Об этом мы беседуем с заслуженным деятелем науки, членом-корреспондентом РАО, доктором педагогических наук, профессором, зав. кафедрой управления педагогическими системами Волгоградского педагогического университета Владиславом Владиславовичем Сериковым.

Не так давно вместе с ректором вуза Валерием Ивановичем Данильчуком и первым проректором Николаем Константиновичем Сергеевым он получил премию Правительства России. Так высоко были оценены разработки волгоградских ученых в области личностно-ориентированного образования.

- Владислав Владиславович, как, по вашему мнению, должно среагировать на происходящие в обществе перемены педагогическое образование?

- До сих пор обучение у нас строилось по так называемой знаниевой модели, при которой критерий успеха - правильный ответ ученика у доски или на экзамене. Более современная, «компетентностная» модель образования, призвана не учить ребенка отвечать на заранее известные вопросы, а подготовить его к решению самых разных, порой неожиданных жизненных проблем.

Но, простите, будущих учителей все больше по старинке настраивают на работу по прежней схеме: «Я объяснил, ученик повторил». Передовые же педагогические вузы все-таки стремятся переориентировать учителя с «узкого» содержания урока на личность ученика. Речь об образовании в более широком и полном смысле, развивающем индивидуальность и духовность ребенка.

- То есть новая концепция стала требованием времени?

- Она и нова, и стара как мир. Мыслители, философы, деятели культуры обращались к ней еще с глубокой древности. Сократ, Коменский, Рабле, Песталоцци, Дистервег, Ушинский, Лев Толстой размышляли об этом. Но... В силу недостаточной изученности «механизмов» становления личности человека педагогика прошлого пыталась развивать нравственность теми же средствами, что и при запоминании нового материала. Отсюда даже сам термин «нравоучение», хотя теперь уже известно, что нравы так просто не выучиваются. Все сложнее.

...Вклад лауреатов вышеупомянутой премии в том, что они использовали в своей теории (и, как показал опыт, успешно!) новейшие достижения науки, прежде всего общей и педагогической психологии, социальной философии, теории образования и другое.

Семь ученых юга России получили эту награду правительства за создание и практическое применение модели личностно-развивающего образования как в школах, так и в вузах.

Откровенно говоря, в целом отечественная педагогика отстает в этом вопросе. Мое твердое убеждение: нужно как можно скорее переходить на программы нового типа и для детей, и для учителей, и для тех, кто готовит педагогов.

- В чем, на ваш взгляд, основное достоинство предлагаемых вами и вашими коллегами идей? Что они конкретно дадут рядовому учителю?

- На эту тему я могу говорить очень долго. Поэтому, не претендуя на всеохватность, остановлюсь на самом важном. В чем приоритет учителя? Не параграф учебника, а ум и душа ребенка. Исходный момент тут: изучение ситуации развития личности воспитанника (то есть из чего складывается мир ценностей ребенка, например, что и кто влияет на его отношение к учебе). Мы просим педагогов включать это профессионально новое действие в планы работы. И предлагаем методики, которые позволяют оперативно это сделать по ключевым вопросам. Их не так много.

Кроме того, мы четко определили позиции, по которым учитель может судить, насколько полезны в плане развития ребенка проведенные уроки или внеклассные мероприятия. Побуждает ли полученная ребенком информация к выбору им суждений или поступков? Активен ли он в оценке своих достижений или полагается на учителя? Какой смысл он в данный момент видит в учебе? Часто ли ребенок ставится в положение, когда он ответствен за других? Создана ли в классе творческая среда, где вместо предложенных тривиальных решений дети испытывают радость собственных открытий? Свободен ли ученик в принятии предлагаемых ему ценностей и востребован ли как личность?

