За Платонова обидно

Такая работа вместе с тем поможет определить направленность экзаменов завтрашнего дня. Как раз в тот день, когда я завершал эту статью, я прочел о состоявшемся накануне Совете по культуре и искусству при Президенте России. Одно из его решений - увеличение в школах доли гуманитарного и художественного образования. Позволю себе добавить: дело не только в доле, ведь мы умеем любую долю обездолить. Дело не только в количестве гуманитарной доли, но в качестве ее. И здесь особую роль играют экзамены, задающие направление, уровень требований, характер преподавания.

Только что закончившийся учебный год стал пятьдесят пятым в моей учительской жизни. Закончил я его с горьким чувством. Впервые в жизни я принес в жертву экзамену русскую литературу. Для того чтобы подготовить свои три класса к ЕГЭ по русскому языку, я сократил уроки литературы. Насколько я знаю, так сделали многие учителя. Нынешние мои ученики покинули школу без Платонова, Пастернака, Мандельштама, Шукшина, Тендрякова, современных поэтов. Но дело не только да и не столько в этом. Во имя чего же были принесены эти жертвы?

Аргументы и факты

Хорошо понимаю, что выдвинутые мною аргументы будут оспорены. Это естественно и нормально. Неестественно и ненормально, когда ключевые вопросы жизни школы не обсуждаются широко и гласно. Но факты должны быть неоспоримы. И я попросил бы тех, кто станет отвергать сказанное далее, попытаться опровергнуть факты. Вот почему вначале я назову основные источники, на которые опираюсь.

Прежде всего - школьные учебники, которые есть в нашей библиотеке и которыми пользовались десятиклассники и одиннадцатиклассники. Н.Г.Гольцева, И.В.Шамшин. Русский язык 10-11 классы. А.И.Власенков, Л.М.Рыбченкова. Русский язык. Грамматика. Текст. Стили речи. 10-11.

Издательство «Вентана-Граф» выпустило серию книг для подготовки к ЕГЭ. От всех других пособий такого типа эти отличаются тем, что «пособия прошли экспертизу Федерального института педагогических измерений» и издательство имеет «исключительное право на издание репетиционных контрольно-измерительных материалов». Мы будем пользоваться тремя книгами: «Практикум по подготовке к ЕГЭ С (в дальнейшем С)», Контрольно-измерительные материалы 2007 1 и 2 (в дальнейшем КИМ 1 и КИМ 2). На этих книгах гриф Федерального института педагогических измерений «Допущено ФИПИ». Одним из авторов этих двух загрифованных книг является И.П.Цыбулько. А Ирина Цыбулько - председатель Федеральной предметной комиссии по русскому языку.

Как известно, задания групп А и Б проверяет компьютер. А вот задания С - эксперты. И в помощь им Федеральный институт педагогических измерений выпустил четыре книги. Мы будем использовать одну из них - «Методические рекомендации по оцениванию выполнения заданий с развернутым ответом». Эти рекомендации (в дальнейшем - методические рекомендации) составлены группой авторов по главе с уже знакомой нам И.П.Цыбулько. Отметим, что эти рекомендации построены на материалах реальных ЕГЭ по русскому языку. В книге «Материалы для самостоятельной работы экспертов по оцениванию заданий с развернутым ответом» приведены многие фотокопии реальных сочинений, написанных во время экзаменов.

По какому праву и зачем?

В одном из заданий ЕГЭ ученики должны найти слова, образованные бессуффиксным способом, а в другом - найти слово, в котором есть постфикс. Ни одного, ни другого термина в названных мной учебниках нет. Бессуффиксный способ я нашел в одном старом учебнике, в примечании к параграфу, где сказано, что он является «более редким способом образования слов». Постфикс - в энциклопедии «Русский язык», там сказано, что «термин постфикс не является общепринятым». Но это цветочки, а вот и ягодки.

Почти во всех вариантах ЕГЭ ученики должны найти «изобразительно-выразительные средства языка», коих включено в количестве двадцати двух. Здесь и литота, и анафора, и градация, и инверсия, и парцелляция, о которой в девятитомной «Краткой литературной энциклопедии» М.Л.Гаспаров написал: «Термин малоупотребителен». (В одном из названных мною учебников этих средств языка - 7, в другом - 4.)

Вряд ли нужно доказывать, что мы всюду тут имеем дело с выходом за правовое поле. Но зачем все это? Что это дает? Бесспорно, есть некоторые ключевые понятия, без которых невозможно овладение ни языком, ни литературой, ни культурой. Среди них на первом плане - метафора. Но двадцать два средства?! Это чистой воды формализм, дух которого вообще, как мы еще не раз увидим, пронизывает все материалы ЕГЭ по русскому языку.

В этом особенно убеждаешься и вот на каком примере. Почти во всех вариантах ЕГЭ ученики должны определить стиль (научный, официально-деловой, публицистический, разговорный, художественный) и тип речи (повествование, описание, рассуждение) предложенного текста.

