Рад, что в нашем комитете собрались профессионалы

- Григорий Артемович, каковы первые впечатления от работы в парламенте?

- Мы уже провели два заседания нашего комитета. Первое было чисто организационным, мы знакомились с теми депутатами, которые выбрали его для своей работы в Думе, на втором я представлял своих заместителей. Первым заместителем стал Юрий Сергеевич Карабасов, многие годы проработавший ректором Московского института стали и сплавов, заместителями - известная фигуристка Ирина Константиновна Роднина, Олег Николаевич Смолин, работавший в нескольких прежних составах Думы, Гаджимет Керимович Сафаралиев, который в третьем составе Думы возглавлял подкомитет по науке, Виктор Евграфович Шудегов, пока еще возглавляющий до конца января профильный комитет в Совете Федерации. На втором заседании мы уже обсуждали план работы на первое полугодие, так как в повестке дня работы Думы запланировано рассмотрение нескольких наших законопроектов. Один из них - о внесении поправок в законы «Об образовании» и «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» в части приведения их в соответствие с Трудовым кодексом РФ. Речь идет об ограничении на педагогическую деятельность и о сроках заключения трудовых договоров с научно-педагогическими работниками. Этот законопроект был разработан еще в 2006 году. Не знаю, как там было раньше, но на двух заседаниях члены комитета, которые представляют разные партии, за проекты решений голосовали единогласно. То есть я понял, что люди искренне радеют за интересы образования.

- В вашем комитете - представители всех партий. Когда-то в отраслевом комитете в бывшем Верховном Совете СССР его председатель Шорин говорил так: «У нас одна политика - политика образования. Все партийные дела мы оставляем за порогом». Вы будете действовать по тому же принципу? И как вы собираетесь достигать компромисса в таком разнопартийном комитете? Ведь у каждой партии свои взгляды на отечественное образование.

- Надеюсь, что так будет и у нас. Что касается моей позиции, то если я согласился возглавить такой комитет и партия поддержала мою кандидатуру, наивно полагать, что я не буду отстаивать интересы образования в том ракурсе, в каком убежден. Конечно, я буду стараться делать все, чтобы и программа модернизации, и приоритетный нацпроект «Образование» продолжали действовать. Я хочу сделать так, чтобы все услышали и поняли: нельзя повышать качество образования, привлекательность и конкурентоспособность специалиста с профессиональным образованием, не повышая статус учителя и преподавателя. Это должно стать таким условием, без которого нельзя принимать никакие законы. Я думаю, что при этом интересы представителей всех партий, работающих в нашем комитете, совпадут. Ведь среди них нет ни одного человека, который бы не хотел, чтобы наша система образования работала лучше и в лучших условиях. Рад, что нашем комитете собрались профессионалы.

- Григорий Артемович, скажите, а как вы чувствуете себя на новом месте? Не беспокоит вас, что вроде бы на первый взгляд масштаб тут менее значительный, нежели в Рособразовании?

- Если кто-то считает, что в Думе работать легче, чем в Федеральном агентстве, что руководство комитетом почти курорт, то он сильно ошибается. В Рособразовании была конкретная работа с экономикой, финансами, защитой социальных гарантий работников образования, то есть главным было исполнение на практике задач государственной политики. В Госдуме на наши плечи ложится ответственность за судьбу всей системы образования на законодательном уровне. Это, на мой взгляд, тоже ответственно. Вот, скажем, тот же самый законопроект о приведении образовательных законов в соответствие с Трудовым кодексом РФ: вроде бы на первый взгляд все ясно, но ведь и там есть подводные камни, которые нужно увидеть и оценить. Есть еще один законопроект - о студенческом самоуправлении. На втором заседании комитета один из его авторов представил нам этот законопроект, но депутаты были единодушны в своем мнении, что документ нуждается в доработке. Суть в том, что авторы законопроекта предлагают внести поправки в несколько статей Закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», но в одной статье студенческий совет предложено сделать таким же органом управления вузом, как совет вуза или попечительский совет, а в другой студсовет приравнен к общественным организациям. То есть некоторые положения нужно прописать более точно. С одной стороны, такой закон нужен, я тоже за то, чтобы его поддержать, но, с другой стороны, юристы и правовики говорят, что в уже существующих законах достаточно норм, чтобы студенческое самоуправление могло работать нормально. Так что тут работа не проще, чем в Рособразовании.

- Вам не жаль, что в нынешней Думе образование и наука разведены по разным комитетам?

- Наверное, все же правильно, что сегодня, когда придается такое большое значение развитию науки и высоких технологий, в новой Думе этим будет заниматься отдельный профильный комитет. Недавно на заседании Правительство России обсудило направления развития нанотехнологий. Всем понятно, что нужен существенный прорыв в развитии высоких технологий, в научных исследованиях, не случайно государство выделило для этого большой объем финансирования. Думаю, коллеги-депутаты тоже проявят особое внимание к этому важному направлению.

- Не означает ли разделение науки и образования на два комитета, что нужно ждать разделения Министерства образования и науки?

- Не факт, что эти разделения могут быть связаны. Мы знаем, что раньше было два ведомства по образованию и науке, а в это время в Государственной Думе был один общий комитет. Одно время был еще даже Комитет по науке, образованию и культуре. Да и в Правительстве РФ сначала при разных ведомствах был один департамент, потом министерство объединили, а департаменты создали разные. Так что никаких совпадений я тут не усматриваю.

- А как вы будете работать с Комитетом по науке, ведь некоторые законы неизбежно будут связаны и с образованием, и с наукой?

