Журналистов пригласили по весьма примечательному поводу. Как сообщил СМИ Олег Смолин, группа депутатов - Булаев, Хамитов, Семаго и Баржанова - предложила на одном из заседаний Комитета Госдумы РФ по образованию и науке поправки к Закону РФ «Об образовании», которые дают Министерству образования и науки РФ право на отбор тех издательств, которые станут выпускать учебники и учебные пособия. Иными словами, будет идти отбор организаций, уполномоченных на издание книг, которые войдут в федеральный список учебной литературы, обязательной для изучения в образовательных учреждениях.

По словам Смолина, суть поправок содержится в нескольких посылах. Министерство утверждает список учебников и учебных пособий, ничего другого в школах использовать не будут. Регионы утверждают не только список учебников, но и учебных пособий на своем уровне. Первоначально было предложено исключить из статьи 55 Закона «Об образовании» положение о том, что учитель может выбирать учебник и учебное пособие - теперь учителю предложено выбирать из того списка, который утвердит образовательное учреждение; понятно, выбирать они будут из списка, утвержденного на федеральном и региональном уровнях. Наконец, государство будет решать, кому доверить издание учебной литературы. По мнению Смолина, это своего рода лоббистский ход, который даст основания для коррупции и лишит образование необходимой свободы.

Издатели, узнав о таких поправках, буквально упали в обморок. Понятно почему, ведь рынок учебной литературы самый богатый и лакомый. Можно не купить детектив, можно отказаться от дамского романа, но учебник, задачник, учебное пособие для ребенка родители купят обязательно, обеспечив коммерсантам гарантированную прибыль. На школьных учебниках выросло и разбогатело не одно издательство. Было время, когда соперничество становилось таким острым, что некоторые издатели в результате поплатились жизнью. Чтобы попасть в федеральный список, не жалели ничего, лоббирование на всех уровнях было для многих чрезвычайно важным. Ту литературу, что попадала в список, можно было поставлять в регионы и тем самым также обеспечивать высокие доходы. В результате федеральный список под лозунгом вариативности и повышения выбора для учителя распух до тысячи с лишним учебников, но качество многих из них оставляло желать лучшего. Собственно, с этим и попытались бороться депутаты, предлагая подобные поправки.

Кстати, борьба эта, несомненно, вызовет отклик у учительства, которое устало от огромного количества учебников, причем не всегда качественных. У нас нынче Единый госэкзамен, а учебников по-прежнему тьма, и по какому готовить ребят, учителя не знают, а потому не учат по учебникам, а натаскивают по пособиям. В учебниках доминируют только позиция и мнение авторов (что понятно), но порой это такое мнение и такая позиция, что лучше бы таких учебников не было. Пример - пресловутый учебник истории Кредера. В регионах тоже хорошенькая картина: сегодня местные чиновники решают приобретать для школ учебники одного издательства, на следующий год - другого (какое больше заинтересует власть имущих, в пользу того и делается выбор), в результате книги оседают в школьных библиотеках мертвым грузом, так как еще важны линия и преемственность в изучении предмета, а смена издательства и то и другое нарушают. Еще одно: если ребенок переходит из одной школы в другую, то подчас не может нормально учиться, и виной тому - разные учебники по одному и тому же предмету. Кроме всего прочего, многие нынешние учебники (по мнению министра образования и науки РФ Андрея Фурсенко, почти 80 процентов) изобилуют фактическими ошибками, это установили ученые-эксперты РАН и РАО. Другое дело, что тут мало что меняется, так как частенько эти ученые еще и авторы учебников, а поэтому не могут быть предельно объективны, и дети продолжают учиться по учебникам с ошибками. В итоге экспертиза не так эффективна, как должна быть. В этом смысле депутаты, предлагающие поправку, правы. Стране действительно давно пора навести порядок в учебном книгоиздании.