Стиль - одно из самых больных мест нашего преподавания. В январе 2007 года тем ученикам, которые сдавали ЕГЭ по русскому языку, я предлагал за два урока сравнить стихотворения Маяковского «Скрипка и немножко нервно» и «Хорошее отношение к лошадям». Было немало точных, ясных и тонких работ. И вместе с тем: «Он приходит к скрипке как деревянной невесте с предложением совместного проживания», «Автор описывает проблему непонимания через скрипку и через лошадь», «Владимир Маяковский бросается на деревянную шею скрипки», «Он понимает, что люди и животные - звенья одной цепи», «Лошади надо мобилизовать все свои силы», «С помощью лошади и скрипки он олицетворяет себя».

Научить писать ясно, прозрачно и вместе с тем выразительно трудно. Но дает ли хоть что-нибудь маркировка текстов по стилям и типам речи? Ничего. И это тоже проявление ведущей тенденции КИМов: предельная формализация оказывается важнее сути, содержания, смысла, слова.

Главное, чтобы все было разнесено по рубрикам.

Испытание для неграмотных

При выполнении задания С, если у ученика нет орфографических ошибок (или 1 негрубая ошибка), то он получает 2 балла. Если не более одной ошибки - 1 балл, более одной ошибки - 0. Ну а если ошибок 5-9-15? Все тот же ноль. Такого не было в истории преподавания русского языка, чтобы две, пять, девять и более ошибок оценивались одинаково.

Но это еще не все. Мой знакомый учитель, блестящий знаток языка, обратил мое внимание вот на что. В группе А по орфографии всего 7 заданий. Допустим, что экзамен сдает абсолютно неграмотный в орфографии ученик. Он теряет 2 балла в С и 7 баллов в А. Всего 9 баллов. 9 из 60, то есть он непросто сдает экзамен, у него все шансы сдать его на «четыре».

Теперь о пунктуации. Если в задании С ученик не делает пунктуационных ошибок (или одну негрубую), то он получает 2 балла. Не более двух ошибок - 1 балл. Более двух - 0. Ну а если ошибок десяток или даже более? Все тот же ноль. В группе А по пунктуации 6 заданий. Допустим, что ученик не справился ни с одним из них, да и С написал безграмотно. Тогда он теряет 2 + 6, то есть 8 баллов. 8 из 60. Вполне можно сдать экзамен и даже хорошо.

А теперь возьмем крайний случай (тот, кто работает в школе, знает, что это не фантастика), особенно теперь, когда в классе все больше учеников, для которых русский язык неродной: экзамен сдает абсолютно безграмотный ученик. Итак, он потерял 9 баллов по орфографии и 8 по пунктуации. Всего 17 из 60. Ничего страшного.

Но и это не все. Продолжу свои личные наблюдения. Вот задание А 23 (КИМ 1, стр. 30): В каком варианте ответа правильно указаны все цифры, на месте которых должны стоять запятые? Вдоль леса росли красивые молодые березки, выбежавшие (1) как будто (2) покрасоваться. Эта лесная молодежь (3) казалось (4) лукаво шепталась между собой, счастливая тем, что дает только полная сил молодость. 1/1,2,3,4

2/ 1,2/ 3 / 3,4 4 /1,3.

А теперь допустим, что этот текст написан в диктанте, или изложении, или сочинении. Картина тут же меняется. В тексте 7 орфограмм и три знака препинания уже поставлены. Можно ли даже на основании верного ответа судить о грамотном написании этих двух предложений?

Еще один пример со страницы 29 той же книги. В задании А 20 нужно найти предложение, в котором оба выделенных слова пишутся раздельно. Верный ответ: Что бы там ни говорили, никуда от себя не деться; человек сам должен принимать решения, и так было всегда. Но в этом предложении три орфограммы на НЕ и НИ, в том числе одна, при которой часто делают ошибки. К тому же данное в тексте написание НИ в словах «что бы там ни говорили» является подсказкой: именно в таких конструкциях всегда ЧТО БЫ пишется раздельно.

Можно ли на основании такого рода вопросов судить о грамотности? И еще. Каждый учитель хорошо знает, что ученики часто успешно выполняют задания, когда они представляются, если так можно выразиться, в химически чистом виде. Но все меняется, когда они перемешаны с другими правилами, разбросаны в широком контексте. Между тем все задания в разделе А даны на одну группу правил. Вот эти - на НЕ и НИ, а эти - на вводные слова, а эти - на безударные гласные.

Нет, судить по результатам ЕГЭ по русскому языку о грамотности наших учеников невозможно. Тут есть и еще одно обстоятельство. Я уже говорил о Совете по культуре и искусству, который в конце мая собрал президент. Выступая на нем, он говорил и о том, что у молодых людей «утрачиваются навыки емко и образно выражать свои мысли, различать эмоциональные и художественные оттенки». Между тем часть выпускников вообще не приступала к заданию С и тем не менее получала положительные оценки за экзамен. Это нонсенс. Оказывается, можно сдать экзамен по русскому языку, не обнаружив никаких умений в связной речи. О том, что от выпускников требуют в этой области, разговор особый.

Лев АЙЗЕРМАН, учитель русского языка и литературы 303-й московской школы

Окончание следует

P.S. Уважаемые читатели! Материалы на эту тему были опубликованы в «УГ» в №№ 7, 10-11, 14-16, 18 за 2007 год. Мы ждем и ваших размышлений. Пишите.