И вдруг папа совершенно буднично сказал мне: «Пойди, возьми с елки игрушку, какая тебе нравится».

Я задохнулась: это же не наша елка, завтра утром к ней дети придут! Но искус был слишком велик, да и папа был здесь хозяином, мне он почудился в тот миг не начальником, а волшебником, Дедом Морозом. Легко сказать: «Поди и возьми». Я подошла тихонько, уселась на корточки возле пышных колючих веток и стала жадно разглядывать немыслимые сокровища, мерцавшие в темноте: стеклянные бусы, расписные шары, картонных попугаев. Я любовалась, перебирала их пальцами, как какая-нибудь пиратка, завладевшая чужим кладом. Я выбрала две самые чудесные игрушки: стеклянную лесенку, перевитую бисерными нитками, и гроздь винограда, в которой каждая виноградинка была отдельной, полупрозрачной.

И тут же потащила папу

назад, домой, засунув игрушки за пазуху. Мне было жутковато: а вдруг отнимут? На домашней елке я их разместила подальше от взглядов, в глубь ветвей.

...И так все годы лесенка и гроздь винограда кочевали с нами из дома в дом, с елки на елку. И каждый раз, доставая их из ящика, я испытывала мучительный и постыдный восторг, как в ту ночь в темном зале.