Вот характерный пример начала 90-х годов ХХ века. У картины В.М. Васнецова «Богатыри» экскурсовод спрашивает детей: «Знаете, кто здесь изображен?». «Знаем, знаем, - радостно отвечают дети, - это Марс -богатырь!» В данном случае они имели в виду персонажа телевизионной рекламы шоколадки «Марс», внешность которого напоминает образ Ильи Муромца в картине В.М. Васнецова. Этот «герой рекламы» не позволял детям понять образ былинного богатыря, который создавался автором на основе традиций русской народной культуры и художественных идей России рубежа XIX - XX веков.

После того как реклама шоколадки исчезла с экранов телевизоров, таких случаев больше не наблюдалось, но зато появились другие рекламные образы, влияющие на отношение детей к классическим произведениям искусства. Главное, сохраняется специфическая эстетика рекламных образов: глянцевая яркость, упрощенность значений, приближенность к зрителю (образы как бы наплывают на зрителя, создавая иллюзию их доступности, возможности обладания). Эта же эстетика проникла в повседневный быт детей: дизайн журналов, книг, канцелярских товаров и так далее. В этой связи возникает вопрос о том, каково соотношение образов массовой культуры и классического изобразительного искусства в эстетическом сознании современных детей.

В 2003 году мы провели экспериментальное исследование эстетических предпочтений младших школьников. Эксперимент состоял из трех серий.

В первой серии испытуемому предлагались женские портреты - четыре репродукции классических произведений: В.Л. Боровиковский «Портрет Марии Ивановны Лопухиной» (1797), В.А.Серов «Девушка, освещенная солнцем. Портрет Марии Яковлевны Симонович» (1888), В.А. Серов «Девочка с персиками», З.Е.Серебрякова «За туалетом. Автопортрет» (1909) и четыре картинки с изображением современных женщин из модных журналов. Во второй серии - пейзажи: три репродукции классической живописи: И.И.Левитан «Март» (1895), А.В. Лентулов «Василий Блаженный» (1913), В.Д. Поленов «Московский дворик» (1878) и три картинки с изображением пейзажей рекламно-туристического характера. В третьей серии - картинки с изображениями сказочных персонажей: две репродукции классических произведений: М.А. Врубель «Царевна-Лебедь» (1900), В.М. Васнецов «Аленушка» (1881) и две картинки с изображением персонажей из современных популярных сказочных фильмов.

Каждый раз предлагаемые картинки перемешивались и раскладывались на столе перед ребенком, после чего ему давали такую инструкцию: «Посмотри на них внимательно и выбери три наиболее понравившиеся тебе картинки (в третьей серии просили выбрать две понравившиеся картинки)». После того как ребенок сделал свой выбор, задавали вопрос: «Объясни мне, почему ты выбрал именно эти картинки, почему они тебе нравятся больше остальных».

Всего по данной методике обследовано 120 учащихся первых -третьих классов московских школ.

В результате эксперимента было выявлено преобладание предпочтений образов массовой культуры и смешанных предпочтений. Вместе с тем было достаточно много смешанных предпочтений, что свидетельствует о том, что влияние массовой культуры не имеет абсолютного значения (см. таблицу).

Наибольшее влияние на эстетические предпочтения младших школьников оказывают современные идеалы женской красоты, распространяемые массовой культурой, и образы сказочных персонажей из современных телевизионных и кинофильмов, а при выборе пейзажей влияние массовой культуры проявляется меньше.

Наиболее показательными были объяснения испытуемыми причин выбора женских образов. Одна девочка сделала два выбора из образов современной массовой культуры и один выбор - образ классической живописи: картина В.А. Серова «Девочка с персиками». Обоснование этому: «Первые две картины мне понравились тем, что на них изображены красивые, нарядные девушки. У них дорогие украшения и платья. Видно, что девушки богаты и уверены в себе. Это праздничные картины. Третий портрет мне понравился, потому что здесь спокойно, нет ничего лишнего. Девочка спокойно сидит, отдыхает. Картина успокаивает». Не понравилась испытуемой репродукция картины В.А. Серова «Девушка, освещенная солнцем. Портрет Марии Яковлевны Симонович» (1888). Обоснование: «Здесь девушка вся грязная, плохо одета. Еще у нее что-то с кожей на руках и лице: какие-то болезненные пятна. Наверное, это ожоги. И вообще, вроде молодая девушка, а выглядит как старушка». Налицо явная ориентация на типы современной модной женщины при невнимании к внутреннему содержанию образа.

Конечно, еще нельзя делать далеко идущих выводов, но для постановки проблемы для дальнейшего исследования основания уже есть. В нашем исследовании выявилось, что художественно развитые дети в большей степени, чем художественно неразвитые дети, склонны к выбору произведений образов классического искусства. Более детальный анализ социальной ситуации развития испытуемых показал зависимость эстетических предпочтений от типа их обучения изобразительному искусству в школе. Обучение, направленное на развитие понимания выразительности художественной формы в изобразительном искусстве, может отчасти нейтрализовать воздействие эстетики массовой культуры. В рамках культурно-исторического подхода к развитию высших психических функций и психологической теории деятельности (Л.С.Выготский, А.Н.Леонтьев, А.Р.Лурия, А.В.Запорожец, Э.В.Ильенков, В.В.Давыдов, В.П.Зинченко и их последователи) это можно интерпретировать следующим образом. В сознании детей в процессе их социализации складываются различные эталоны красоты по отношению к широкому спектру явлений действительности. Одни эталоны дети черпают из общения с классическим искусством, а другие - в массовой культуре. Надо понять драму столкновения этих эталонов как реальность развития восприятия и мышления современного ребенка. Надо развивать феноменологию культурно-исторической психологии.