между смехом и поцелуями клялись в новом году всегда доверять друг другу...