- Мы обязательно будем сотрудничать, причем не только с этим комитетом, но и с другими - по социальной политике, по культуре, по делам женщин, детей и семьи. У нас сейчас уже есть в плане 5-6 законопроектов, по которым наш комитет выступает соисполнителем, по которым мы будем создавать с другими комитетами рабочие группы подобно тем межведомственным, которые создают разные министерства.

- С точки зрения практика вы сейчас сможете влиять на принятие того или иного закона? Или, подчиняясь политике партии, будете безропотно голосовать за них?

- Конечно, буду стараться влиять на законотворческую деятельность, и прежде всего через фракцию «Единая Россия», ведь в нынешней Думе это самая большая и самая влиятельная фракция. У фракции всегда есть своя позиция по тому или иному закону, но моя задача в тех случаях, когда комитет будет поддерживать или не поддерживать тот или иной законопроект, убеждать в правильности нашей позиции именно фракцию. Система выборов изменилась, и все прекрасно понимают, что своим избранием в Думу депутаты обязаны прежде всего своим партиям. Авторитет многих депутатов был в регионах ниже, чем авторитет их победивших партий. Именно поэтому роль партии и партийной фракции сейчас очень важна, и поэтому проводить решения можно, только работая с фракцией.

- Когда вы возглавляли

Рособразование, чрезвычайно конструктивным было ваше сотрудничество с Профсоюзом работников образования и науки, хотя профсоюз часто бывает серьезным критиком тех или иных решений, принимаемых как законодательной, так и исполнительной властью. Вы намерены по-прежнему тесно сотрудничать с профсоюзом?

- Я считаю одной из основных своих задач в работе на посту руководителя комитета Госдумы прежде всего осуществление преемственности в деятельности отраслевого комитета. Например, в прошлой Думе комитет возглавлял Николай Иванович Булаев, и при нем он всегда конструктивно сотрудничал с профсоюзом, выстраивал необходимые отношения и с министерством, и с агентством, и с Советом Федерации, и с правительством. Я поддерживал профсоюз, работая и в Министерстве образования, и в Рособразовании. Нас связывали к тому же и личные дружеские отношения с прежним председателем профсоюза Владимиром Михайловичем Яковлевым, теперь - с Галиной Ивановной Меркуловой. Наши интересы очень часто сходились в подходах по разной проблематике образования. Депутаты, как я понимаю, первые защитники граждан, в отличие от более жесткой исполнительной власти. Значит, наш комитет с профсоюзом будет сотрудничать конструктивно и работать по-прежнему серьезно и ответственно.

- А как, на ваш взгляд, будут выстраиваться ваши отношения с министерством и, в частности, с Андреем Фурсенко?

- Я надеюсь, что у нас с Андреем Александровичем сохранятся те отношения, которые были до моего избрания в депутаты. Андрей Александрович поддержал мою кандидатуру для избрания в председатели профильного комитета, и это говорит о многом. Поддержка всегда основывается на взаимно принимаемых подходах к образованию. Конечно, когда я возглавлял Рособразование, бывали проблемы, мы не во всем соглашались друг с другом, случались разногласия по некоторым вопросам, но все же мы всегда находили какие-то взаимоприемлемые решения в интересах образования.

- Послушайте, у вас все так хорошо складывалось, зачем вы все бросили и ушли в депутаты? Вам этого самому хотелось или то была партийная инициатива?

- Скажу откровенно: то, что я не юрист, как не был им и Николай Иванович Булаев, конечно, создает определенные трудности, но то, что мы - практики, на мой взгляд, несомненный плюс. Хотел ли я быть депутатом? Перед избранием было много всяких слухов и инсинуаций о том, что я ухожу, так как надо-де трудоустроить Булаева, и мне приходилось неоднократно опровергать их в СМИ. Но если абстрагироваться от всего, то нужно признать: да, партия предложила мне стать депутатом, я не отказался и благодарен за оказанное доверие. Партия призвала в законодательную власть профессионалов, и это хорошо. Но в этой истории есть еще одна сторона. Я 10 лет отработал в исполнительной власти - в министерстве и в агентстве, отвечая за экономику, за финансы, за социальную и хозяйственную сферу. Десять лет - это очень много, у любого человека за такой срок глаз, что называется, замыливается. Когда сидишь на одном месте (а я что в министерстве, что в агентстве имел один и тот же функционал), то начинаешь привыкать и какие-то объективно появляющиеся проблемы уже не видишь. Если бы я дальше оставался в Рособразовании, то не смог бы успешно использовать свой потенциал. Раньше в работе с кадрами даже был такой термин - «перемещение по горизонтали», чтобы человек не засиживался, и я считаю, что это было правильно.

- Григорий Артемович, возглавляя Рособразование, вы имели большую власть, подкрепленную реальными бюджетными деньгами. В Думе у вас тоже немалая власть, но идеологическая, вы будете распределять деньги, но реальных финансовых рычагов у вас не будет. Статус другой. Раньше вы могли приказать, и подчиненные выполняли, сегодня вы будете многим заниматься лично, с другим уровнем ответственности. Разве не так?

- Конечно, так. Раньше у меня была большая ответственность перед государством, теперь у меня еще большая ответственность, но не только перед государством, но еще и перед избирателями, оказавшими мне доверие. Ко мне на прием уже записались десятки работников образования, которые придут и поставят передо мной конкретные проблемы - и профессиональные, и личные. Мне как депутату нужно будет их решать. Знаю, как такие проблемы решали депутаты прежних созывов, и в какой-то мере моя работа сложнее, чем в исполнительной власти, потому что напрямую я не могу дать человеку деньги, квартиру и буду контактировать с министерством, с ведомствами, с исполнительной властью. Я сознательно выбрал более сложную для себя работу. Надеюсь, она у меня получится.