Издатели уже загодя прогнозируют, что круг издательств, допущенных к учебному книгоизданию, может резко сузиться. Что последует за этим, очевидно. Крупные издательства с большими возможностями для отбора серьезных авторов, издания учебников на хорошей полиграфической базе будут в лидерах, что вполне понятно. Вопрос только в том, что при этом возникнут аутсайдеры, что будут те, кому придется уйти с книжного рынка.

Борис Кузнецов, представляющий ассоциацию «Российский учебник», объединяющую организации, имеющие прямое отношение к изданию учебников, сообщил, что 30 процентов учебников выходят из рук 30 процентов членов ассоциации. Конечно, издателей не радуют все более ужесточающиеся требования к качеству учебной литературы, которые предлагает год от года Министерство образования и науки РФ. Поправки к закону их тоже не устраивают. Дело в том, что несколько лет назад были отменены лицензионные требования к издательствам, и те «вышли на свободу». Кто их контролирует, кто следит за качеством издаваемой учебной литературы, сказать трудно. Можно ли дальше это терпеть? Думаю, вряд ли.

Критики поправок правы только в одном: зачем нужно валить все в один законопроект, ведь у нас уже был такой закон - 122-й, когда законодатели в него ввели все, что только можно, а граждане расхлебывают до сих пор. Об учебниках нужно говорить серьезно и обдуманно, и тут прав Александр Абрамов, предлагающий разработать другой закон - «Об учебном книгоиздании». Такой закон обсуждается уже несколько лет, и в какой-то мере часть нынешних поправок, конечно, касается создания единого учебника для всех школ.

Проблема учебного книгоиздания - одна из самых глобальных проблем, имеющих общегосударственное значение, более того, это подлинная национальная проблема. Вся цепочка учебного издания, и тут снова прав Александр Абрамов, подорвана, изломана, перекручена. Учитель во многом дезориентирован, а ведь ему входить в класс и работать с учебником. Один учитель может экспертировать и выбирать хорошие учебники, другой - нет, и поэтому нуждается в помощи. Издатели сегодня апеллируют именно к учителю, но пока тот почти полностью выключен из процесса экспертизы, а ведь именно учитель, работающий напрямую с детьми, если даже не знает, то чувствует, каким должен быть учебник.

Видимо, нынче, как никогда, действительно нужна дискуссия и некая консолидация представлений, что такое хороший современный учебник. В отсутствие такого представления издательства предлагают учебную литературу на свой вкус, такую, какая ему кажется хорошей. Кроме того, издательства лихорадит от постоянно появляющихся изменений в стандартах, в базисном учебном плане и так далее, им приходится срочно вносить изменения, и эта торопливость качеству учебной литературы не способствует. Правда, тут возникают некая соревновательность и конкуренция в части того, кто сделает учебник лучше. Если будет единый учебник, неизвестно, станут ли издательства вкладывать деньги в совершенствование учебника, единственного и неповторимого, другими? Не получится ли так, что работа по улучшению учебника будет начинаться только по сигналу сверху?

С другой стороны, мы недавно видели, как можно сделать новые учебники по настойчивому предложению власть имущих, когда стране предложили новый учебник истории с теми трактовками, которые устраивают нынешних идеологов из Администрации Президента РФ. И одно людей не устраивает, и другое тоже далеко от идеала, хотя был в истории школы единый и уникальный учебник физики Перышкина, и все вспоминают его до сих пор. Понятно, что нынче нужен своеобразный интеллектуальный компромисс в формировании единых представлений о том, какой учебник нужен обществу и государству. Это очень трудное дело, поскольку тут придется учитывать еще и мнение учителей, имеющих свои взгляды и позиции, в том числе методические. Ведь учителя могут не согласиться с тем, что им навяжут те учебники, по которым работать трудно, и приносить в школы иную литературу, а это приветствоваться в новых условиях не будет.

Задача о школьном учебнике - сложная, многофакторная, здесь нет простых решений. А когда нам предлагают решения, лежащие на поверхности или основанные на популизме, следует их опасаться. Как и поправок, как и видимых протестов на явной политической предвыборной волне.