- Владимир Глебович, может, эта победа белорусов - всего лишь случайность?

- Нет, они победили с огромным преимуществом. Увы, нынешние чемпионы России - студенты пятого и шестого курсов, по меркам этих соревнований «старички». А школьные олимпиады показывают, что будет, условно говоря, «завтра» - на студенческих олимпиадах и «послезавтра» - на рынке разработок программного обеспечения вообще.

Все более очевиден тот факт, что для интенсивного развития области информационных технологий у нас не хватает людей. Мировая статистика показывает, что на работу в ИТ-индустрии способны лишь около 3 процента населения. Например, в США здесь заняты примерно 10 миллионов из 300, а в Великобритании - 1,7 миллиона из 55. Развивать сферу информационных технологий, догоняя развитые страны, мы можем в основном за счет студентов и школьников, поскольку переучивать, например, на программиста даже молодого тридцатилетнего человека - неэффективно.

Для Санкт-Петербурга реально повысить процент «годных» для работы в ИТ-индустрии до 10 процентов. А теперь посмотрим, что происходит с нашим населением. В 1987 году, в разгар перестройки, в Ленинграде было 74 тысячи рождений. Потом рождаемость стала падать, и самым «плохим» стал последефолтовский 1999 год, когда родились всего 29 тысяч детей. Потом начался некоторый подъем, и в последние годы в Петербурге было примерно до 32 тысяч рождений.

В этом году вузы будут принимать тех петербургских ребят, которых в 1991 году родилось 47 тысяч. Из них можно подготовить от 1500 до 5000 работников для ИТ-индустрии. Напомню, что только для разработки программного обеспечения в Санкт-Петербурге сейчас необходимо ежегодно готовить порядка 2000 новых программистов. Но программисты - это довольно малая часть (меньше 10 процентов) от всех работников сферы информационных технологий.

Хочу также заметить, что в последние 10-15 лет наиболее способные абитуриенты стремятся поступать на компьютерные факультеты, что привело к нехватке перспективных учащихся на традиционных инженерных специальностях. То есть в ИТ уходят наиболее ценные кадры, и для развития других высокотехнологичных направлений у нас в городе просто не хватит нужных людей.

В общем, положение сложное. Я подсчитал примерно: выпускников школ в 2007 году было 36 тысяч, а потом, до 2010 года, пойдет по убывающей: 28 тысяч, 23 тысячи, 19 тысяч. Правда, здесь не учтены дети, которые переехали и еще переедут с родителями в Санкт-Петербург из других городов, но это добавит нам всего несколько процентов.

В общем, примерно как в случае с армией: сколько бы военкоматы ни жаловались, что у них по плану нужно призвать столько-то человек, просто нереально собрать такое количество здоровых парней нужного года рождения, «неурожайные» годы пошли!

Кстати, девушки ведь тоже входят в эти 3-10 процентов способных. Но на практике они свои способности не реализуют, наша агитация до них почему-то не доходит. Мы перспективным школьницам, дипломантам интернет-олимпиад по информатике и математике, уже персонально информацию рассылаем: что мы на них рассчитываем, что во всем мире девушки прекрасно работают в ИТ, зарплата хорошая, работа в мужском коллективе... А они по-прежнему идут в бухгалтеры, экономисты, которые городу уже давно не нужны. У меня на факультете информационных технологий и программирования из 1100 студентов только 120 девушек, и есть учебные группы, в которых их вообще нет.

- Университет ИТМО уже второй год проводит интернет-олимпиаду по математике и информатике, чтобы выявить всех способных в сфере ИКТ. Выявляете?

- Цель этих олимпиад - выявить, «сагитировать» и «поставить под ружье» всех способных работать в ИТ-индустрии школьников, не упустив буквально ни одного человека. Петербург этой олимпиадой уже охвачен, нужно выявлять ребят в масштабе России. Но у нас возникли сложности с российскими школами. Часто школа вроде бы и имеет выход в Интернет, но к Сети подключен только один компьютер - директорский. И потому не удается организовать массовое участие детей в интернет-олимпиадах. Необходимо связывать компьютеры в школе в сеть, как это делается в крупных городах. Но тогда нужно нанимать администратора сети, что в маленьких городах трудно.

Однако вообще интерес к интернет-олимпиадам растет: в прошлом году в Петербурге участвовали 2750 школьников 10-х и 11-х классов из 240 школ, в этом - 3350 из 335 школ. То есть мы выходим на охват необходимых нам 10 процентов петербургских школьников.

- И все равно мало?

- Знаете, это общая тенденция - людей не хватает везде, не только в программировании. Я недавно говорил с человеком из Федерального агентства по физической культуре и спорту и восхищался тем, что мы на Олимпиаде третье место заняли. Обычно у нас принято переживать: почему не первое, почему США и Китай нас обогнали!.. Да это подвиг, что мы вошли в тройку сильнейших: в Китае народу - масса, мотивированность населения на продвижение вперед и настрой на напряженную работу огромны, в Штатах население 300 миллионов, более чем в 2 раза больше, чем у нас, там благоприятнее климатические условия, инфраструктура на порядок лучше разработана.

