Учитель истории из Мордовии Николай Андреевич Кручинкин рассказывал, как рано утром они подняли останки трех солдат. Именно подняли из небытия. На одном из медальонов удалось прочесть: Павлов Георгий, 1913 года рождения.

Потом, после публикации в газете, они найдут родственников солдата. «Да это же наш Гриша!» - откликнутся две сестры из Сибири. Поисковики пошлют им фотографию поля, землю с него.

Поле Памяти. Здесь познакомились мы с фронтовиком Николаем Николаевичем Бакулиным, человеком удивительной судьбы. Летним погожим днем молодой боец лежал на этом поле под Вязьмой, прошитый вражеской пулей. Забытье-то и спасло ему жизнь. Живуч оказался бывший учитель математики. Три долгих года провел в плену в особом лагере для бывших командиров Советской Армии.

- Два приклада об меня сломали в плену, - с гордостью рассказывал ветеран. Бывший учитель, став газосварщиком, старался «запороть» как можно больше деталей. Зачем? Чтобы приблизить нашу победу, в которой он не сомневался. Откуда такая стойкость? Почему он не хотел жить любой ценой?

На этот вопрос я нашла ответ уже позже, когда стала завсегдатаем уютной квартиры Бакулиных в тихом московском микрорайоне Кунцево.

- На войне каждый узнает себя и познает другого без прикрас, - сказал мне в одной из бесед бывший фронтовик. - Здесь маскировка не может продолжаться долго. Хватит ли мужества не озлобиться, не потерять терпения, не предаться унынию? Отец меня учил, что в испытаниях духом падать не нужно, а, наоборот, с увеличением скорбей увеличивать энергию и бодрость.

Отца, бывшего священника, расстреляли в 37-м. Из рода Бакулиных Николай остался один-одинешенек на всем белом свете.

И жизнь его после Победы стала ежедневным увеличением энергии и бодрости. Преподавал в школе до 90 лет математику. Ни разу не пропустил по болезни ни одного урока. Свое 90-летие встретил на работе. Пришел к нам в редакцию с бутылкой коньяка: «Хочу выпить с друзьями!» Мы с фотокорреспондентом Михаилом Кузминским делали в свое время репортаж в «УГ» о человеке, действительно достойном Книги рекордов.

- Внуки мне на день 90-летия фейерверк под окнами устроили. Красиво было, - рассказывал ветеран. - Все. Ухожу на пенсию, домашние упросили. Сказали, мы хотим с тобой побольше видеться. Буду дачей заниматься, садом-огородом.

Мы еще раз успели съездить с ним 22 июня на Поле Памяти. И через год Николая Николаевича Бакулина не стало.

Когда я слышу цифру наших потерь в Великой Отечественной войне, то думаю, сколько вот таких особой крепости человеков мы недосчитались. Они могли стать надежными скрепами нашей жизни. Не стали.

Шумит ковыль-трава на Поле Памяти...