Как и любой крупный международный фестиваль, «Киношок» - организм необычайно сложный, и окунуться во все его течения и потоки не выйдет, как ни старайся. Ну не получится у вас при всем желании праздновать 215-летие кубанского казачества в Гостагаевской станице и в то же самое время смотреть программу новой белорусской анимации в одном из кинотеатров Анапы, ездить на творческие встречи с актерами, в театр на спектакли и при этом не пропустить ни одного сеанса всех многочисленных конкурсных программ. Да оно, наверное, и не нужно - «Киношок» многолик и никого внакладе не оставляет.

Шестнадцать лет назад, аккурат после кончины Советского Союза, «Киношок» появился на свет как клуб неравнодушных. Неравнодушных к тому, что будет с национальной культурой вообще и с кинематографом в частности после того, как каждая республика отправится в свое одиночное независимое и такое беспокойное плавание. Неравнодушных к общему прошлому и, бог даст, общему будущему. Скептики полагали это утопией - дважды в одну реку не войдешь и распавшиеся связи, потоптанные государственными границами, двумя фестивальными неделями не склеишь. Оказалось - склеишь. Шестнадцать лет на «Киношок» съезжается «старая гвардия» - однокашники по ВГИКу и друзья-соратники, когда-то делавшие вместе одно большое советское кино. Теперь все они граждане разных стран, но с высоты прожитого убеждены: выстоят объединившиеся. Приезжают их ученики - молодые актеры и режиссеры, выросшие и состоявшиеся уже в новое время, но и им, не лишенным дальновидности, ясно: варясь лишь в собственном соку, громкого слова в кино не скажешь.

К сожалению, практически ни одна картина, снятая в бывших советских республиках и принявшая участие в «Киношоке», не выйдет на большой российский экран. Исключения - грузинский фильм «Русский треугольник» появится в широком прокате в конце октября, а эстонскую ленту «Магнус» покажут в Москве на новом фестивале «Завтра» - лишь подтверждают правила. А жаль, потому что именно кино честнее и объективнее, чем любой телерепортаж в вечерних новостях, говорит о том, как сегодня живут те, кто еще так недавно был с нами одной страной. Впрочем, что уж так далеко ходить - и большинство российских лент вряд ли когда-нибудь дойдут до зрителя. Ни один телеканал не возьмет на себя смелость показать, к примеру, полуторачасовой документальный фильм «Мать» режиссеров Павла Костомарова и Антуана Каттина, победивший на «Киношоке» в самой, пожалуй, экспериментальной и экстремальной номинации «Кино без кинопленки». Никакой идеализации сегодняшнего дня, все предельно жестко и так, как оно есть на самом деле: умирающая деревня, женщина, которая в свои 45 выглядит на 60 с лишним, ее муж за кадром, потому что снова в тюрьме, и девять детей, понимающие лишь один язык, тот, которому не учат в школе. На этом языке их и воспитывают - и любят, и журят. Повседневность этой отдельно взятой семьи - то дно, ниже которого только мифическая преисподняя: ни просвета, ни надежды. А они живут, и, несмотря на полную антисанитарию сложившихся обстоятельств, в отношении этих людей друг к другу нежности и сострадания больше, чем во многих на первый взгляд более чем благополучных семьях. Смотреть эту работу очень стыдно. Стыдно не за происходящее на экране, а за себя, такого сытого и безбедного. Каждый кадр, как оживший, материализовавшийся в этой женщине и в этих детях, упрек. Упрек стране, погрязшей в бравурных лозунгах, внушающих нам, а мы и рады верить, что «жить стало лучше, жить стало веселее». Упрек и нам самим, не видящим дальше собственного носа, закрывающим глаза и брезгливо зажимающим нос, дескать, у вас своя дорога, у нас - своя, выживайте, как умеете. Такой же стыд охватывает и при первых кадрах фильма «Москва» Бакура Бакурадзе и Дмитрия Мамулии. История семьи таджикских гастарбайтеров, живущей в заброшенном особняке где-то в центре столицы, история современного рабства, вырваться из которого этим людям сложнее, чем много веков назад их закованным в кандалы предшественникам - сбежать с галеры в открытом океане. Им нужно выстоять и прокормить свои семьи, лавируя между презрением одних и откровенной ненавистью других.