Я был потрясен: как наши тренеры умудряются находить эти спортивные таланты? Мне объяснили: у нас берут на заметку всех многообещающих детей буквально с пяти лет. Если ребенок из проблемной семьи, его, пятилетнего, берут в спорт, погружают в систему, которая просто по природе своей не дает отвлекаться на курение, наркотики, выпивку, и сама среда мотивирует работать и достигать высоких результатов. Но мы-то не можем набирать в программисты с пяти лет, тут способных можно подыскивать, самое раннее, с 5-го класса, а характер к этому времени уже сформирован.

- Разве в программировании главное не качество кадров, а количество?

- Людей стало не просто меньше, люди стали еще и немного другие: уменьшается число кандидатов на рабочее место - значит, снижается конкуренция, и все приходят в довольно расслабленное, неработоспособное состояние. Правда, это тоже общемировое социальное явление: у молодежи нет желания достичь успеха через труд. Масс-медиа, шоу-бизнес создают ощущение того, что можно, потренировавшись пару-тройку месяцев на очередной фабрике звезд, получить без особых усилий всего много и сразу.

Я сужу просто по сменяющимся поколениям студентов в нашем вузе. Ребята, которые побеждали в чемпионатах мира по программированию 5-8 лет назад, отправляясь на финал с 10 долларами в кармане, часто, когда приходили тренироваться, не могли себе позволить поесть в буфете университета - было дорого, и они приносили еду из дома. Сейчас они стали начальниками в ведущих ИТ-компаниях, покупают квартиры, ездят на джипах - словом, живут хорошо, но они к этому пробивались в очень тяжелых условиях. Сейчас им по 28-30 лет, и когда они набирают 20-летних сотрудников в свои фирмы, приходят в некоторую оторопь.

- Что, у новеньких мозги хуже работают?

- Нет, не хуже. Но у них меньше ответственности, обязательности, гораздо ниже работоспособность. Эти тридцатилетние так и спрашивают: из кого нам подчиненных набирать? Правда, у петербургских компаний уже принято открывать филиалы в других российских городах - в Перми, Ярославле, Воронеже и даже в городах других стран - Харькове, Херсоне.

Как ни странно, горячего желания переехать в Петербург у ребят из провинции не наблюдается. Года четыре назад мы думали: кинем клич - и все провинциальные таланты к нам хлынут. Тогда в компьютерных журналах еще шум поднялся - «обескровим провинцию», «никого там не останется»... Ну да, так ты ее и обескровишь. Говорим, к примеру, парню из Перми, Казани или Ижевска: «Приезжай, магистратура бесплатно, заработок хороший». А он отвечает: «Мне и у себя дома хорошо - все спокойно, тихо, денег получаю в два раза меньше, но мне хватает. Я у себя в городе куплю машину и буду на ней ездить, а у вас, в Питере, машину покупать бессмысленно, никуда с вашими пробками дальше собственного двора на ней не уедешь».

- Получается, для отечественной ИТ-индустрии нужно привлекать белорусов - так же, как в нашу футбольную сборную закупают бразильцев?

- Мне кажется, сейчас любая страна представляет собой интерес для нас в зависимости от того, есть ли там перспективные в сфере ИКТ люди. Например, Прибалтика с этой точки зрения для нас не очень интересна - там весь активный русскоязычный народ интенсивно уезжает в Европу на заработки.

- А Белоруссия нас, значит, интересует?

- Там, возможно, меньше отвлекающих моментов: люди живут не так хорошо, больше мотивации пробиться... Вспомните, как в России начиналось: область ИТ очень сильно вырвалась вперед по сравнению с другими отраслями именно в трудные 90-е годы - она не требовала больших вложений, дорогостоящего оборудования, нужны были только толковые головы. Раскрутился Интернет, начался компьютерный бум, лучшие дети пошли на компьютерные факультеты, сфера очень бурно развивалась.

- И доразвивалась до того, что теперь на дальнейшее развитие нет людей.

- Недавно к нам в университет пришел один товарищ. Хочу, говорит, организовать передовую компанию, нужны ребята, которые сделают новое программное обеспечение для телефонов. Деньги есть, согласен программистам высокого уровня платить не меньше 4000 долларов в месяц. Но единственная возможность набрать таких программистов в нашем городе сейчас - это переманить их из какой-нибудь компании мирового класса. Если бы несколько лет назад мне сказали, что российская маленькая компания будет забирать ценные кадры из крупных западных корпораций, я бы ни за что не поверил.

- Переманил?

- Да там такое поднялось! До США, до Силиконовой долины дошло: переманивают! Ну, кажется, двоих американцы все же удержали.

- Владимир Глебович, не кажется ли вам забавным, что мозырьская команда - выходцы клуба под названием «Юный пожарный»?

- Вот-вот, это меня просто добило. В Мозыре - 100 тысяч населения. Ребята в том кружке, как я выяснил, далеко не из самых богатых семей. Средства, которые вкладываются в юных программистов в Белоруссии, по крайней мере раз в десять меньше тех, которые мы имеем в Москве и Петербурге... Я сказал белорусам: парни, вы нас «сделали», мы снимаем перед вами шляпу. И это здорово! Может быть, заставите наших ребят взбодриться и начать работать!