Наполнить качественным содержанием и качественно издать учебник - две разные задачи, - заметил Исаак Калина. - Позволю себе высказать несколько соображений о содержании российского учебника. Главное - то, что в отличие от любой другой продукции содержание учебников может и должно быть на 100 процентов отечественным. Я рад, что РАН, РАО и другие организации взялись помогать нам в отборе и экспертизе содержания. В Федеральном перечне учебников на 2008-2009 учебный год будет продукция, содержание которой тщательно и требовательно проэкспертировано ведущими научными организациями страны. И это основной залог того, что качество содержания учебников будет таким, каким должно. Как только экспертиза стала высокостатусной, жесткой, требовательной, из количества издательств, ранее занимавшихся учебниками, сегодня осталась примерно треть. Их достаточно, и это издательства, у которых есть свои очень грамотные редакции по всем предметам, теснейшие связи с методистами, реальными школами, где есть возможность апробировать учебники в реальной практике, издательства же могут обеспечить учебниками всех учеников этих школ.

Светлана Тетерина привела некоторые статистические данные:

- На экспертизу заявлено более 7000 учебников по всем предметам школьной программы. Наибольшее количество - по иностранным языкам (в последнее время это стало тенденцией) и достаточно много по математике и по русскому языку. Экспертиза началась с 1 марта и будет завершена к 1 октября. До 1 ноября все экспертные заключения должны поступить в Министерство образования и науки с тем, чтобы до конца 2007 года был утвержден Федеральный перечень учебников на 2008-2009 год.

...Российская академия наук приступила к экспертизе заявок на учебники три года назад. Тогда, как рассказал Сергей Сидоренко, ее прошло около ста учебников. Сначала экспертов было порядка 50-60 человек, сейчас объем возрос, и количество экспертов увеличилось в четыре раза.

- Это сравнимо со средним НИИ в системе Академии наук. В 2006 году поступило на экспертизу порядка трехсот учебников, в этом - около четырехсот. В 2006 году экспертиза проводилась в несколько этапов. С первого раза ее прошли порядка двадцати процентов заявок на учебники, остальные возвращались в издательство, дорабатывались, в них исправлялись ошибки, потом они приходили к нам вновь, и даже среди этих возвратившихся учебников мы снова находили очередные ошибки, делали замечания. Некоторые учебники проходили экспертизу до трех раз, и было удивительно увидеть их вновь в заявках. Один из руководителей секции в 2006 году рассказывал такую историю: взял учебник, думает: «Дойду до сотой ошибки, положу в сторону». Нашел сто ошибок, и еще чуть больше трети учебника осталось непрочитанным.

- Об экспертизах этого года, - заметил Сергей Сидоренко, - говорить рано, итоги пока не подведены.

Конечно, особо стоял вопрос о том, каким быть учебнику по истории? Об этом говорил Владимир Шестаков:

- Ситуация с учебниками, в том числе по истории, не столь плачевна, как могло бы показаться. Мы прошли очень большую дистанцию со времени перестройки, от первых переходных учебников. Учебник - товар штучный. И идеальных учебников, тем более по истории, не бывает. Учебник - всегда компромисс, хотя бы по тому, что объем его ограничен, а каждое мгновение удлиняет историческую дистанцию, да и наука не стоит на месте. Что-то из учебника уходит, что-то появляется, что-то можно осветить лапидарно, что-то нет. Учебники переписывались и будут переписываться, и это норма. Главное требование к учебнику - он должен отвечать запросам времени. Это не дешевый популизм, не откровенное обслуживание власти по принципу «чего изволите?». Если исходить из того, что главная функция учебника - социализация, то тогда он должен давать ответы на актуальные вопросы. Если мы строим капитализм, то, очевидно, должны быть сюжеты о частной собственности и многом другом, что в иное время не было востребовано. Ведущая сторона в учебнике не методическая, а научно-содержательная. Учебник должен быть написан на основе четкой, сквозной, непротиворечивой научной концепции, которая хронологически охватывает весь материал. Лишь научная концепция позволяет автору показать природу и механизм исторических изменений. Конечно, учебник должен быть читабельным. Единственное его преимущество перед живым учителем в том, что неленивый ученик может его осваивать с такой скоростью, с какой позволяет ему интеллект. Учитель диктует лишь определенный ритм восприятия. Более важная проблема, может быть, заключается сегодня в контингенте учителей, в том, чтобы организовать серьезную переориентацию, я бы даже сказал, «перепрограммирование» учителей, которые зачастую говорят лишь то, чему их самих когда-то научили.

- Задача учебника - сформировать позитивное отношение к государству, в котором ребенок живет, - продолжил Исаак Калина. - Позволю себе простое сравнение. Если вы хотите, чтобы историю вашей семьи знал ваш сын, то мне интересно, по каким материалам вы предложите ему ее изучать? По воспоминаниям бабушки, прабабушки или по протоколам участкового милиционера или врача, которыми с абсолютным равнодушием описаны огрехи вашей семьи и все болезни, которыми они болели. Каждый из нас, думаю, захочет, чтобы историю его семьи изучали со слов родных людей. Там будет рассказано не только о проблемах и трудностях семьи, но и о том, как их преодолевали. Я также хочу, чтобы историю моей страны мои внуки изучали по учебникам, формирующим позитивное отношение к семье и стране, даже если там были трудные моменты. И я рад, что появляются авторские коллективы, которые пишут учебники по истории, воспитывающие такое отношение к своей родной стране.

- Как новые учебники будут рассказывать о новейшем периоде истории России?

