Капище змеиного бога

А вот какой случай приключился с одним шатурским краеведом, о котором он даже опубликовал заметку в газете: «Давно это было, лет пятьдесят назад. Бродил я по лесу и вышел к одинокой лесной сторожке, стоящей на суходоле. Подошел ближе и ужаснулся: у завалинки на песчаной насыпи сидел чумазый, довольно упитанный голый мальчишка лет двух, а вокруг него - десяток громадных черных змей. Они ползали по нему, обхватывали его тело, прикасались к его лицу своими страшными головами. Младенец играл с ними и весело улыбался. Когда оцепенение несколько прошло, я разглядел, что это не змеи, а ужи. Тут из-за угла вышла мать ребенка и, увидев мое недоумение, сказала: «Это наши домашние твари, мальчик любит играть с ними...»

Змей (в том числе и совершенно черных) в шатурских лесах много. Ни одна моя вылазка за грибами или ягодами не обходилась без встречи с ними. Однако бояться этих пресмыкающихся не стоит. В основном это ужи. Ведут они себя мирно, тихо, а нередко и...разумно. Как тут не вспомнить о трактовке топонима «Шатур». Чистый, зеленый, принаряженный в современные одежки городок Шатура возник лишь в 1919 году. Первоначально же Шатуром назывался небольшой приток Поли, на речке и возникло сельцо Шатур (ныне находится в соседнем Егорьевском районе), а от него - местность Шатур, Шатурская волость. В километре южнее села местные следопыты обнаружили вросший в землю огромный камень. Я побывал возле находки. Удивили размеры валуна и то, как он был «умело» (будто бы с определенной целью) обтесан с разных сторон. С определенной долей вероятности, утверждают шатурские краеведы, можно предположить, что в древности на месте сельца Шатур рядом с камнем было главное святилище змеиного бога Ура. Слово «шатур», по мнению известного в крае исследователя старины Виктора Казакова, состоит из двух основ: «шат» - холм, небольшая горка и «ур» - змеиный царь. Этому языческому богу, вероятно, и поклонялись древние жители болотно-змеиного края. Издревле мещеряки научились использовать себе во благо опасное (среди змей встречались не только ужи) соседство. Кстати, на глиняной посуде, найденной в этих местах, можно встретить изображения змей. Самым распространенным был орнамент из двух змеиных тел, которые образуют спиральный клубок...

Урочище Шушмор

...Лес расступился, и открылась светлая поляна. Радоваться бы, что вырвался из душной чащи на простор. Однако меня не покидало тревожное чувство. Всему виной были... березы. В здешних лесах их рощи обычно солнечные, праздничные, с игривыми переливами света и тени. Тут же деревья были какие-то причудливо искривленные, с безобразными наростами, от корня вверх чуть ли не в мой рост поросшие мхом, с веток свисали лохмотья коры. Стволы некоторых берез были не округлые, а почти квадратные. Поражал своими гигантскими «тропическими» размерами папоротник. Глушь, безлюдье, первозданная дикость вокруг. Недаром, наверное, село неподалеку от границы с Владимирской областью, к которому я направлялся по лесной дороге, назвали Пустошею («пустошь» - заброшенная земля, покинутое и разрушенное селение, заросшее растительностью). Народная молва поместила в этой местности таинственное урочище Шушмор (Умшор), где издревле происходили странные вещи.

Шушмор называют старейшей аномальной зоной Подмосковья: о ней сообщал еще П. Семенов-Тян-Шанский. По его данным, там находится мегалитический комплекс, представляющий собой древнее языческое капище. Местные жители рассказывали, что в лесной глуши меж поросших мхом столбов стоит гранитное полушарие диаметром около шести метров. В 1885 году вдруг начали бесследно исчезать рабочие, ремонтировавшие Коломенский тракт. Два года спустя в этих же местах пропал целый обоз из четырех телег, груженых железом, вместе с людьми. Полиция прочесала лес - безрезультатно. Исчезновения людей в этих местах продолжаются до сих пор. Грибники и ягодники, попав в эти места, случается, долго не могут найти обратную дорогу. На загадочное урочище обратил внимание известный исследователь «гиблых» мест и «мертвых» зон (ученые называют их геопатогенными), руководитель «Космопоиска» Вадим Чернобров: «Место это очень глухое и совершенно не исследованное. Конечно, слепо верить всем рассказам нельзя, но одна история, рассказанная одним из дачников, кажется мне достоверной. Они с сыном пошли за грибами и заблудились. И когда уже отчаялись самостоятельно выбраться из леса, отец увидел странного лохматого старика, очень худого и необыкновенно юркого. Как говорил этот мужчина, и ему, и сыну почему-то очень хотелось его догнать, но это им так и не удалось. Зато они вышли из леса недалеко от своей дачи. И как только это произошло, старик пропал».

Кстати, ученые обнаружили в Шатурском районе сильное «скручивание» линий напряженности магнитного поля, эпицентр которого приходится как раз на Пустошу. К таким вот точкам «силы», откуда вырывалась энергия земных недр, и были в старину привязаны святые и культовые места, где происходили различные чудеса.

Гляжу в озера черные...