В картинах, привезенных на «Киношок» кинематографистами бывших союзных республик, как на ладони, проблемы и заботы, волнующие конкретный народ в его теперешнем бытии. И если Средняя Азия и Кавказ - на фестивале были представлены фильмы из Казахстана, Киргизии, Узбекистана, Азербайджана - кручинятся в основном о социальном несовершенстве дня сегодняшнего, подробно рассказывая о попытке отдельно взятых героев переломить, победить или обхитрить обрушившиеся на них несовершенные обстоятельства, то совсем другой уровень проблем волнует современную Прибалтику - такую, казалось бы, по-европейски благополучную и экономически продвинутую. Ан нет, укрепление национальной валюты и более высокий уровень жизни - это еще, оказывается, не залог вселенского счастья. Богатые, как мы помним, тоже плачут. И еще неизвестно, чьи слезы горше. Голодному, выходит, легче воспарить, а на сытый желудок - не летается. С живыми врагами - коррупцией, преступностью, несправедливой властью - сражаться проще, чем с собственными невидимыми демонами. Эстония, Латвия и Литва выступили в этом году дюжим кинематографическим фронтом и собрали основные награды - Гран-при литовцу Альгимантасу Пуйпе, приз за лучшую режиссуру - латышу Юрису Пошкусу за картину «Монотонность» и спецприз жюри молодой эстонской дебютантке Кадри Кыусаар за фильм «Магнус». Три по-настоящему экзистенциальные драмы о праве выбора и о вечной схватке света и тьмы на невидимых полюсах человеческого «я».

... Помимо традиционных обсуждений конкурсных фильмов в этом году «Киношок» приготовил для своих участников два серьезных «круглых стола» - о путях развития национального кинематографа и о положении в кинематографическом образовании. Кинокритик и преподаватель ВГИКа Константин Огнев озвучил основные проблемы российской киношколы: катастрофическое падение культурного уровня абитуриентов, Закон об образовании, предписывающий брать деньги с тех, кто получает второе высшее (а ведь режиссура - профессия не для вчерашних школьников и предполагает немалый жизненный багаж) и вступление нашей страны в Болонский процесс - сокращение сроков обучения приведут к тому, что вместо высокообразованных мастеров тот же ВГИК станет выпускать всего лишь наскоро обученных ремесленников. Но все же по сравнению с бывшими союзными республиками ситуация в России еще более или менее под контролем - конкурс в киновузы достаточно высок, а значит, есть из кого выбирать. Куда более критично положение, к примеру, в армянских вузах искусств: так, в этом году на восемь бюджетных мест на сценарное отделение местной киноакадемии было подано всего шесть заявок. Такая же печаль и у отделения искусствоведения в Академии художеств. Пришлось брать всех желающих, при этом педагоги прекрасно понимают: через пару лет лучшие выпускники все равно покинут Ереван, отправившись искать лучшей доли за границу. Ведь сегодня Армения производит в лучшем случае один-два фильма в год, для азартной молодежи это очевидный тупик. Вопрос «утечки мозгов» беспокоит и белорусов, которые никак не хотят мириться с тем, что готовят кадры не для своего, национального, а в основном для российского кинопроизводства. На Украине, по словам киноведа Сергея Тримбача, ощущается серьезная нехватка специалистов, готовых преподавать в вузах за те смешные деньги, что предлагает им государство. Россия, как тут же заметил президент ВГИКа Александр Новиков, в вопросах финансирования университетов искусств ушла немногим дальше: еще не так давно старший преподаватель без степени получал во ВГИКе всего 2665 рублей.

Говорить о наболевшем можно сколь угодно долго. Но пока преподаватели национальных школ один за другим брали слово, в соседнем зале все-таки шло кино. Которое, к счастью, продолжают снимать - счастливые фанатики, одаренные безумцы, те самые члены клуба неравнодушных.

Анапа - Москва