Владимир Шестаков:

- Такие учебники уже есть. Есть учебник Данилова, Чубарьяна, не буду говорить о своем. Историкам удалось преодолеть определенный период ученичества. На мой взгляд, ими создана добротная концепция. Я рассматриваю советский период не в плане баланса хорошего и плохого. Это порочный путь... Задача состоит в том, чтобы показать движение истории, механизм изменений в советской системе. Я свою задачу видел в том, чтобы показать, как и почему менялась советская система, почему она достигла определенного могущества и почему столь же закономерно разрушилась, в силу каких объективных причин. Мы должны вскрывать эти механизмы. Что касается новейшего периода, то здесь нет пока серьезной источниковой базы, чтобы всесторонне рассмотреть его, но думаю, что и здесь особых трудностей нет. Мы воспринимаем многие факты воочию и можем обойтись без секретных архивов, чтобы видеть, как изменяется политика.

Исаак Калина высказал положительное отношению к учебнику Чубарьяна «Основы мировых религий». Однако заметил, что пока рано говорить о включении в школьную программу этого предмета:

- Включение каких-либо предметов, так же как и их исключение из школьного содержания, возможно только при изменении государственных образовательных стандартов. Они утверждены в марте 2004 года предыдущим министром образования и пока действуют. Менять стандарты чаще, чем раз в пять лет, нецелесообразно. Стандарты следующего поколения разрабатываются, мы привлекаем огромное количество научных, общественных, образовательных организаций, в том числе основные религиозные конфессии. Я с огромнейшим интересом прочитал книгу Александра Чубарьяна еще в рукописи, хотя я не специалист, но как человеку мне было интересно и полезно. Знание исторических основ религий и их влияния на развитие общества необходимо.

- Нуждаются ли в обновлении учебники по русскому языку и математике?

Исаак Калина:

- Министерство не организовывает написание учебников, у нас скорее функция техосмотра, как в ГИБДД. Если учебники проходят экспертизу, удовлетворяют формальным требованиям, значит, могут быть рекомендованы. А дальше школа и учитель должны ответственно относиться к тому, что они из прошедшего техосмотр могут выбрать. Выбор вполне достаточный, но при этом нет же предела совершенству! Да, учитель в состоянии компенсировать методические огрехи учебника, а вот научные учителю исправлять не с руки. Содержание учебника должно соответствовать научным критериям, которые предъявляются к ним сегодня. Потом, из многообразия нормальных учебников выбрать хороший - это уже дело учителя. Наша задача - не допустить ненормальные. 80 процентов забракованных учебников - это 80 процентов нарушителей, не прошедших границу. Многообразие учебников, конечно, имеет свои трудности, но оно создает конкурентную среду. Лучше пусть отбирает учитель, чем чиновник. Но я также не считаю, что учительница должна изучить 11 учебников, чтобы выбрать один. Это маловероятно и вряд ли целесообразно. Мы благодарны за предложение, которое внесли три академии - РАН, РАО и повышения квалификации работников образования, о проведении конкурса (не министерством, а именно академиями при содействии общественных образовательных структур) по выбору лучшего учебника. Это будет помощь учителю в выборе, но это ни в коем случае не будет означать, что учитель не сможет выбрать учебник другой, лишь бы он входил в Федеральный перечень. В качестве помощи такой конкурс нужен. В качестве запрета на выпуск учебника это вредно. Федеральный перечень сокращается естественным путем, потому что создать учебник, который прошел бы жесткую экспертизу, для многих коллективов оказалось не по силам.

- По каким критериям будут отбираться издательства, издающие учебники?

- Право какого-либо издательства издавать учебники и пособия не ограничено, только если издательство не попадает в отобранные, эти учебники не будут входить в Федеральный перечень, и школа не будет ими пользоваться в рамках базового образовательного процесса. Издательства должны соответствовать определенному набору критериев, который будет утвержден. Здесь необходимо наличие у издательства соответствующей квалификации работников, начиная от редактора, методиста, художника, заканчивая корректором. Критериев много. Задача определения числа учебников в Федеральном перечне не стоит. Сколько попадет, столько и будет, лишь бы некачественные не прошли. Мы не ставим задачу определить количество издательств. Сколько сумеют пройти отбор, столько и будет. По принципу: не важен размер бочки с медом, важно, чтобы там не было ложки дегтя.

От редакции

Если на книге написано «учебник», это еще не значит, что по ней можно учиться. Когда за дело взялись специалисты РАН и РАО, вдруг выяснилось, что подавляющее большинство поступающих на экспертизу учебников остается только забраковать, не включая в Федеральный перечень. Однако полностью проверенными учебниками Федеральный перечень будет укомплектован не в этом, а только в 2008-2009 году. Кроме того, сократится количество издательств: поправки в Закон «Об образовании», определяющие порядок отбора издательств, печатающих школьную литературу, начали действовать с 1 сентября. Эксперты специальной межведомственной комиссии должны будут разработать четкие критерии отбора. Те, кто не пройдет экспертизу, сохранят право печатать учебники, однако они не войдут в Федеральный перечень и, следовательно, не обретут широкого покупателя и востребованы не будут. Очевидно, что издавать учебники станут только крупные издательства, уже зарекомендовавшие себя. Другое новшество - конкурс на лучший учебник. Ставка на учителя, на школу, которые бы сами определяли, какой учебник лучше (и закупали определенный тираж), себя не оправдывает. Конкурс как будто не отнимает права выбора, но рискнет ли кто-то игнорировать учебники, признанные лучшими РАН и РАО? Если нет, то мы, по сути, вернемся к системе «один предмет - один учебник».