Выполненное нами исследование позволило вплотную перейти к созданию нового содержания и технологий обучения. Человека нельзя образовывать только из кем-то созданного опыта, изложенного в кем-то написанных книгах, кем-то придуманных теориях, методах решения задач и т. п. Какую-то часть культуры ученик должен создать сам. Пусть крохотную, но сам! Это и есть его личностный опыт - следствие исканий, «самостроительства». Этот опыт мы можем «проектировать», поддерживать, отбирая то, что на каждом возрастном этапе скорее станет предметом переживания и осмысления складывающейся личности.

- Приведу один случай. Подросток, сын моих знакомых, наотрез отказывается учить физику и биологию, заявляя: «Мне они не нужны». Так, может, и правда, коль скоро мы отталкиваемся от личностных потребностей, не нужны?

- К сожалению, чаще всего школьник стоит перед необходимостью заучивать далекий от его реальных интересов «безличностный» материал. Тогда как психологи говорят, что по-настоящему усваивается и принимается, входит в духовный фонд личности лишь то, что связано с жизнью ученика, его проблемами.

Мы предлагаем педагогам поменять стратегии. Обращаясь к ребенку на уроке, учитель должен знать, какими проблемами он живет (для этого есть свои методические приемы), строить преподавание в диалоге. Потому что любой диалог - это поддержка, терпимость, право на индивидуальность. Авторитарные, монологические формы общения подавляют человека.

Подростковое бунтарство - это поступок. Нам же больше нравится, когда дети тихо сидят на классном часе. И одновременно мы хотим, чтобы они росли предприимчивыми, творческими. Поэтому надо постепенно отходить от привычных стереотипов. Не заставлять учиться, а привлекать к учебе. По-новому готовить педагогов. Как тут не вспомнить Ушинского, который сказал, что «только личность может воздействовать на личность, только характером можно воспитать характер».

- Наверное, начать придется с переобучения кадров высшей педагогической школы?

- Радует, что наш университет выиграл конкурс Минобразования на право создания центра подготовки и переподготовки преподавателей высшей педагогической школы Южного федерального округа и, возможно, Поволжья.

Он, видимо, станет еще одним звеном нашего учебно-научно-педагогического комплекса (УНПК). На этой федеральной экспериментальной площадке ведется непрерывное образование педагогов. Первая ступень - допрофессиональная — в мужском педагогическом лицее. Затем следующая — педагогический колледж. Далее возможно обучение в ускоренные сроки в вузе благодаря согласованным преемственным программам. И собственно в университете у нас обучение многоступенчатое - бакалавриат, магистратура, аспирантура, докторантура. Наконец, в нашей структуре и институт повышения квалификации педагогов.

- Какие отзывы о методиках личностно-ориентированного образования вы получаете от практиков?

- Целая плеяда волгоградских педагогических коллективов активно на них опирается, и это о многом говорит. Под патронажем только моей лаборатории находятся более 40 школ Волгограда. Там качественно меняется система работы и само мышление учителей.

В одной из таких школ, например, независимое психологическое обследование показало, что у ребят возрастают ответственность, волевой контроль за своим учебным трудом, избирательное, то есть заинтересованное, отношение к различным предметам.

У них вообще иное восприятие школы! Они сориентированы на личность учителя, проявляют большую тягу к живому контакту и взаимопониманию с педагогом, даже стремятся участвовать в планировании учебного процесса: «Не давайте нам завтра тесты, это слишком просто, дайте более трудное задание».

Такой азарт - это высшая оценка работы учителя. Недавно я был свидетелем одного примечательного эпизода. Учительница, видя, как дети напряженно работают, вышла из класса, а дети даже не заметили ее отсутствия, до того увлеченно «терзали» материал, разрабатывая новый вид текста. Так что урок русского языка продолжался на «автопилоте». Это высший пилотаж.

Сейчас мы активно разрабатываем проектный метод обучения. Ученики сами собирают информацию, проводят необходимые исследования, затем защищают проекты по политологии или, например, по физике, математике. Все это очень перспективные методы. Я уверен, что за ними будущее.

Волгоград