...Нити тумана кружат над притихшим вечерним озером. Я сижу у костра, смотрю на его немую черную, будто покрытую лаком гладь, и меня не покидает мысль о том, что в озерной глубине спрятана разгадка всех водных чудес края. А их тут хватает с лихвой. Километрах в двадцати на север от Шатуры находится озеро Смердячье. Поражает идеально круглая форма водоема и сорокаметровая глубина. По мнению ученых, это метеоритный кратер, образовавшийся в здешних местах около 10 тысяч лет назад. От Смердячьего на юг как бы нанизанная на невидимую прямую нить протянулась цепочка удивительно похожих друг на друга, хотя и разных по размерам водоемов. Возможно, это след от падения крупного небесного тела, скажем, ядра кометы. Согласно легенде, на берегу Смердячьего когда-то стояла церковь, которая, как это нередко бывает в преданиях, вдруг взяла и провалилась в озеро. После этого вода в нем стала мутной и вонючей (смердячей). Рассказывают также, что в окрестностях озера «чудится», то есть людей посещают галлюцинации.

Совсем рядом с Шатурой - комплекс древних, соединяющихся между собой озер. Среди них есть небольшой водоемчик. В старину называли его по-разному: кто Горюн-водицей, кто Печаль-озером. Суеверные люди обходили это озерцо стороной. Рассказывали, будто бы озерная вода сама собой закипала в котелке, а деревянные предметы в ней не плавали, а тонули. Никакой живности в том озере не водилось. Обитали там лишь русалки. Случалось, что чаровницы заманивали в свои подводные чертоги одиноких путников. На восток от райцентра возле озер Карасево, Долгое, Великое есть загадочное место, которое когда-то называли Воруй-городком. Здесь, по преданию, легендарный разбойничий атаман Кудеяр когда-то прятал свои сокровища. Кладоискатели, проникая в эти места, часто сбиваются с пути, в беспамятстве бродя по берегам трех озер.

В самом названии Мещерского края некоторые исследователи усматривают «водное» происхождения. Считается, что местность стала именоваться по названию финно-угорского племени, некогда проживавшего по берегам местных озер. Возможно, как у большинства народов, слово «мещера» переводилось просто как «человек». Основываясь же на том, что частица «ра» входит в состав многих гидронимов (например, Пахра, Истра, Пра, Ра - очень древнее название Волги), можно даже предположить: «мещера» это - «люди воды». По рекам и озерным комплексам с заболоченными берегами древние жители Мещерского (Шатурского) края передвигались на лодках-долбленках, которые здесь называют «черными» (сердцевину дерева выжигали). Удивительно, однако до сих пор местные рыбаки пользуются этими примитивными, однако надежными плавательными средствами. Несколько «черных» лодок мне удалось сфотографировать на юге района возле моста через реку Ялму. Между прочим, в этих лодках «люди воды» отправляли в последний путь умерших. Долбленку с телом поджигали и стаскивали в озеро. Когда дно прогорало, пылающее суденышко, озаряя сполохами темные берега, погружалось в торфяную пучину. Соседние племена считали «людей воды» волхвами и колдунами, заклинателями озерной стихии, которые знали все ее тайны и умели общаться с водными духами. Возможно, в среде «людей воды» зародились многие чудесные истории, которые и поныне бытуют по берегам шатурских озер. В их черных бездонных глазах чарующие отблески древних тайн...

Нет дыма без огня, а торфа без дыма

...Нередко в поисках грибных и ягодных мест я забирался в дебри шатурских торфяников. Тут среди отработанных полей-«карт», канав, «исполосованных» поваленными белыми березками, карьеров, заполненных торфяной жижей, мшистых топей, зарослей крапивы в человеческий рост, целых рощ из мертвых деревьев с прогнившей сердцевиной, стволы которых «держала» лишь сухая кора, меня не покидало тоскливое чувство острой отрешенности от всего земного живого мира. Ржавые обрезки труб, мотки проволоки, разорванные гусеницы, перевернутые вагоны на валах-«бровках», торчащие из густой травы кабины тракторов, полузасыпанные железнодорожные узкоколейки, которые никуда не вели, - этот сталкеровский пейзаж угнетал, усиливал тревогу и ощущение безжизненности этих заброшенных, одичалых (после присутствия человека!) просторов. Часто по пути я обходил огромные кучи черных покрученных коряг. И хотя под иным гнилым стволом мог приютиться подберезовик, старался побыстрее удалиться от этого жуткого скопища мертвых древесных остатков. Переплетения корней, замысловато изогнутые ветки были удивительно похожи на клубки змей, и мне все время казалось, что из кучи вдруг выползет какая-нибудь тварь. Однажды мой сосед Витя Нестеров, вернувшись после очередного обхода своих торфяных грибных владений, достал из корзины какой-то странный предмет: «Смотри, чем не крокодильчик?». Гладкий, продолговатый, заостренный с одного конца камень действительно был похож на голову маленького крокодильчика. Не сомневаюсь, что в древности местные болота и лесные чащи (залежи торфа представляют собой прежде всего скопление растительных остатков и продуктов их разложения) населяли монстры и пострашнее.

В сухое лето на старые заброшенные торфяники лучше не соваться. Торфяные пустоши окутаны едкой дымной мглой. На каждом шагу встречаются следы пожарищ. Огня, правда, не видно. В чем дело? Однажды в дыму, скрывшем дали и направления, я брел по бывшей узкоколейке. Вдруг сзади раздался треск, потом сразу же послышались шорохи, шипение. Я оглянулся и увидел, как столб пламени вырвался из-под земли и охватил одинокую березку на обочине. Через несколько шагов пламенный язык взметнулся впереди меня. Местные пожары опасны тем, что торф горит глубоко под землей. Лишь по дымным шлейфам на поверхности можно определить огненные очаги. Рассказывали, что в этих адских провалах исчезала не только техника и пожарные команды, но и целые торфяные селения, случалось, уходили под землю...

Шатура, Московская область