Я мыслю музыкой

- Виктор Васильевич, а как вы пришли в свою «веселую» профессию?

- Совершенно неосознанно. Первые сочинения появились в семь лет, то есть тогда, когда я стал заниматься на рояле. Свою первую пьесу написал с ноты «си», поскольку думал, что это нота «до». Такая получилась странная песенка, и почему-то она называлась «Песенка о Ленинграде». А вообще, наверное, мамины подруги так внушили мне с детства, что я буду композитором, что другой профессии я просто не представлял. Чтобы не пропускать занятий в блокадном хоре девушек МПВО, мама приходила на репетиции со мной и укладывала в пеленках на рояль. Как повествует легенда хора, пока звучала музыка, я не плакал. Вот так и родился композитор Плешак, который как начал сочинять, так продолжает до сих пор. И горжусь этим, потому что выдержал 1990-е годы, когда моя профессия была никому не нужна. Притом что никто ничего не платил, я установил рекорд, который можно передавать в Книгу рекордов Гиннесса. Написал за 1994 год восемь мюзиклов! И все они были поставлены.

- Ваши сыновья Алексей и Сергей продолжили ваше профессиональное занятие. Вы рады этому? Их будущее вы видели таким?

- Я рад этому, но и тревожусь. Потому что время изменило многое. В советское время композиторство было очень престижным занятием. Дом творчества композиторов был в то время чем-то просто фантастическим. Композиторов всегда чествовали, уважали. А сейчас говорят: песни Пугачевой, песни Кобзона. То есть кого угодно, только не композитора. Поэтому сыновьям будет очень трудно, но это их выбор. Причем если младший - Леша - музыку сочиняет неосознанно с 5-6 лет, то Сергей, редчайший случай, начал сочинять музыку в 28 лет. Такого, по-моему, даже в истории музыки нет. Но главное, мы продолжаем одну и ту же линию, у нас одна эстетика, и, может быть, наступит когда-либо такой период, когда мы все вместе будем писать какие-то сочинения. Я на это надеюсь.

- Как вы относитесь к современной популярной музыке?

- Кто-то, не помню кто, заметил, что сегодня время дилетантов. Это верно. В музыке появилось много дилетантизма. Каждый сейчас технически может сделать аранжировку и записать песню сразу на диск. Мне кажется, сегодня невозможно написать популярную песню, потому что, как в советские времена, нужно, чтобы она звучала по десять раз в день из разных источников. А сегодня сотни радиостанций, десятки каналов телевидения. Как можно какую-то песню уловить? Да, когда у человека много денег, его песня звучит часто, но это дает временный эффект. Это отличается от популярности, которая была в те годы, когда песня действительно становилась народной.

- Ваша песня «Экипаж - одна семья» до сих пор популярна. А есть ли песни, посвященные представителям других профессий?

- Конечно. У меня в соавторстве с Олегом Сердобольским есть песня, посвященная журналистам. Вообще о ком только я не писал. Особенно в последнее время. Поскольку я работаю по заказам, то часто заказывают гимны. Причем разные организации. А в 1990- е я писал гимны и для совхозов. Я считаю, что если к этому подходить не формально, а писать хорошие слова и музыку, то это здорово. Возьмите, к примеру, Японию. Там каждая уважающая себя фирма имеет свой гимн.

- Правда ли, что сегодня можно сочинить музыкальное произведение на компьютере?

- Нет, это не так. Компьютер - это пишущая машинка. Он просто помогает ускорить процесс и сохранить его. Даже если человек обладает какой-то суперэлектронной системой, то сочиняет все равно он сам, а не система. Человек дает импульс, а машина развивает.

- Есть ли у вас песня с необычной историей рождения?

- Есть. Даже две. Первая это «Экипаж - одна семья», потому что сочинял я ее столько, сколько она звучит, то есть пять минут. Взял текст и сразу сочинил песню. Но такое бывает раз в жизни. А второй пример - пример долгостроя, когда я сочинял песню 30 лет. Никак не мог найти ключ. В одном из сборников у меня была «Женская песня» на стихи Григория Поженяна, ее я сочинил быстро, а вот «Девичью песню», что была в том же сборнике, сочинял 30 лет. Родилась она только к моему 60-летию.

- Ваша самая любимая песня.

- Все. В каждой из них частица моей души.

- Можно спрогнозировать популярность песни, мелодии?

- Нет, никогда. Для этого нужно стечение обстоятельств, сочетание музыки, текста, исполнителя. Это случайность. Как и рождение ребенка. Если бы все знали закон популярности, все бы писали одни хиты.

- У вас бывали встречи с учениками? Как вы считаете, достаточно ли музыки в школе?

- Нет, конечно. Музыки должно быть больше, но это должно быть государственной программой. Мы очень отстаем в этом отношении от других стран. За час в неделю дети просто не успевают понять, что такое музыка.

- А что для вас музыка?

- Я мыслю ею.

- Расскажите, пожалуйста, об истории создания песни «Неповторимый Петербург». Она стала символом города.

- Я уже заметил, что очень трудно создать популярную песню. С данной песней это частично получилось, потому что она совпала с трехсотлетним юбилеем города, и что самое интересное, как бы я ни пытался пропагандировать ее сверху через радио, телевидение, она завоевала популярность снизу. Ее начали исполнять сотни коллективов, и до сих пор она в репертуаре всех детских хоров. Это редкий пример того, как песня начинает подниматься сама, от исполнителя, причем самодеятельного. И она популярна, несмотря на то что ее не спела ни одна «звезда».

- Вы работаете во многих музыкальных жанрах. А какой из них любимый?

- Театральный жанр, жанр мюзикла. Самым удачным из мюзиклов считаю «Инкогнито из Петербурга», который был поставлен 14 лет назад и до сих пор не покидает сцены.

- Что вас подтолкнуло к написанию книги «Моя веселая профессия»?

- Я попал в серию «Байки в антракте» известного петербуржского журналиста Олега Сердобольского и начал писать. Оказалось, это настолько увлекательное занятие, что теперь я не убираю ручку и блокнот далеко, и каждая новая байка сразу же записывается. Не могу сказать, что испытываю творческие трудности, может, потому, что пишу не музыковедческие труды, а истории, произошедшие наяву. Они, как правило, веселые и целью своей имеют вызвать на лице читателя улыбку. В запасе еще двести новых историй, но пока о второй книге речи не идет.

- Виктор Васильевич, расскажите, пожалуйста, байку от Плешака.

- Великий маэстро Евгений Александрович Мравинский в 1950-е годы жил летом в уединенном уголке Ленинградской области. Там были лес и тишина.

Все закончилось, когда в этом живописном месте стали строить пионерские лагеря. Теперь утро дирижера начиналось с пионерского горна. Потом на всю мощь врубали репродуктор и гоняли музыку - всякую попсу тех времен. Евгений Александрович долго мучился. Наконец терпение его лопнуло, и он решил нанести визит начальнику ближайшего пионерского лагеря. Так, мол, и так, я дирижер Мравинский, живу тут с вами рядом и каждое утро прихожу в ужас от той музыки, которая транслируется. Как же можно давать в эфир такой кошмар, ведь это отупляет детей, портит их слух. Они не имеют ни малейшего представления об истинных музыкальных ценностях, о нашей великой классике. Начальник лагеря долго слушал его, а потом сказал: «Вы знаете, хоть вы и Мравинский, но музыку надо любить».

Санкт-Петербург

  • Виктор ПЛЕШАК